Я же знаю что ты не вспомнишь

Очередная "вечеринка века" в башне Гриффиндора, на этот раз просвещённая победе в квиддиче над командой Когтеврана. Ремус определенно был рад за друзей, а как ещё если Джеймс был великолепным капитаном команды, а Сириус и Марлин-прославленными загонщиками. Но все же не достаточно рад шумной вечеринке что бы вылезать из уютного угла, который они с Лилс облюбовали ещё на втором курсе. К сожалению вышеупомянутая Лили выпила достаточно что бы позволить Марлс утащить ее танцевать, и сейчас парень стоял один с бутылкой сливочного пива больше погруженный в свои мысли, чем заинтересованный происходящим вокруг. А подумать определенно было о чем. Например о приближающихся экзаменах, по рассказам некоторых выпускников к СОВам надо было готовиться чуть ли не усерднее чем к ТРИТОНам. Или о "финальном пранке", "финальным" он конечно не был, так мародёры называли хаос, которых уже традиционно устраивали в конце учебного года. О, или о явно не трезвой приближающейся фигуре Сириуса, который всем своим раскрепощенным видом не сулил ничего хорошего для по уши влюбленного в него Ремуса: - Лунааатик, чего ты тут один? - Сириус обворожительно улыбнулся, прикусив нижнюю губу. "Вот блять". Парень прекрасно знал этот пьяный тон Блэка, который появлялся например когда Сириус собирался кого-то поцеловать. Нет, Ремус не подслушивал, просто приближающееся полнолуние, означавшее не только повышенную раздражительность и аппетит, но и усиление чувств, включающих слух, переодиочески неудачно(хотя с какой стороны посмотреть) выпадало как раз на такие вечеринки. - Ремууу,- Сириус прижался к оборотню боком, - поговори со мной. В любой другой ситуации парень спокойно бы начал беседу. Проблема была в том, что Ремус понимал к чему все это придет. Он начнет рассказывать о чем-либо отвлечённом, в то время как Сириус будет проявлять недвусмысленные знаки и, о мерлин, в конечном итоге зажмёт в том же углу и страстно поцелует, скажет какой Ремус прекрасный, какой красивый.... На утро ничего не вспомнит. Никогда не вспоминал. Оборотень перестал считать после третьего такого раза и после него же старался предотвратить обычный исход. Но получалось это далеко не всегда, может потому что в глубине души парень сам хотел этого? Сам хотел подойти первым. Но поведение Сириуса после подобных "инцидентов" вдребезги разбивало влюбленной сердце Рема. В этот раз он точно не выдержит. - Сириус, ты пьян, - как можно более холодно ответил парень. На что Блэк лишь захихикал и убрал выбившуюся прядь за ухо. Боже, как же он сейчас выглядел. Немного небрежно завязанные волосы блестели и выбивались из прически, из-за чего хотелось их постоянно поправлять, глаза, подведённые черным карандашом, горели недобрыми огоньками из-под густых ресниц, прикушенная нижняя губа, качающаяся в ухе серёжка, намеренно не застегнутые верхние пуговицы выправленной рубашки... Можно было продолжать до бесконечности. "Соберись". Ремус тихо сглотнул. - Реммии, не будь занууудой, - Сириус провел своими длинными пальцами, блестевшими черным лаком, по линии челюсти Ремуса и придвинулся ещё ближе. "Соберись, соберись, соберись". Паника начала настигать оборотня, сильнее стиснув зубы и собрав остатки воли в кулак, он отстранился. - Нет, бродяга, прекрати. Похоже его это нисколько не смутило. - Ну Лунааатик, я же знаю, - парень сверкнул своими потемневшими глазами, - я же знаю, что нравлюсь тебе. В груди ёкнуло. - Почему ты так говоришь со мной только когда пьян? - несмотря на внутреннюю усталость и напряжение, голос Ремуса оставался твердым. Парень проигнорировал вопрос. - Ты такоой красивый, Реммии, - хищная улыбка расцвела на покусанным губах, он вновь прижался к бедру оборотня. Ремус по-настоящему устал, как бы ему сейчас не хотелось поддаться внутреннему желанию, он не мог. Не мог так. Ему невероятно хотелось взаимности на свои чувства, но это.. это