returning to a place where has changed nothing, but you.

Телефон разрывался, а из кухни кричала мама. Женя подорвалась на кровати, пытаясь разлепить сонные глаза, совершенно не понимая где она и что происходит. Вскочив с кровати, она понеслась к телефону и увидев на экране, что время уже девятый час и звонит ей сама Тутберидзе, ужаснулась. “Черт черт черт! Что же ей сказать? Глупая отмазка с будильником ее только разозлит, а врать так не хочется.” - в панике соображала девушка. Пару раз судорожно выдохнув, она взяла трубку: - Здравствуйте, Этери Георгиевна. - Жень, привет, - на фоне что-то кричал Глейхенгауз и была слышна музыка короткой программы Камилы. Значит она сегодня опять пришла на утренний лёд. Это что за новая тенденция. Женя удивилась, такое раньше случалось не часто. - Послушай, я сейчас занята, но если ты уже выходишь на утреннюю тренировку, то не приходи. Я назначила тебе сегодня индивидуалку в 4. Так что там со всем и разберёмся, хорошо? Женя аж выдохнула. Врать не пришлось и за опоздание не влетело. Улыбнувшись самой себе, она радостно ответила: - Да да, я поняла, хорошо, буду в 4. - Отлично, до встречи. - До свидания. Бухнувшись на кровать, Женька мечтательно улыбнулась. Внеплановая индивидуалка с Этери ее радовала, ведь они давно не тренировались вот так просто вдвоём. Все для неё теперь в Хрустальном было непривычным и вместе с тем таким желанным, что мысли в голове брюнетки были хаотичны. Казалось, что то, что было решено за неё и против ее воли было как раз тем, что было необходимо ей уже давно. Вернуться на родину и продолжить все оттуда откуда она начала было символично. Перерождение Жени. С этими сумбурными мыслями она пошла завтракать и заниматься своими делами, пока было время до тренировки. Припарковавшись у Хрустального в без двадцати 4, Женя взволнованно посмотрела на себя в зеркало в машине и постаралась убрать со своего взгляда этот непонятный страх, который она начала чувствовать ещё по дороге на каток. Ее настигла нерешительность и непонятное волнение. Она не знала чего ожидать от первой совместной индивидуальной тренировки. Если ещё утром присутствие с Тутберидзе на катке один на один ее радовало, то сейчас она ощущала себя несколько загнанной. Но с этим надо разобраться, перейти чертов Рубикон. Поругав себя за недостойное спортсмена поведение, она открыла двери ледового дворца и уверенно пошла в сторону раздевалки. Быстро переодевшись и зашнуровавшись, она уверенно вышла на лёд. Тутберидзе сидела со спокойным взглядом, печатая что-то в телефоне и не замечая ее. - И снова здравствуйте, Этери Георгиевна. - улыбнулась Женя и подъехала на коньках к ее столу. Блондинка резко вскинула голову и дежурно улыбнулась в ответ: - Привет, Жень, начинай раскатываться. Я подойду. Кивнув, Женя отправилась выполнять упражнения, изредка поглядывая в сторону тренера. Этери была задумчива, смотрела вроде бы и на неё, и сквозь, иногда хмурилась. Женя, раскатавшись, начала было набирать скорость для прыжка, как ее окрикнули. - Жень, подожди! Прыжки не надо, давай с дорожек начнём. А то ты здесь упадёшь ещё у меня со своей спиной и только тебя и видели. Жене не понравилась такая формулировка. Она раздраженно закусила губу и выдохнув крикнула с другого конца катка: - Этери Георгиевна, я ведь говорила вам вчера, что со спиной все в порядке.Я в состоянии прыгать сальхов. Если совсем его не тренировать, как же я буду выступать на стартах? Тутберидзе снова нахмурилась и подозвала фигуристку к себе. Женя подъехала, и она взяла ее руку. Сначала она смотрела на стол, опустив глаза вниз и думала над тем что сказать. Только было Женя собиралась спросить в чем дело, как она подняла на неё свой взгляд. Он был тёплый, но уставший. Эти глаза вдруг заставили Женю потерять точку опоры, она не могла оторвать от них взгляда. Завороженно рассматривая карию бездну, она поняла что никогда так долго и пристально не смотрела тренеру в глаза. Потерявшись в своих мыслях, Женя чуть не пропустила то, что ей сказали: - Послушай...