Зимний вечер, коньки и немного странностей.

За окном падал белый снег, образовывая пушистые сугробы, кто-то вернулся к своему Соеру, а Лютер застал на кухне кислые унылые мины домочадцев. Нион, Ниен, Себастьян и Рендалл со скучающими лицами по очереди выковыривали ложками остатки пасты со дна банки Нутеллы. — Ёбен-бобен, устроили здесь склеп, — неодобрительно отметил король странного дома. Очкарик выдохнул: — Братец, нам скучно, по телику опять последние наихуёвейшие части «Одного дома» крутят, а кассета с «Порождённым» куда-то затерялась… Услышав это, Себа спокойно выдохнул, но его счастье было прервано осуждающим взглядом хозяина. Немного походя по комнате, Лютер придумал один увлекательный, по его мнению, вариант: — Ребят, мы ведём до пизды малоактивный образ жизни. Тут в десяти минутах езды от нас открылся каток с музыкой, можем туда сгонять. Я буду только за. — Ого, коньки! — оживился обычно молчаливый Нион. Другой коточел не разделил восторга своего товарища. — Ну давай, всё равно в родных стенах делать нехер, — Ренди встал из-за стола и отправился искать что-нибудь для зимнего вида спорта. Себастьян и Ниен предпочли скромно промолчать. Всё просто: один не хотел перечить долбанутым окружающим, а второму было до блядской лампочки, где и как проводить вечер. *** На катке в целом оказалось весело, только рыжик злился на «отстойную попсятину», доносившуюся из динамиков, и Ниену нехотя пришлось брать коньки на прокат, потому что его собственные были временно отданы Себе. — Не расстраивайся, в следующий раз купим пару для него, а ты учись делиться, — именно так хозяин объяснил эту ситуацию, чтобы никто никого не зарезал в общественном месте, ибо ему нафиг были нужны разборки с полицией. Старший коточел нервно-рвано вздохнул и начал зашнуровывать казённые коньки. Нион присвистнул в мыслях, когда увидел то, что надевал его закадычный друг. Эти коньки выглядели шикарно: массивные, яркого кораллово-розового цвета, с густой шерстяной прошивкой внутри. «Интересно знать, как будут чувствовать себя его ног…» — было задумался ушастик, но, покраснев, постарался послать коварные фантазии из головы на три весёлых русских буквы и на четыре латинских. Процесс вечернего развлечения проходил замечательно, просто шоколадно: раззадорившись, Рендалл выделывал тулупы, которым позавидовал бы Плющенко, едва не сбивая других отдыхающих, материвших его направо и налево, Лютер спокойно катался по кругу, Себастьян, боясь толпы, робко плёлся, держать за бортик, а Нион и Ниен резвились недалеко друг от друга. — Вот бы почаще так проводить вечера, — хихикнул младший кот. — Это да, кайфа больше, чем от травки, — отдыхая, старший встал около бортика и посмотрел вдаль, — Ха, зырь, как кудрявый лох ломается. — Приноровится ещё. На минутку Ниен поднял голову вверх, любуясь звёздным небом, но был отвлечён от созерцания прекрасного ворчанием друга: — Здесь реально хорошо: свежий воздух, дебильная музыка, вводящая в транс, что даже имеет особую прелесть… Только эти коньки ебаные устроили мне баню. Стопы будто тают… Ушастика будто током прошибло. Внезапно захотелось упасть на лёд, стянуть с Ниена то, что его мучало, и вдохнуть… Нет, Нион, думай о звёздах! *** После продуктивного катания уставшие ребята медленно ехали домой. Младший коточел лениво смотрел в окно, но его мозг то и дело атаковали воспоминания о критике Ниена тех самых коньков. Мельком носом он чувствовал еле проявляющийся, но пьянящий запах от сидящего рядом юноши, и разврат, совершенно неправильный разврат овладел Нионом. К своему ужасу, парень почувствовал, что в одно мгновение штаны стали тесноваты, а член, набухая и пульсируя, начал активно просить о разрядке. Чтобы не быть замеченным, кот сжал ноги. Господи, Ниен вызывающе посмотрел на соседа: — Чё сидишь, будто дико ссать хочешь? — Я на катке не сходил… Там был очень грязный и холодный толкан… — враньё, конечно же, но необходимое. — Ути моя принцессочка… Дай обниму поддержу! — с плутоватой улыбкой старший полез к другу, осуществляя задуманное. — Хватит, хватит! — Нион начал