Здесь так много звезд, они красивые, как ты

            Последняя неделя.       Они каждый вечер проводили вместе, несмотря на протесты родителей. Они спали на улицах и гуляли под дождем, промокая до нитки. Каждый из них знал, что время идет с каждой секундой, и конец недели все ближе и ближе.       – Чувак, как думаешь, как скоро мы снова сможем так лежать, – Джерард повернул голову в сторону Фрэнка. Они снова лежали на траве у того озера, как прежде, смотря на звезды, что кажутся намного дальше чем раньше. – Я не знаю, Джи... В каждой вселенной по-разному, – произнес он с улыбкой, хотя глаза были мокрые от слез, и в них отражались все звезды, что были на бесконечном небе. Джерард не ответил, а лишь повернулся в сторону парня, приобнял его рукой и положил голову на его грудь – Пожалуйста, не забывай меня, Фрэнки...– дрожащий голос парня заставил Фрэнка еще больше прижаться к нему в попытке успокоить. – Я тебя никогда не забуду, Джерард. Ты – моё всё. Ты – все что у меня есть. Я никого никогда не полюблю так же сильно как тебя. Что бы ни произошло в моей жизни, я буду помнить тебя вечно, – они слились в мягком и полном нежности поцелуе. Каждый из них игнорировал соленый привкус слез друг друга, и каждый из них хотел вернуть эту дождливую весну, когда у них было полно времени, звезды были ближе, а другие люди не существовали. ***       Теплый майский ветер трепал волосы каждого прохожего, заставляя некоторых пессимистично хмуриться и оставлять за собой лишь негативную ауру. Листья деревьев уже давно обрели такой зеленый цвет, что он казался самым настоящим из всех его вариаций на планете.       Фрэнк, ступая большими шагами чтобы сравнять дистанцию с Джерардом, активно жестикулировал руками и рассказывал о парнишке, что пытался пырнуть его ножом за то, что тот носил футболку с hole. Трепля свои влажные от жары волосы Джи рассмеялся. – Какого черта, чел, на грязной душонке этой сучки целых две жизни – ее гребаного мужа наркомна и ее басистки! – Фрэнк пытался копировать манеру речи грубого мужлана, который говорил эти слова пару лет назад. Джерард вновь рассмеялся, после чего его лицо осветила гримаса радости. Увидев в нескольких футах от них лавку с мороженым, парень с озаренным взглядом обернулся к Фрэнку. – Фрэнк, Фрэнки, пожалуйста, купи мне мороженого, дорогой, прошу тебя!– взмолился Джерард, хватая парня за плечи, после чего услышал одобрительный смешок со стороны Фрэнка. Пошарив в карманах джинс, он собрал восемь центов и протянул их невозмутимо стоящей продавщице. – Клубничное, как для маленьких девчонок, – Фрэнк, даже не пытаясь сдерживать улыбку, покосился на Джерарда, что стоял рядом и смотрел по сторонам, будто не имеет к нему никакого отношения. Посмотрев на Фрэнка исподлобья, женщина протянула парню рожок.       Душный воздух потихоньку сменился на прохладный, обдувающий потную шею легкий ветерок. Черные солнцезащитные очки Джерарда убирали большую часть волос, зачесывая их назад, и делая его еще больше похожим на превлекательную девушку, но парочке прядей все же удалось выпасть ему прямо на лицо, завиваясь и заставляя парня переодически смахивать или сдувать их. Мороженое было благополучно съедено на пару, хотя большая часть все же досталась Джи. ***       Сумерки постепенно наступали, поглащая яркое солнце Джерси. Телефонные будки одиноко стояли по бокам опустошенной безмолвной улицы, а свет фонарей лишь придавал переулкам большую таинственность. – Фрэнк... – М? – Сегодня звезды будут ярче чем вчера, – Фрэнк взглянул на Джерарда, смотрящего на темно-синее небо. Джерарда, что вновь был слишком красив для обычного человека. Джерарда, что вновь казался слишком далеким. Над парнями вскоре разольется безмолвная полночь, что съест каждый миллиметр пространства. Одна мысль слишком сильно врезалась в его рассудок. (Иногда мне кажется... глупая, но страшная мысль) (Иногда мне кажется, что я его выдумал) – Фрэнк... – парень отвлекся от своих мыслей и посмотрел в сторону Джи. – Да, милый? – Милый? – губы Джерарда расплылись в скромной улыбке, и ямочки на щеках отчетливо выделились. Вновь взглянув на нескончаемое голубое полотно, Джи нащупал руку Фрэнка и крепко сжал ее.       Двое парней шли по опустошенной улице, держась за руки и электризуясь от каждого прикосновения друг к другу, словно оголенные провода. После пятнадцатиминутной ходьбы, на их пути встал деревянный книжный магазин со стеклянной дверью, через которую можно было различить около пятидесити человек в небольшом помещении. – У них оргии? – спросил Фрэнк, приподнимая бровь и делая комичное выражение лица, что вызвало улыбку на лице Джерарда.       