Ты не доверяешь мне, задавая странные вопросы, я не доверяю тебе когда ты говоришь, что со спиной все хорошо. Так не пойдёт, Жень. Я понимаю одним коротким разговором ничего не изменишь, но давай ты мне скажешь то, что у тебя на душе, иначе наша работа не продвинется никуда. Мы можем ещё долго носить это в себе, но лучше не станет. Женя поняла, что сейчас будет тяжелый и длинный разговор и, вернув себе свою руку, поехала к выходу из катка, чтобы подойти к столу тренера. Этери уже подумала, что Женя даёт заднюю и уходит, но увидев, что та приближается к ней успокоилась. Женя села на стул Дудакова рядом с ней и, сделав тяжелый вздох, начала: - Этери Георгиевна, вы были тогда совершенно правы сказав, что олимпиада уже в прошлом и прошло два года, что надо сделать выводы и идти дальше. Я правда думала над всей ситуацией. Сначала естественно злилась, потом просто плакала. Потом думала, где же допустила ошибку я, а потом стала искать ваши. Злилась на ваши интервью, на все те слова в мой адрес и назло всем зареклась возвращаться. Но время шло. В Канаде было комфортно. Это не камень в ваш огород, не подумайте! Там на катке я забывала обо всем, что было. Я была свободна и думала, что, сбежав отсюда, решу все проблемы, закрою главу под названием “Хрустальный”, будто ее и не было. Я изучала новую культуру, язык, обрела новых друзей. Вот только я была наивна. От себя не убежишь. Сейчас я ни в чем не виню ни вас, ни Алину. Ее победа была заслуженной, она много трудилась каждый день. Так сложились обстоятельства - это было жестоко, но это уже данность. Это серебро сейчас меня подстегивает не сдаваться все ещё, а значит в нем что-то есть. Я знаю, что я не хуже, что были травмы не совместимые с некоторыми элементами и сложностью. Это было легко понять головой, но не чувствами, и поэтому на это потребовалось время, пожалуй даже слишком много, - нервно хохотунов она продолжила, - но я все это приняла. Если тогда вы посчитали, что программу необходимо облегчить - значит на то у вас были причины. Спиной я правда занималась, и в данный момент могу работать. Тренер внимательно слушала ее, не перебивая. Иногда усмехалась, иногда морщилась. В конце концов она сказала: - Хорошо, Жень, я думаю, что теперь ты понимаешь, что твоё здоровье на первом месте и осознаёшь степень ответственности перед ним. Мне тоже не было легко, тот год вообще был богат на события. То, как ты решила уйти обескуражило и… Ты пойми, я хотела объяснения, какого-то внятного разговора, но вышло, как вышло. Ну да ладно, с этим все понятно. И это все, что ты хотела сказать? - приподняв одну бровь она смотрела на неё так как будто хотела вытащить из Жени всё. Женя молчала некоторое время, а потом, чуть сгорбившись и положив обе ладони на лицо, устало вздохнула и ответила: - Мне правда вас не хватало там...- подняв взгляд на Этери, она добавила, - очень и очень. Сколько бы я не злилась. Вы так долго были рядом со мной в жизни, невозможно было просто взять из-за одного неприятного, хоть и важного обстоятельства и забыть всё. Я этого хотела, но не вышло. Та встреча в федерации… Я не была недовольна тем, что возвращаюсь, я скорее была в панике от того, что возможно не готова к тому, чтобы все эти чувства обрушились на меня вновь как лавина. - Какие чувства? - тренер в непонимании сощурилась. Женя нежно улыбнулась ей, как несмышлёному ребёнку и сказала: - Того что я снова дома в Хрустальном, снова рядом с вами, и буду видеть вас каждый день. - Ну ты ещё добавь до скончания веков, - чуть посмеявшись ответила блондинка. Не успев подумать, Женя сказала: - Вы думаете, что я была бы против? Тутберидзе удивлённо взглянула ей в глаза и придвинувшись чуть ближе медленно сказала: - Я уже и не знаю теперь, что о тебе нынешней думать Женечка. Затем, будто бы одернув себя, она встала и слишком энергично сказала: - Ну, все выяснили, пора и работать. Марш на лёд! Осторожно пробуй сальхов и дорожки. Женя слегка разочаровалась: ей была не совсем понятна последняя фраза, как и то зачем она сама вообще задала последний вопрос, но решила не уточнять