Леденец компании «Фантом»

Абсолютную тишину гостиной нарушал негромкий посторонний звук. Тихое, смачное причмокивание раздавалось со стороны роскошного дивана с мягкой ворсистой обивкой, на котором расположилось стройное тело гостьи этого особняка — баронессы Барнетт, чей ротик, обрамлённый фигурными ярко-алыми губами, был занят важным на сей момент делом. Длинные тонкие пальцы Анжелины медленно скользили по всей длине твёрдости, овивая ту, периодически меняя силу сжатия. Короткие волосы, в тон помады, колыхались от новых движений, едва лохматились, не сильно влияя на её ежедневную укладку. Изящные колени под изысканным платьем были сведены вместе, тесно прижаты друг к другу; баронесса то и дело ёрзала, чуть вздрагивая всем телом, от чего округлые упругие ягодицы сильнее проминали собой поверхность. Дыхание давно сбилось, поэтому от коротких вздохов немного кружилась голова, а сердце сильно барабанило о грудную клетку, грозясь разорваться. Полоса света, падающая из-за не полностью распахнутых штор, хорошо освещала бледную кожу аристократки и светлую твёрдость в её руках, которую та любовно ласкала ртом. — Ммм… Женский язычок нежно и беспрепятственно скользил по гладкой поверхности, смачиваемой слюной, изредка стекающей ниже и попадающей на пальцы. Румянец на щеках выглядел столь непривычно для неё, но именно этим иделал момент столь интимным и единственным, когда баронессу можно застать в лёгком смущении — которое та не успела скрыть от минутной слабости своего чувственного тела. — Миледи, потише… — чужой голос звучит настороженно, но лишь заводит ещё больше, заставляя ослушаться. Причмокивания становятся громче назло мужчине рядом, взгляд алых глаз падает на него снизу вверх, дразня и раздражая своей строптивостью. Тёплая ладонь, хозяина которой пробила мелкая дрожь, опускается на дамское приоткрытое плечико, сжимая его, оставляя заметный след от ногтей, от чего Анн вздрогнула, но не остановилась. Мышцы приятно сводит от томительного чувства, стягивающегося внизу живота. — Ах! — тяжело дыша, баронесса освобождает до этого занятый ротик, глотая, и сладко облизывается, начисто съедая заодно и помаду, вкус которой смешивался с тем, что до этого было под властью её юркого язычка. — Мадам, кто-то же мог услышать! — визгливый шёпот, румянец на щеках, он явно встревожен, но несказанно удовлетворён. — Ох, кому важны манеры, когда… он такой твёрдый, сладкий… с горчинкой послевкусия, — Анн прикусывает губу, томно вздыхая, — Невозможно оторваться. Открывается дверь, в помещении появляется посторонний, а её собеседник в последний раз смотрит сверху вниз и отходит чуть в сторону, дрогнувшими пальцами поправив брюки. Баронесса улыбнулась уголками губ, покручивая меж пальчиков длинную палочку, на которой ранее красовался большой фигурный леденец. Упаковка от него давно прописалась где-то на полу, возможно, всё-таки вылетев из заднего кармана дворецкого, которому только это от всей сладости и осталось; Конечно же, не считая любезного дозволения посмотреть, как госпожа будет его обсасывать и покусывать. Анжелина со взглядом победителя краем глаза посмотрела на спину Сатклиффа. Леденец с новым вкусом от компании «Фантом» превзошёл все её ожидания.