За сильным мужчиной

Последние несколько недель перед праздниками Тамико и Семи много работали вместе. Планирование рождественской вечеринки было большой работой, тем более, что они праздновали в доме Семи. Сначала его мать была не очень рада оставить дом своему сыну и тринадцати старшеклассникам, но когда вмешалась Тамико, заявив, что она тоже будет там, она разрешила это. С тех пор они планировали игры, еду и все остальное, чтобы распланировать дни. Тобио проведет Рождество у Хинаты, и его было на удивление легко убедить. — Я присмотрю за твоим братом, Кагеяма-сан. — Он ухмыльнулся. Тамико поговорила с матерью Хинаты, чтобы быть абсолютно уверенной, что все в порядке. Рассказав ей о ситуации, женщина была более чем счастлива взять Тобио на каникулы. Тамико была рада, что теперь обо всем позаботилась после того, как несколько ночей назад ее утешал ее брат. Давненько она не чувствовала себя такой злой, но на этот раз она была опустошена. Их матери пришлось отменить рейс из-за работы. Это был первый раз, когда им пришлось провести Рождество без нее. Она не сказала мальчикам. Никому из них. Она не хотела, чтобы они волновались, особенно Ушиджима и Семи, которые, казалось, всегда волновались. В противном случае это вызовет у нее еще больший стресс, поэтому она промолчала. В тот судьбоносный день Тамико отвезла своего брата в дом Хинаты, пожелав семье отличного Рождества. — Веди себя хорошо. — Сказала она ему, щелкнув его по лбу. Затем она улыбнулась. —И получай удовольствие. После объятий и чмоканья в щеку она поехала домой. Оставлять его было как-то тяжело. Но это нужно было сделать. Собрав необходимые материалы из дома, она поехала в дом Семи. Он уже был занят расстановкой всего на свои места. Он немного запыхался, когда открыл перед ней дверь, и исчез в гостиной, когда она вошла в дом. Она ушла на кухню и все приготовила. Прошел час, и Тамико возилась на кухне, когда пришли мальчики. Так как все они жили в общежитии, то собрались все вместе, и сразу стало шумно. Она уже слышала, как Тендо спрашивает, где она, но сейчас не стала прерывать работу. Те, что принесли еду, все равно пришли на кухню. — Привет, Тамико. — Соэкава улыбнулся и поставил на столик пластиковый пакет с едой. — Привет, Джин. — Она улыбнулась. Он подошел к ней, заглянул ей через плечо, сделал замечание о хорошей еде, пошутил, чтобы она посмеялась, и похлопал ее по плечу. Соэкава Джин был отличным вице-капитаном и другом. Было бы интересно посмотреть, кто встанет на место его и Ушиджимы, когда они закончат учебу. Тендо тоже заглянул на кухню. Он пришел в трепет, увидев ее в фартуке и повседневной одежде. — Тамико-тян выглядит как настоящая домохозяйка. — Он ухмыльнулся. Она бросила на него короткий взгляд, прежде чем продолжить резать овощи перед собой. «Ты знаешь, почему женщины живут дольше мужчин?» — спросила она. — Нет, — сказал он, слегка склонив голову набок. Она сделала последний, довольно агрессивный удар, а затем остановилась. — Потому что ножи на кухне. — она улыбнулась, но угрожающая аура позади нее заставила его вздрогнуть. Нож в ее руке усилил эффект, и Тендо стал искать безопасное место в гостиной. Соэкава рассмеялся и похлопал ее по плечу, прежде чем уйти. Она улыбнулась про себя и снова сосредоточилась на своей работе. После того, как она закончила готовить все, что нужно приготовить, она включила духовку, поставила таймер и взяла с собой несколько вещей в гостиную. Все собрались в теплой и уютной гостиной. Родители Семи поставили рождественскую елку несколько недель назад, так как их дочь приобщила их к американским традициям, и, если не считать потолочного светильника, это был единственный источник света в гостиной. Там было не менее 5 гирлянд, красные и серебряные декоративные шары из стекла и небольшой круглый ковер у основания. Семейного кота к нему не подпускали, так он всем говорил. Кот был уже слишком стар, чтобы протестовать, и отдыхал на одном из диванов. Семи сам толкнул несколько диванов и кушеток вокруг лежащего на земле котацу. Не все были там. Многие из первокурсников и второкурсников были со своими семьями, и присутствовали только Гошики, Каваниши и Шибару. Хотя все с третьего курса были ею. Каваниши и Шибару первыми забрались в котацу. Остальные мальчики сидели на кушетках и диванах, когда Тамико пришла с 8 кружками горячего шоколада и миской с домашним печеньем. — Угощайтесь. — она сказала им. — Спасибо! Тамико уютно устроилась в своем флисовом одеяле на одиноком диване, который она отобрала для себя. Она огляделась, чтобы убедиться, что все довольны, когда ее глаза на мгновение встретились с глазами Ушиджимы. Он недолго удерживал зрительный контакт, когда потянулся за другим печеньем. Она улыбнулась про себя. Очевидно, он был любителем печенья, да и ел его нечасто. Тамико тихо оставалась одна, пока мальчики говорили и говорили. Через час темы для разговора начали иссякать. — Ребята, вы запомнили фотографии? — спросила Тамико. — Ага. — Они все улыбнулись. Все подошли к своему багажу и положили фото на стол котацу, все, кроме Тамико. Это не осталось незамеченным. Гошики