и направилась на лёд. Естественно не все всегда получалось, иногда приходилось слушать замечания, исправлять их, делать элементы заново до тех пор, пока не получится так как надо. Жене было не привыкать, ее спортивный дух был готов ко всему. На льду было место лишь работе, к 20 годам это она уяснила отлично. Услышав хлопки за своей спиной после удачного прыжка, Женя улыбнулась и обернулась. - Все нормально, Жень, подвижки есть, это положительная динамика. Можешь идти собираться, я тебя отпускаю. Этери едва ли не клонило в сон, она была такой милой для Жени в тот момент в своём спортивном костюме, что та не удержалась от лучезарной улыбки и подплыла к ней поближе. - Благодарю вас, о великий заклинатель льда, - сказала Женька и сделала шутливый поклон. - Я где-то слышала в соц.сетях, что я на самом деле королева, юная леди. - ответила ей слегка горделиво Тутберидзе. Женя рассмеялась и посмотрела таким открытым и тёплым взглядом, что у Этери что-то шевельнулось в груди. - Это само собой разумеющееся, дорогой тренер. - Женя протянула свои руки и захватила ими в плен прямой стан блондинки. Спустя минуту нежностей Этери, отпустила ее и сказала: - Ну все, хватит телячьих нежностей, пора по домам Женёк, твой тренер устал и хочет спать. - А если так не хочется? - сказала Женя, слегка прищуриваясь и улыбаясь. Она и сама не замечала, как начинала заигрывать, и похоже что это ее ничуть не смущало. - Что? Спать? Ты что, терминатор? - смеясь, вторила ей Этери. - Эх, Этери Георгиевна, вы про сон, а я про то что не хочется покидать вас. - смущенно улыбнувшись, Женя все же развернулась на коньках и покатилась к выходу. Тутберидзе осталась на катке, смотря Жене вслед, и озадаченно думала, что это все значит. С тех пор как Медведева вернулась, в чём-то она ее совсем не узнавала. Этот горящий взгляд, объятия. Что-то изменилось. Женя всегда была жизнерадостной и весёлой, но тут что-то не так. «Сказала ли она мне всё при разговоре? Или что-то умолчала? Может, у неё наладилась личная жизнь, вот она и ходит такой светящейся.» Прерывая свои собственные размышления, она направилась на выход из катка, собралась и поехала домой. Перед тем как уснуть она долго ворочалась в попытках найти удобную позу. Как вдруг услышала звук пришедшего на телефон сообщения. Нервно, проклиная всех кто мешает ей сейчас уснуть, она схватила телефон, и убавив ужасно большую яркость, вчитывалась в текст. Наконец разглядев имя отправителя, ее глаза расширились от удивления: Медведева Женя: Спокойной вам ночи, королева льда👸🏼. Отчего-то Этери волновали эти слова. Казалось бы, ничего такого, но время было уже около полуночи, то есть нерабочее, ничего по существу дела в словах Медведевой не было. Она вспомнила ее перед сном? С чего бы? Возможно просто перебирает в голове сегодняшнюю тренировку, вспоминая ошибки и думая над тем, что нужно исправить? Решила таким образом извиниться за игривое настроение сегодня на льду? Ей же нужно что-то ответить, наверное она ждёт. Этери Георгиевна: Спокойной ночи, Жень) “Боже, какого черта я и на ночь глядя думаю об учениках. Это сообщение выбило весь сон, так нельзя. Всё, спать.” Решительно вернув телефон на тумбочку и проверив будильник, она все же наконец уснула. В это же время Женя сама лежала и блуждала в своих мыслях, думая о том, как прошла тренировка и что завтра ее ждёт самый обычный день с Дудаковым и Глейхенгаузом, потому что в этот день Тутберидзе обычно занимается административной частью своей работы. Быть старшим тренером, к сожалению, значит работать не только на катке. Медведева пыталась анализировать своё поведение, эти глупые шутки, который сейчас ей казались ещё глупее и неясные порывы. “Видимо я и вправду соскучилась по ней ещё больше чем думала. Она была такой сонной в конце дня, наверняка уже спит. А вдруг нет?” Возникшая в ее голове шальная мысль не отпускала, и Женя решила, что в простом пожелании спокойной ночи ничего предосудительного нет. Увидев спустя короткое время ответ, она расплылась в улыбке и уснула без задних ног от усталости.