Судьба или смерть?

Смерть. Вы когда-нибудь думали об этом? Честно, я нет, но мы с ней так часто сталкиваемся, разве не должны помнить о ней постоянно? Хотя может все наоборот, и чем чаще мы ее встречаем, тем обыденней она для нас.. ******* Темный переулок. Старые серые кирпичные дома нависают над ней. Короткая юбка все наровит подняться ещё выше, но она ее одергивает. -Эй, красотка! Крик раздался откуда-то сзади и сразу оглушил. Где-то спереди мяукнул котёнок. Так жалобно и тихо, что его едва можно было услышать за стуком сердца. Она ускорила шаг и запахнула кожаную куртку. -Ты че? Глухая что ли? Шаги сзади усилились, как и стук ее сердца. Стало страшно. Страшно до такой степени, что глаза покрылись мокрой пленкой, а тело задрожало. Она знала. Знала, что будет. -Стоп. Рука, скользкая и мерзкая, пропахнувшая алкоголем и сигаретами, скользнула на плечо и грубо развернула в другую сторону. Было больно и неприятно, но это было только начало. -Лучше бы ты сразу остановилась, кррррасотка, - букву «р» урод прокатил на языке, будто издеваясь. За ним, в темном переулке что-то мелькнуло, на миг ослепив. -Не… н-надо..- она хотела попятиться, но рука на ее плече никуда не делась, а только рванула вперёд. -Куда это ты? Испугалась? Шшшшлюха! Сердце неприятно кольнуло, а из глаз потекли слёзы. Шлюха… такое обидное слово, но они были правы. Кто она, если не шлюха? Никого не волнует, что другого выбора не было. Либо это, либо он. А он был хуже. Он был монстром. Ему было все равно на неё. Для него она и была «шлюхой», только в самом худшем понятии этого слова, в самом извращенном и жутком, в таком, в каком его боятся представить все. -Ну чего ты? Испугалась? Вторая, не менее мерзкая рука погладила ее по волосам и залезла под куртку, а она не успела даже вскрикнуть, как в неё воткнули нож. Именно воткнули. Это был тот самый нижний хват всей переулочной гопоты, когда рукоятка ножа лежит на ладони нападавшего, таким способом не удобно резать или вскрывать, но вот «тыкать»… пожалуй, это самое подходящее слово. Стало больно, нож вошёл прям под рёбра, разрезав кожу и проделав путь до мяса. Брызнула кровь, но нож так и не вытащили, ее быстро повалили на землю и навалились сверху. Из легких вышел воздух, вдыхать стало страшно. Она ощутила прикосновения ниже колен, которые медленно поднимались к юбке, которая и так уже задралась до пупка. -Нет.. - единственное, что она успела выдавить, прежде чем кто-то вошёл в неё, разодрав колготки и сдвину трусы в сторону. Все превратилось в кашу. Хотя нет, это была мясорубка. Все окрасилось в красные цвета. Удар, вход, «тычок», удар, вход, «тычек». Ее убивали. «Конец», пронеслось в ее мыслях, «так тупо, господи, так холодно». Парни ушли, а она доживала последние секунды своей жизни. Боли не было. Был холод. Всепоглощающий и .. холодный. От него не убежать, от него не скрытся и в него не упасть. Он исходил ни от земли, ни от стен, ни от неба и даже ни от того котёнка в углу. Он исходил изнутри, он был везде, и только он был с ней до конца, пока ее глаза не остекленели, и она не сделала последний рваный вдох. Спустя время судмедэксперт сделал заключение, в котором было написано: «Тринадцать ножевых. Жизненно важные органы не задеты. Умерла не сразу от многочисленных внутренних травм и кровотечений и от потери крови» Не сразу.. а она и не заметила, что умерла не сразу. Ей казалось, она умерла в тот момент, когда услышала: «… шшшшлюха». Злое и непонимающие ничего слово. Грубое и бессмысленное. Так говорил ОН.