Воспитанный ведьмой

– Сэмми… – хриплым шепотом сорвалось с губ охотника. Чашка остывшего кофе выпала из дрожащих рук и звонко ударилась об пол, раскалываясь на части. Дин поморщился. Сегодняшний сон был слишком реалистичным и вызвал странное чувство тревоги, от которого не получается избавиться. Интуиция подсказывала, что что-то происходит, и это «что-то» как-то связано с его братцем-предателем. Губы растягиваются в горькой ухмылке. Ччерт… Собрав свои немногочисленные вещи в спортивную сумку, Дин перекинул её через плечо и покинул неуютный одноместный номер очередного дешевого мотеля. *** Погода, как и настроение Дина Винчестера, оставляла желать лучшего. Мелкий дождь, никак не желающий кончаться после ночного ливня, мерно стучал по асфальту и действовал на нервы. Воздух был влажным и прохладным, а всё вокруг, включая самого Дина, мокрым и хмурым. Подойдя к любимой машине, охотник глубоко вдохнул и забрался в неё. Провел ладонью по волосам, стряхивая влагу. Выдохнул. Снова вдохнул и заставил себя достать из-под сидения небольшую коробку. Минуту повертел её в руках, вынуждая себя ещё раз всё обдумать, и поднял крышку. Назад дороги нет. Покопавшись немного среди фальшивых паспортов, удостоверений и ещё каких-то бумажек, Дин достал со дна небольшой помятый конверт. Сердце пропустило удар, когда Винчестер извлёк из конверта вырванный лист и фотографию. Неаккуратный тетрадный лист, сложенный вдвое, не содержал в себе никакой информации, кроме короткого адреса, нацарапанного корявым диновым почерком. Охотник отложил его в сторону и уставился теперь на фотографию. Пожелтевшее помятое фото заставило его сердце сделать кульбит и забиться с новой силой. Со снимка пятнадцатилетней давности на него смотрели три пары глаз. Их последнее семейное фото. Дин горько усмехнулся. Взгляд зацепился за теплую улыбку с очаровательными ямочками на щеках. Семилетний Сэм прижимался к Дину, который крепко, но нежно сжимал младшего в своих объятиях, пытаясь отгородить своё главное сокровище от всех реалий этого жестокого мира. Отец стоял чуть позади от братьев и смотрел в камеру сурово, без малейшего намека на улыбку. Дин нежно провел большим пальцем по лицу мелкого Сэмми на фото, желая снова ощутить его тепло и хрупкость. Сколько Дин его помнил, младший брат был таким нежным. Принцесса. Охотник мечтательно улыбнулся, окунаясь с головой в прекрасные воспоминания из детства. Ответственность за Сэмми легла на плечи Дина, когда ему было всего четыре. Он не был против. Дин окружал своего безумно любимого братишку любовью и заботой, часто таскал на руках, даже тогда, когда Сэм перестал в этом нуждаться и защищал от всего, в чём видел хоть малейшую угрозу для своего счастья, своего смысла жизни. От бесконечной любви брата и вседозволенности младший рос самой что ни на есть капризной принцессой. Впрочем, и отец, и Дин все спускали ему с рук, прощая, наверное, абсолютно любые убытки и истерики. В груди неприятно кольнуло. Какую же все-таки неблагодарную суку он вырастил из своего невинного мальчика. Дин отложил фотографию к листу с адресом и накрыл лицо руками. Мозг против его воли начал подкидывать картины из прошлого, которые Дин с удовольствием стер бы из памяти, если бы только мог. А началось-то все с какой-то глупой книжки. Почему-то Дину тогда показалось хорошей идеей принести Сэму ведьмину книгу, которую он стащил у безумной старухи чуть ли не из-под носа на одной из первых своих охот. Отец, измученный этой самой охотой, нового приобретения сына даже не заметил, зато Сэмми сомнительному подарку обрадовался. А Дина радовала радость Сэма. Первую неделю… За эту неделю Сэм изучил немаленькую книгу вдоль и поперек, и, похоже, именно этот сборник ведьмовских мыслей и заклинаний стал для младшего Винчестера тем, что люди восторженно называют книгой, способной перевернуть весь твой мир. Сэмми загорелся какой-то идеей, это было очевидно. Так же очевидно, как и то, что делиться ей ни с Дином, ни тем более с отцом, он не собирался. Винчестер сильно изменился. Из маленькой капризной принцесски он эволюционировал в большую, ещё более капризную сучку. Подросток был вечно чем-то недоволен, не уставал ругаться с отцом и закатывал едва ли не истерики, когда разговор доходил до охоты. В какой-то момент постоянные ссоры Сэма с отцом сменились удиранием младшего Винчестера из дома каждый раз, когда воздух между ним и Джоном накалялся, грозя перерасти в словесное противостояние. Сэм никогда не уходил далеко и всегда дожидался прихода старшего брата, слишком гордый для того, чтобы возвращаться в мотель