Решившись войти в книжную лавку, и как выяснилось позже, бар по сопутствию, парней окутала душнота, что наводила легкое помутнение рассудка. В небольшом но уютном помещении разместились люди, сидящие на полу в позе лотоса, или же облокотившись на сосновые перила лестницы, ведущей на второй этаж. Посередине потока людей, окутанный вниманием сидел автор стихов, держа в одной руке крепкий ром, а в другой книгу со своими произведениями. Он рассказывал самые необыкновенные истории из жизни, которые побудили его написать стихи, в перерывах высказываясь философскими цитатами. Обстановка была максимально непринужденной, и даже такое количество людей в помещении не смутило парней. Войдя в магазин, они будто стали частью всего этого собрания, словно вошли в секту, где все друг друга уважают и любят как матери сыновей. Некоторые из прихоженцев были уже наполовину пьяны, но это не мешало добродушной атмосфере заведения. – ... и я хочу донести до вас, мои братья и сестры, одну простую истину, – продолжал рассказчик, не обращая внимания на зашедших Фрэнка и Джерарда – Все мы – часть друг друга. Все мы – одно целое, и лишь объеденив силы мы сможем стать неразрушимой силой, сможем противостоять любым невзгодам...– Фрэнк, ведя за руку Джерарда, пробился сквозь толпу и сели на первую ступеньку, рядом с женщиной, что с любовью в глазах глядела на поэта. – Здравствуйте, мальчишки, – женщина посмотрела на парней взглядом, что выражал полную воодушевленность и вдохновение. После чего протянула каждому по стаканчику с джином – Расслабьтесь, тут все свои, – Фрэнк с Джи переглянулись, но не могли не поверить столь спокойной и доброй на вид женщине. Весь ее облик олицетворял материнскую любовь.       – Вы знакомы с автором книги? – глотнув манящей жидкости из стакана спросил Фрэнк. – Он мой муж, мальчик. Мы с ним живем уже двадцать лет вместе, – женщина поправила волосы на голове рукой, на котрой было множество браслетов, колец, и кажется фенечек – Он посвятил мне эту поэму, и я не могла желать чего- то большего! – женщина вновь улыбнулась. –... жизнь – хоспис под открытым небом, но ваши соседи по палате могут сделать времяпровождение в нем не смертельной мукой, а нескончаемой эйфорией...– Фрэнк мельком взглянул на Джерарда, что слушал рассказчика с необъяснимым забвением. На лбу парня появилась чуть заметная испарина. Несомкнутые губы и аккуратный нос, точно при создании этого человека Бог стал учителем геометрии – все это лишь малая составляющая красоты Джи, лишь крупинка всего того, что можно было выделить в его красивом личике, потому что большую часть занимали его зеленые, изумрудные, просто невероятные глаза, и тёмные угловатые брови над ними.       Женщина продолжала с любовью в глазах смотреть на мужа, в перерывах аплодируя вместе с толпой. Эти люди выглядели как идеальная пара, вдохновляемая друг другом каждую секунду своей жизни. ***       Время летело незаметно, и Фрэнк с Джерардом не заметили, как сумеречное небо сменилось темным полотнищем, усеянным сотней звезд.       Фрэнк ощутил горячие пальцы Джерарда, что аккуратно прикасались к его пальцам. "у тебя ахуено сексуальные руки, Фрэнки" Джерард рисовал невидимые узоры на руках Айеро, засталяя его спину покрываться мурашками от каждого прикосновения. Положив свободную руку на плечо Джерарда, Фрэнк принялся обвивать шею любовника, заключая ее в плен, нащупывая учащенный пульс. Ребячество продолжалось относительно недолго, ибо через четыре минуты Фрэнк не вытерпел, и попрощавшись с добродушной женщиной потащил Джерарда сквозь толпу к выходу.       Глотнув свежего воздуха, Фрэнк снова взглянул на Джерарда, что стоял как ни в чем ни бывало. Затем, после изучающего взгляда, Фрэнк вынес окончательный вердикт – Пойдем напьемся в хлам – Как скажешь *** – Бутылку красного вина и карамельный коньяк, пожалуйста, – бросил Фрэнк в след обернувшейся официантке, которая, надеясь привлечь внимание, ушла активно двигая бедрами, что казалось чересчур наигранным. Шумные разговоры и музыка гипнотизировали и без того возбужденных парней, что уже не могли терпеть такого сильного напряжения, давая друг другу знаки. Все мужланы в баре были в стельку пьяны, поэтому внимательных гомофобов не нашлось. Джерард наверняка уже давно заметил эрекцию Фрэнка, но продолжал всячески дразнить любовника, ставя руку на колено Айеро, переодически поглаживая его бедро. Казалось, оба забыли о предстоящем расставании, помня лишь о собственных желаниях, похоти, и нужде прикоснуться к оголенному телу любовника.