посмотрел на фотографии, а затем на Тамико. — Кагеяма-сан, где твоя? — спросил Гошики. На ее губах играла грустная улыбка, что Ушиджима заметил слишком быстро. Ее слова заставили его почувствовать жалость. — Моя мама особо не удосужилась фотографировать. — Она начала. — Но у Семи есть одна со мной. — Шутки в сторону? — Гошики ахнул и посмотрел на Семи. — Вот. — Семи усмехнулся и показал маленькую и старую фотографию. Мальчики внимательно посмотрели на него. На нем был изображен маленький Семи, спящий на земле, а рядом с ним спала девочка. Волосы у нее были короткие и вьющиеся, очки валялись на полу. — Ты совсем не изменился, Эйта. — Охира улыбнулась. — Я знаю, но Тамико сильно изменилась. —Семи рассмеялся. Тамико неопределенно кивнула, глядя на другие фотографии. Все мальчики не изменились на фотографиях. — Итак, что за история с этой фотографией? — Спросил Ямагата — Если я правильно помню, мы весь день были на детской площадке и пришли ко мне домой уставшие. Мы так устали, что заснули на ковре, мама взяла нам одеяло, а папа сделал фото. — Семи объяснил. — Какой была Тамико-тян? — спросил Тендо. — Громкой и авантюрной. — Он усмехнулся. Семи рассказал им несколько воспоминаний об их детстве, и Ушиджима выслушал. Семи рассказал им, как они вместе играли в волейбол, вместе делали уроки, навещали друг друга. Оказалось, что Семи и Тамико не только были близкими соседями и ходили в одну школу. Они ходили в один класс, и он многое знал о ее прошлом. Это была часть ее жизни, о которой Ушиджима не знал полностью, но в глубине души он начал жалеть, что не знал ее, когда они были моложе. Он бы играл с ней в волейбол, смотрел, как она смеется, смотрел, как она растет. Ему начал не нравиться тот факт, что Семи и Ойкава были свидетелями тех частей ее жизни, которых он никогда не видел. Он начал представлять ее в молодости, с короткими волосами, как на первом курсе. Ее очки, которые она теперь носила, тоже. Он пришел к выводу, что ему нравятся ее очки. Он посмотрел на нее, ее глаза были частично прикрыты оправой очков. — Посмотри на это. — Ямагата вдруг рассмеялся. — Сатори похож на Тецумо! Все остальные смотрели на фотографию маленького мальчика с рыжими волосами. У него была такая же стрижка, как сегодня у Гошики. — Ты прав! — Остальные согласились. — Я выглядел круто, не так ли? — Тендо гордо ухмыльнулся. — Это самая крутая стрижка. — Да, я не буду это комментировать. — Семи улыбнулся. Все рассмеялись и посмотрели на оставшиеся фотографии. У большинства из них в руках был волейбольный мяч, кроме Семи и Охиры. Очаровательные маленькие дети, все они. После того, как каждая фотография получила комментарий, смех и предысторию, Тендо пришла в голову великолепная идея. — Тамико-чан должна оценить фотографии. — предложил Тендо. — Зачем мне это делать? — проворчала она. — Это просто для удовольствия. Кто выглядел симпатичнее? — он спросил. Тамико еще раз взглянула на фотографии. — Ушиджима был очарователен. — отметила Тамико, главным образом про себя. Эти слова заставили сердце Ушиджимы учащенно биться. Особенно, когда она взяла фото в руки и улыбнулась ему. Это заставило его чувствовать себя так странно. — У нас есть победитель. — Тендо аплодировал и аплодировал. Пока Тендо поздравлял Ушиджиму, у Тамико появился озорной блеск в глазах. — Но опять же, ты тоже выглядел очаровательно, Тендо. — Она сказала. Тендо быстро уловил суть. Он уже слишком хорошо ее знал, и это ему нравилось в ней. Поддразнивания. — О, я был? — он ухмыльнулся. — Ну, — она снова посмотрела на изображение. Война шла. — раньше был. Это действительно позор, что случилось? — Половая зрелость ударила меня, как грузовик. — сказал он, самодовольно проводя рукой по волосам. — Ты мог бы быть таким же милым, как Гошики, если бы сохранил эту прическу. Ты должен вернуть ее. — Она предложила. Сидящий сзади Гошики стал ярко-красным и начал заикаться. Тендо признал поражение, в то время как Ямагата пытался объяснить Гошики, что это нормально. Вдоволь посмеявшись, Тамико собрала фотографии третьекурсников. — Могу я оставить их себе? — внезапно спросила Тамико. — Почему? — спросил Соэкава. — Ну, мы скоро выпустимся, поэтому я подумала, что могу сделать что-нибудь хорошее с этими фотографиями. — призналась она. — Я не против. — Охира улыбнулся, и остальные тоже предложили свои фотографии. Она собрала их и поблагодарила за сотрудничество. Сложенная в небольшую кучу, она вышла из гостиной, все еще улыбаясь при виде маленького Ушиджимы с волейбольным мячом в руке. Он совсем не изменился. Ушиджима увидел эту улыбку и тяжело вздохнул. Он наслаждался этим. Одного ее присутствия было достаточно, чтобы успокоить его, несмотря на то, что в его голове было много мыслей. Но в основном это была она. Он поставил перед собой цель хотя бы раз поговорить с ней, пока они проведут следующие три дня вместе. Но в этот момент он потерялся в своем счастье. Ее улыбка была такой интригующей. Как еще называлось это прилагательное? Очаровательной. Красивой. Заманчивой. Желаемой. Он не знал, какое слово подходит лучше всего, но был уверен, что хочет ее.