неправильно. Если бы.. если бы Сириус правда испытывал к нему те чувства, он бы.. все было бы не так. Ремус видел настоящую, искреннюю радость друга, его лающий заразительный смех, ярую улыбку во все зубы. Такую же его печаль, тяжёлые слёзы, завывающие всхлипы. Его ярость, разрушительную, как ураган. То, что с Сириусом происходило сейчас, не было похоже на него настоящего. Искреннего. Ремус оттолкнул парня. - Сириус, я сказал нет, - эти слова сопровождались острым уколом в сердце. Тот слегка опешил, но тут же собрался назад. - Ре.. - Нет, Сириус. Нет. " Я же знаю что ты не вспомнишь" - Ну ты чего, - пьяный друг стал ещё более напористым, - ты же меня лююбишь... Ты же мне нраавишься. С каждой секундной разговора уверенность Ремуса становилась все меньше и меньше. Но его терпение все же лопнуло первым. - Тогда ответь же мне, почему я тебе нужен только когда ты пьян?! - голос Ремуса сорвался на последнем слове и звучал громче и раздражительнее. Сириус даже немного растерялся. - Неправда, - произнес он ровнее чем до этого, но всё же пьяная улыбка не сходила с лица. Самообладание оборотня приближалось к нулю. Он осел на ближайшее кресло и схватился за переносицу. - Сириус, возвращайся на вечеринку, тебя скоро начнут искать. И это конечно было правдой, хоть и не было главной причиной. Но Сириус решил не сдаваться. - Но Ремми, я хочу сейчас быть с тообой... - НЕТ!, - запас терпения окончательно лопнул, Ремус вскочил - нет, Сириус, ты не хочешь. Возвращайся на вечеринку, возвращайся к Мэри, - голос на мгновение сбился,- к Джеймсу, Марлин, Питеру. Оставь меня. - последнее предложение звучало больше как отчаянная просьба. Не дожидаясь ответа, парень развернулся и вышел из гостиной. Бросив застывшего в замешательстве Сириуса. Он шел быстро, минуя лестничные пролеты и пересекая длинные коридоры парой шагов. За годы проведенные с мародерами в Хогвартсе, парень изучил замок до малейшей трещины в полу, а чувствительный слух позволял избегать Филча и его кошку даже без карты. Минуя очередной коридор, Ремус скрылся в заброшенном кабинете истории. Еле сдерживаясь от того чтобы хлопнуть, тихо закрыл дверь, для большей надёжности на заклинание. Только теперь он, обессиленный, позволил себе осесть на пол. В глазах застыли слёзы ярости. Ремус никогда не плакал, никогда. Парень не позволял испытывать к себе жалость ни себе, ни окружающим. Он быстро вытер их рукавом и хмыкнул. В голове роилось множество мыслей, но ни за одну из них Ремус не цеплялся. Он просто старался не думать, ведь за какую бы мысль он не хватался, она бесповоротно приводила к Сириусу."Это пиздец". Парень сжал деревко палочки и выдохнул, это всегда помогало. В кабинете он просидел до глубокой ночи. И когда уже был уверен, что все спят, вернулся в башню. Чутье его не подвело, гостиная опустела и затихла. Ремус бесшумно поднялся в спальню. Все мародёры уже крепко спали за задвинутыми балдахинами. Он не стал переодеваться и усталый юркнул на свою кровать. Сон почти моментально накрыл его. И видимо парень был настолько во всех смыслах истощен, что проспал до позднего утра совсем без сновидений. После этого Ремус старательно избегал Сириуса. Допоздна засиживался в библиотеке, пропускал приемы пищи и посиделки с гостиной , оправдываясь подготовкой к экзаменам перед друзьями. Через месяц Сириус впервые заговорил с ним о случившемся. Ещё через неделю попробовал снова. После первого экзамена парень подкараулил Ремуса в пустом коридоре и извинился. Долго извинялся. Искренне, и плакал, а потом так же по-настоящему его поцеловал. И Ремус ответил, он простил. Позже они признаются друзьям. Будет много настоящего смеха и радости, поцелуев. Где-то слёз и даже ярости. Но все будет настоящим и всё они пройдут вместе. А сейчас Ремус проснулся в пустой спальне, и на тумбочке возле кровати лежала тарелка тостов. Он шумно вздохнул и морально подготовился к непростому дню.