Разумный выбор

— А ты оказывается прожорливая, Этери Георгиевна. Прокомментировал Даня третье мороженое, которое доедала Этери. — Поди вон, Глейхенгауз. Я стресс заедаю. Мне можно. И вообще, то ты готов расщедриться на психолога, то мороженого жалеешь. — Я себя жалею. Мне кроме воспаления мозга придется еще лечить тебя от воспаления горла. — Но я же терплю столько лет твое воспаление хитрости. И ничего. И ты научишься. Они вернулись к машине. Но как-то прежний веселый лад не возвращался в их атмосферу. Что-то надломилось с этим откровением и последующей за ним истерики. Ехали молча. Собрались заехать к Дане за его вещами — и на Новогорск. Возможно, если бы в машине продолжался веселый словесный пинг-понг они бы не заметили, что их уже ждали. — Стой! Крикнула Этери Дане как только они въезжали во двор, тот быстро утопил тормоз. Она не ошиблась — около его подъезда крутились те знакомые рожи, которые ее охраняли в Вёшках. Как же она раньше не додумалась? Ведь наверняка передали Эдику из Хрустального, что она заезжала за вещами. И на чьей машине приехала тоже передали. — Дань, что будем делать? Ты же понимаешь. Что в Новогорске нас тоже ждут… Она обняла ладонями лицо и замерла. Что делать? Куда бежать? Даня медленно выкатился из арки, и отъехав через квартал, запарковался во дворах. — Слышишь? Не плачь. Пожалуйста, только не плачь..... А то писать будет нечем. — Вот придурок, — расхохоталась Этери и отвела руки от лица. Открыла зеркальце, подтерла тушь. И совсем она не плакала. Просто косметика поплыла. Сама. — А как ты думаешь, — теперь он ее уже спрашивал вполне серьезно, — они могут быть только на улице или в квартире тоже? — Ну откуда же я знаю… — А я знаю. И Даня открыл в телефоне камеры наблюдения своего жилища. Промотал — никто не входил. Потом посмотрел мультики из подъезда. — Там никого нет. Ну я пошел. — Куда? Дань, они же тебя… — Гулять по крышам. Обещай, девчонка, что дождешься солдата. — Дань, я серьезно. Он уже вышел из машины, она открыла дверь, возмущаясь пыталась его остановить. Он же просто в логово к врагу. Не надо быть умным, чтоб понимать, что если он вернется домой даже без нее, его возьмут и будут допрашивать, где она. Если Эдик не стеснялся бить и резать ее, то Даню он точно не пощадит. Даниил Маркович приложил палец к губам — тихо! , и направлением того самого пальца показал ей сесть в машину. — Если не вернусь, звони в Мосгаз. И исчез за поворотом. «Почему в Мосгаз?» — спросила вслух она сама себя вернувшись в машину.