забавно отмахиваться, всё ещё пытаясь скрыть позорную эрекцию. Эх, поскорее бы они доехали домой, и наш герой получил возможность уединиться. *** — Какого хера ты прёшься в тубзик со мной? Ушастик зло смотрел на Ниена, который плёлся за ним по коридору и оправдывал своё странное желание: — Руки помоем вдвоём, а дальше ссы сам. Времена сейчас такие: воду нужно экономить. Коточелам действительно пришлось потесниться около раковины: места немного, да и Ниону хотелось, чтобы объект его воздыхания вместе со своими волшебно пахнущими ногами свалил в другую комнату. Но тот подло вертел кран так и сяк: то поток казался ему слишком горячим, то слишком медленным. Возбуждение младшего росло с каждой секундой, и он еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на дразнилу и осуществить все свои мечты прямо в ванной. Тепло на ноге. Юноша ощущал эти мокрые носки и очертания стоп товарища. Нет, ему не показалось. Ниен нарывался. Хитрюга уже в машине, или, может быть, даже раньше прознал состояние парня и начал делать всё, чтобы Нион сорвался. И его план сработал. Младший резко схватил товарища за руку, и спустя пятнадцать смешных секунд они вбежали в свою комнату. Нион в порыве страсти грубо поцеловал Ниена, а затем бросил «напросившегося» на мягкий диван. — Заебали твои блядские носки! Одной рукой фетишист сорвал осточертевшую одежду с желанных ног. На мгновение он засмотрелся на аккуратный педикюр, выполненный изящным чёрным лаком. Если бы у коточела в данный момент был фотоаппарат — он бы снял эту отвратительно-пленящую красоту и показывал бы её на авангардных выставках мира. Перестав медлить, Нион поднёс к лицу стопу возлюбленного, вдыхая головокружительный аромат. О да, этот запах сочетал в себе нотки мха, прелого лишайника и талого снега, его ни в коем случае нельзя было назвать неприятным или отталкивающим. Терпко, деликатно и по-самобытному нежно. Другой чистой рукой юноша расстегнул ширинку брюк, достал твердый, покрытый венами, истекающий смазкой член и начал активно его надрачивать. Ниен созерцал эту необычайную картину не с эротической, а с чисто эстетической точки зрения. Он даже не возбудился: настолько его завораживал заведённый до предела младший коточел. Раньше недобандит ошибочно полагал, что футфетиш — далеко не приятная штука, которую могут понять не все. Как же он заблуждался, избегая мыслей о возможном опыте, да ещё с человеком, к которому он давно был неравнодушен. Не было ничего неправильно. Только трогательные вздохи Ниона и хлюпанье предэкулята. — Думаешь, я давно не заметил, как ты из дверного проёма завороженно наблюдал за тем, как я делаю себе педикюр? — вызывающе улыбнулся виновник торжества, — Не чувствовал, как хищно ты смотришь на мои ноги, пока я свешиваю их с верхнего яруса? Я не так прост, каким кажусь, детка… — Ты охуенен, Ниен, ммммх~ Кто-то может сказать, что за ласками Ниона не стояло ничего, кроме удовлетворения своего кинка. Но это было далеко не так, и старший коточел мог сказать, почему. Периодически, продолжая вкушать волшебный запах и потираясь щекой о стопу, юноша кидал на возлюбленного очень милый, нежный взгляд. Несмотря на дикое желание, он аккуратно массировал ножку, стараясь доставить удовольствие и партнёру. В этих странных развязных движениях чувствовалась настоящая любовь. Параллельно Нион трогал себя внизу, ощущая скорую разрядку. И она наступила. Семя обильно брызнуло на ковёр, а юноша блаженно откинулся назад, отрываясь от стопы. Пока он приходил в себя, Ниен хихикнул: — Если у меня после душа будут силы, я попробую принести тебе удовольствие большим пальцем) — Да кто знает… Ты ж у нас сама непредсказуемость! — Хотя… Как считаешь, сперма может увлажнить кожу ноги, как дорогущий крем? — старший ехидно провел стопой по недавно появившемуся белёсому пятну. И тут Нион понял, что вечер будет длинным ;) А Рендалл тем временем ни момента не терял: сфоткал вакханалию коточелов и выложил её в Твиттер, чтобы показать читателям, чем занимаются питомцы его брата, пока их никто не видит. Но это уже совсем другая история.