одному, так что Дину приходилось самому идти и тащить упрямого подростка за шкирку до их очередного временного дома. Отца подобные «побеги» устраивали чуть больше, чем бесконечные ссоры на пустом месте, а Дин не смел перечить Джону и не умел отказывать Сэму, хоть и не переставал ворчать, снова и снова затаскивая стороптивца в дом. В голове один за другим мелькали нечеткие отрывки воспоминаний. Дин зажмурился в попытке отогнать непрошенные видения. На его губах появилась горькая усмешка. Чувство, словно эти картины из прошлого были явью не раньше, чем в прошлой жизни, не радовало… Дин громко выдохнул и завел машину. *** Охотник медленно вышел из машины и резко захлопнул дверь. За время, которое он провел в дороге, дождь заметно усилился и сейчас окатил его с головы до ног. Который раз проклиная свою затею, Дин осмотрелся, щурясь и силясь увидеть хоть что-то в темноте за стеной дождя. Взгляд чудом выхватил из окружающего пейзажа нечеткие очертания дома. Не тратя ни секунды на лишние раздумья, Винчестер настороженно поплёлся к нему. Черт знает, чем ведьмы защищают свои дома, так что по-хорошему было бы сначала обойти дом со всех сторон и проверить на предмет ловушек, но погода этому не способствовала, так что Дин, промокший и злой, как сто чертей, двигался прямиком к предполагаемой двери, держа наготове пистолет. Охотничье чутье подсказывало: здесь что-то не так. Опасения подтвердились, едва стоило Дину толкнуть тяжелую дверь. Та поддалась на удивление просто, хоть и с противным скрипом. Стоило только Винчестеру переступить порог, в нос ему ударил запах мертвой крови. Он пошарил свободной рукой по стене и щёлкнул выключателем. Тут же зажмурился от яркого света, а когда, немного привыкнув, открыл глаза, невольно сделал пару шагов назад. Перед его хмурым взором возникла картина пренеприятная. Здесь явно состоялась драка и нешуточная. Столы перевёрнуты, всевозможная ведьмовская атрибутика хаотично разбросана по полу. Тёмно-бардовая кровь размазана по всем поверхностям и Дин видел вполне реальным поскользнуться на ней и завалиться прямо на осколки разбитого зеркала. Завершало сию картину огромное тело, развалившееся в неестественной позе поперек прохода в другую комнату. Охотник переступил кровавую лужу и присел перед мужчиной на корточки. Потянулся пальцами к холодной шее в попытке нащупать пульс, впрочем, и без того понятно, что он мертвее мертвого. Правда причину смерти определить не получалось. Различные травмы по всему телу смертельными не были, значит умер он от рук, а точнее от заклинания ведьмы. За шумом дождя неожиданно возник странный звук – хриплый стон, моментально заставивший Дина напрячься. Тихо, насколько это было возможно, охотник перешагнул труп и прошел в довольно просторную, по сравнению с предыдущей, комнату. – Вот чёрт, – из темноты настороженно выплыл, чуть пошатываясь, низкий силуэт, заговоривший знакомым женским голосом. Винчестер сделал пару шагов назад. Чуть не споткнулся о лежащее тело и еле слышно выругался. В метре от него стояла невысокая изрядно потрепанная женщина. Длинные ярко-рыжие волосы, растрепанные и кое-где слипшиеся от крови, обрамляли ее лицо и тонкую фигуру. Пронзительные орехово-зелёные глаза смотрели на охотника растерянно и, надо же, испуганно, что было совсем уж несвойственно для его знакомой и, без всяких преувеличений, ненавистной ведьмы. – Ровена, – голос охотника был насквозь пропитан холодом и едва скрываемым отвращением. – Я надеялся больше не увидеть тебя живой. Хотя, судя по виду, ты не так далека от исполнения моей заветной мечты. Губы ведьмы мгновенно растянулись в ухмылке. Лицо приобрело привычное высокомерно-ехидное выражение. – Дин Винчестер, какая встреча! – притворно-радостно начала Ровена. – Сколько лет мы не виделись? Десять? Неужели ты все еще помнишь старые обиды? – женщина позволила себе немного расслабиться и получать удовольствие от зарождающейся перепалки. – Где Сэм? – задал Дин единственный важный сейчас вопрос. Его голос казался незаинтересованным, но взгляд выдавал волнение. Ровена закатила глаза. – Не понимаю я тебя. До сих пор не можешь его отпустить? А стоило бы. Ваши пути разошлись и… – Где Сэм? – грубо перебил охотник. Будет он выслушивать бредни рыжей трёхсотлетней стервы, вот ещё. Винчестер вынужден был признать, что, как бы сильно его это не злило, уйти из треклятого дома, не получив ответ на закравшиеся в душу вопросы и не увидев своего брата он не сможет. – Сэм не желает тебя видеть, – недовольство Ровены, возникшее в воздухе, казалось, было осязаемым. – Катись отсюда, Винчестер!