Come with me now

I was born without this fear, Now only this seems clear, I need to move, I need to fight, I need to lose myself tonight. Come with me now.

— Иди за мной, покажу нечто любопытное. Влад хмурится, когда я предлагаю Лайе пройти за собой. И не потому что он не хотел бы, чтобы та оставалась в замке. И не из ревности, хотя в этом я менее уверен. Просто он знает. — Идём со мной, — повторяю я, заговорчески подмигивая. Эта фраза для него как щелчок, как затвор револьвера, отправляющего в прошлое, что для него равноценно отправлению на тот свет. «Идём со мной» — говорил я, протягивая ему руку, уводя в мир тёмных. «Идём со мной» — шелестел мой голос в его голове каждый раз, когда он грустил, а я это знал. И уводил его, чтобы развеселить. Словно шут, приставленный к Королю Карпат. Мой голос. Наверное, справедливо, что я считаю голос сильным оружием. Я чувствую почти детский, но дерзкий восторг, замечая, как темнеют глаза Влада, когда он слышит знакомые нотки в моем голосе. Голосе, каким я зазывал в свои покои самых скромных служанок. Голосе, которому повиновались короли. И даже один конкретный король повиновался. Так что Влад всегда напрягается, когда слышит это. Если он слышит этот голос, значит я что-то задумал. Я почти наверняка уверен, что он помнит самый первый раз, когда он услышал это. Влад только вернулся со скачек и был в конюшне. А я возьми да и скажи ему: «Идём со мной, у меня кое-что есть для тебя». Взял и подкинул ему да Аслану записки якобы от Лале. Они, окрылённые своей ненаглядной любовью, конечно, не подумали, что скромняшка Лале никогда не позвала бы никого из них на прогулку к ночному озеру. И чёрт возьми, мой фокус почти удался, но прежде чем Аслан попытался обнять «Лале» он заметил, что девушка обычно не пахнет конями. Хорошо, что Лео этого не помнит. Но ведь хороший фокус вышел, а? Ещё как-то было в Средневековье, в одном местечке я нашёл чудесную баню. Моими стараниями тут же оказалось, что она кишмя кишела нечистой силой. А пока местные жители изгоняли липовых чертей, я помчался к Владу, кажется он тогда был во Франции. Гниль, вонь, чума — идеальное место для работы. Столько озлобленных и отчаявшихся сердец, столько детей, оставленных матерями-шлюхами, рожающими прямо на улице. Столько прекрасных колдунов и ведьм, охотно заключающих контракты и неожиданно тепло принимающих тебя, путая с инкубом или суккубом. Дилетанты. Хотя, может и есть во мне что-то такое. Как-то я даже хотел попробовать принять женское обличье, но мужская клиентура давила пошлыми и банальными намёками, так что с ними были только сухие и прозаичные контракты, а женской было не так много. Тех, кто был, однако, я запомнил надолго. Надо будет ещё раз провернуть такой трюк. Опробую на Сандре или Лайе. Скорее на Сандре. Кхм, так вот. В вонючей мерзкой Франции я нашёл Влада. Тот как раз уже скучал и задумался о путешествии на юг. А тут я как раз вовремя: «Идём, » — говорю, — «Отмоешься от этой гадости, просвежишься, а? Идём со мной» В этот момент его словно током бьёт. Смотрит на меня недоверчиво, настороженно, но соглашается. Довольные до ужаса, с парой бутылок неплохого (хотя я видал и получше) бургундского, приходим мы в мою баню. Влад, ясное дело, ждёт приглашения. Я — отворяю дверь, как добросовестный хозяин, а мне в лицо — крест и святая вода брызжет. Стоит мужчина. Я бы даже сказал мужик. Стоит он в меловом круге, в одной руке, собственно, крест, а в другой — метёлочка, которой в церкви святой водой брызгают. У меня — слёзы из глаз, дверь захлопнул, за лицо держусь, а всего так и жжёт. Влад рядом стоит и смеётся. Смеётся так звонко, так искренне, что даже странно его помнить еще таким живым и весёлым. — А я всё ждал, когда ж ты поймёшь, что твою хвалёную терму освятили! — всё смеётся, но уже видно лёгкое беспокойство. — Сильно задело? — Нет. Вовремя дверь захлопнул. Но прилично. Влад сочувственно хлопает по плечу. Кончилось всё тем, что Влад договорился с местными мавками. Вода в реке была ледяная. Но это так, к слову. Последний раз это было веке в девятнадцатом, когда в одном дворце намечался бал с последующей оргией. Влад тогда уже стал другим. Совсем потемнел весь, словно светить перестал. Я помню это до самой мелочи. Помню, как то, что он «не хотел быть тёмным, таким, как я». Помню, как он вдруг меня невзлюбил. Как раз тогда я уламывал его пойти со мной на бал. Развеяться, вспомнить лучшие времена. «Идём со мной, мой Король Карпат» — Ну же, дружище, тебе нужна встряска! А тут как раз подходящее… мероприятие, сам понимаешь, как это происходит. Влад презрительно морщится и смотрит на меня так, словно пред ним стоит сборник из всех примерзких вещей со всего мира. Наверное, именно такой вещью он меня тогда и считал. — Все ты опошляешь, Ноэ. Я усмехаюсь. — На то я и тот, кем являюсь. Опошлить. Испортить. Сломать. Это мой профиль. Позволь искусить тебя, м? Хотя кусать — это по твоей части. Влад вздрагивает, но на каламбур не реагирует. — Тебе надо отвлечься. Идём со мной. — Я сам решу, что мне надо. Иди на все четыре стороны, раз ни на что кроме того, чтобы развлекаться с продажными душами, не способен. Тут уже вздрагивает не он, а я. «Не способен» «Не годен» «Ничтожен» Лицо Влада перед глазами идёт рябью и всплывает Адитум Прокул — мой дорогой дед. Я выходу из транса и вновь вижу Влада. Моего друга, как бы мне ни хотелось тогда признавать этого, но всё же самого близкого мне существа. «Не способен» Я замолкаю и подхожу к двери. — Хорошего вечера, господин Влад. На бал я тогда так и не пошёл. Да, много забавных случаев было. Когда-то мы вместе попадали в передряги, когда-то один я, когда-то я их подстраивал. Наверное поэтому Влад так напрягается каждый раз, когда из моих уст по воздуху заманчивым мёдом разливается: «Идём со мной». Влад хмурится, но следует за мной, когда я беру Лайю за руку и открываю ей путь в мир Тёмных.