Волки, растерзавшие плоть
25 апреля 2022 г., 09:28
Я очнулась от шуршания крыс и сразу почувствовала запах сырости, который всегда появлялся в этой старой палатке после дождя. Мне снилось, что я упала в пропасть, разбилась об острые камни, но мой разум не покинул тело как по обыкновению это бывает с мертвыми и я продолжала истекать кровью. Потом пришли волки и стали раздирать мою плоть на куски, как вдруг я очнулась с заплаканными глазами, вся в истерике.
— Слава богу очнулась, — выдохнул Хьюго.
— Что случилось?.. — прокряхтела я. Почему-то мне было трудно говорить, и тут я вспомнила все последние события, про то что наш клан вдруг начали обстреливать из луков, вспомнила, как мне в лопатку вонзилось что-то острое и как я погрузилась в темноту. Хорошо, что хоть с Хьюго все хорошо.
— Нас стали обстреливать неизвестные. Ранено несколько человек, но все должно обойтись. Мы так и не поняли, кто это был, неизвестные скрылись, мы даже не смогли их увидеть. В тебя стрела вонзилась не сильно, Хлоя говорит, что через несколько дней ты будешь как новенькая.
Хлоя — это наша лекарша. Такое бывает очень редко, но она вступила в наш клан в четырнадцать лет, когда уже достигла совершеннолетия. Мы с ней особо не общаемся, но я знаю что она помешана на детективных романах.
У нее были карие бегающие глава, нос с небольшой горбинкой, светлые волосы небрежно уложены в прическу.
Я была ее полной противоположностью. Спросите у любого моего знакомого про мою внешность.
Она высокая; стройная, тонкий стан ее и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов. Волосы? Короткие волнистые, каштанового цвета.
Хитрые зелёные глаза придают ей вид непослушного ребёнка. Нос довольно прямой, но назвать его прямо-таки красивым... Нет, так сказать нельзя.
Скорее всего именно такое описание вы получите. Ничем примечательным я среди других не выделялась. Обычная девушка с обычной внешностью.
Такое нападение не является для нас чем-то необычным. Кочевая жизнь очень сложна... Я думаю вы сами прекрасно понимаете о чем я говорю. Но ее нельзя сравнить с жизнью странника-одиночки. Выживать в этих регионах одному — вот что по-настоящему сложно.
Мы с Хьюго занимаем в нашем клане из приблизительно ста сорока шести человек особое место, так как являемся детьми главы клана Верстольт. У меня гораздо больше обязанностей, чем у других детей: я уже стою на ночных постах, обучаюсь гораздо большим вещам, чем другие мои ровесники ведь (хотя это очень маловероятно) я могу стать после своего отца новой главой клана. Обычно это место занимают мужчины, но нет никакого запрета на то, что главой не может стать девушка. Но я все же хочу, чтобы это место в будущем занял именно Хьюго.
— Завтра мы поедем на запад, в горы, — пробормотал Хьюго.
Он знает, с чем связаны мои последние воспоминания об этих горах.
Мне было всего пять лет, и я не знаю, каким образом такую малолетку взяли на вылазку из нескольких человек. Тем не менее я до сих пор помню, как мои маленьких ручки обхватили талию моей мамы, как мы скакали на «лошадках», как я вдыхала всё тот же запах кофе и пыльцы, как на языке у меня оседал горький привкус вестриц, напоминавший вкус стеблей веретта.
На сколько я помню мы ехали проверять границы, а после должны были навестить горные кланы, но у самого подножия гор нас перехватили племена чёрных кровей, они никогда не соблюдали законы и очень враждебно относились к нашим кланам, отличались они тем, что в них входило довольно много детей, и именно тогда я впервые увидела ребёнка-гида. Это была девочка, у нее были длинные розовато-фиолетовые волосы с белыми бантами. Лицо, как и у других ее сородичей представляло собой твёрдуй окаменелую оболочку, я обычно называю ее маской. Один салатово-жёлтый глаз пристально разглядывал меня, я думаю, она была немного выше меня, и мне сложно определять возраст гидов на глаз, но мне кажется, что мы были с ней примерно одного возраста. А потом взрослый (я не знаю, кто это был, женщина или мужчина) сделал резкое движение и только тогда я заметила в руках всех гидов луки с острыми стрелами.
Наконечники их блестели зелёным блеском и я поняла, что они пропитаны ядами черных садов, которые находились неподалёку. Я не совсем понимала, что же всё-таки произошло, но вдруг мама резко упала назад прямо на меня. Мы свалились с лошади, я разбила коленку, мне было трудно пошевелиться ведь она придавила меня всем своим весом.
Вдруг я увидела кровь, много крови. Я лежала в её луже и не могла ничего сделать. В этот момент я была по настоящему никчемной. Потом я услышала ржание, крики, яростный рык…
В живых осталась только я. Мою маму пронзила стрела, другим перерезали глотки либо же также пронзили стрелами.
Я понимала, что сейчас случится, когда они увидят мою никчемно лежащую тушку…
Девочка с фиолетовыми волосами что-то крикнула. Послышался рык и бормотание гид, которое я естественно понять не могла.
Они нашли меня. Я думала они перережут мне глотку, как поступили с моими родственниками.
Странно, но я совсем не чувствовала страха или обиды, или ещё какие-либо чувства. Я просто была опустошена и уже смирилась с происходящим. Просто смирилась. Я была никчемной малолеткой и могла просто наблюдать. Наблюдать за тем, как убивают мою семью. Я не могла сделать ничего.
Ничего. Это слово несколько раз прозвучало в моей голове и пульсацией разошлось по всему телу.
Но я ещё жива. Меня не убили. Ко мне подошла все та же девочка и мне вдруг захотелось потрогать выступы на ее маске.
Моё тело будто было парализовано, я не могла пошевелить даже пальцами. Они резали меня, резали долго, но я не кричала. Так меня учил отец — никогда не кричи от боли.
Я чувствовала, как кровь тёплыми струйками вытекает из меня, я ждала когда уже наконец потеряю сознание и провалюсь в темноту.
Но я была в сознании. Я плохо соображала, но ещё на протяжении долгого времени находилась в сознании.
Наконец я провалилась в темноту. Но вскоре мне начал сниться сон. Я упала в пропасть, а мое тело рвали горные волки…