Выпивая яд.

В 9.40, идя по коридорам 3 этажа, хотя нет, почти бегу по коридорам 3 этажа Хогвартса. До начало зельеварение остается не больше 5, а может уже и чуть меньше драгоценных минут. Опаздывать на урок старого хреща Снейпа не хочется, да и выслушивать после этого лекцию о том какой я негодяй и безбожник тоже на тот момент желанием не горел( и никогда не загорюсь) Оставалось 1минута 36 секунд, а я только пробегал 3 этаж, перепрыгивая через ступеньку, хватаясь за перилу, и почти переходя на 4 , на котором и поселилась эта ядовитая змея, как мой взгляд зацепился за бежавшего с 4 этажа ученика, видимо тоже опаздывая. Не обращая никокого внимания на человека проходившего шагом, но похожего больше на бег по лестнице,  я быстро прохожу его и отправляюсь  на 4. Но  тихий голос, почти вальируищийся как шепот... хотя нет, это будет ругательством, если я так нозову эту пленящию музыку, которая волшебным образом одновременно содрогало как гром во время шторма, но  и так-же успокаивало, как колыбельная , которую, я  бессовестным образом чуть не пропустил, сказали, а точнее пропели мне два слова. -Здравствуй, Теодор. - Задыхающимся, пленительным голоском проговорила она... Та, из за которой я не сплю долгими ночами. Мой ангела, который пришел ко мне прямо в ад. Мой яд и противоядие в одном флаконе. Мой наркотик, который я вкалываю собственоручно. Моя боль и эйфория разом. Моя Химера от которой я не смогу избавиться. Мое солнце, спрятанное за тучами недосягаемости. Моя Гермиона. Моя Грейнджер. Я остановился как вкопанный. Времени, которого так не хватало в это утро, утекало как вода, сквозь пальцы. В этот день, вопреки всем событиям которые я пережил, волна счастья,пьянящего мгновения, позволило забыть это порочное исчесление  событий. Голова стала ясной, не забитая мчащимися по кругу мыслями с одними и теми же проблемами. Будто окунулся в святую воду, и дьявол ушел из головы, из мыслей, рассуждений, из слов, и тела. Хотелось так застыть, как одна из статуй во входе в хогвортс. Но мгновение, на то и мгновение что длится оно крайне мало, а почувствовать его хочется все больше.  И холодной водой порочное исчесление возращается, и яркое восприятие то что ты опаздываешь, выбивает  из груди воздух, но больше всего выбивает то что она, его лучик света в этом мире беспросветной тьмы, просто выскальзывает из под рук, и как выпущенный заяц из клетки-убегает. В тот момент думать ясно я не мог. То ли адреналин что я ее встретил, то ли от того что я опаздываю к Снейпу, захлестнул меня волной, а точнее целым цунами, и не в благоразуть со своими мыслями я прокричал что есть мочи, будто бы она не услышит, и побежит дальше, забирая с собой то пленящие чувство легкости и эйфорической радости. -ДОБРОЕ УТРО, ГРЕЙНДЖЕР! - и с глупой улыбкой, будто бы я спас ее от огра или еще какой нибудь нечести, уставился на нее. Все картины в коридоре уставились на нас двоих. Одни посмеивались, а другие с усмешкой шептали что то друг другу, третье же пытались выйти из своих оков холста, что бы рассмотреть поближе,эту яркую сцену сошедшую точно из хогвартских анекдотов, которые обитают тут с самого его открытия. И кажется, я с моей Гермионой стали одним из них. И еще долгие месяцы при виде меня, а может и Гермионы, картины, призраки (которым рассказали картины) будут отпускать смешки. Но Гермиона. Моя милая Грейнджер.  Зачем же ты так смотришь на меня своими ореховыми глазами. От одного твоего взгляда, похожего на пронзающую копьём костлявую грудь, я готов сам пронзить себе тысячими мечами, а если тебе будет мало, то и выстрелю пропитанным ядом стрелы, прямо в такое же ядовитое сердце.Но думаю даже это не остановит выпускать терпкий дым сладостной любви к тебе, моя милая гриффиндорка. Но время идет, так мы стоим 7 секунд, 10 ударов сердце, 13 вдохов и выдохов. Прекрасных 7 мгновений, про которые я буду вспоминать глубокими ночами, когда мне будут грезиться прекрасные шоколадные глаза. - Теодор Нотт, ты придурок,- прошипела Гермиона, отходя от оцепенения, сверкая будто молниями своими карими глазами. Не успел я даже возразить(если даже попытаюсь не получится), а может просто открыть рот от восхищение в перемешку с экстазом, похожего больше на преклонение перед идолом, как противный голос, больше схожий на лягушачье кваканье, раздался позади Грейнджер, а точнее на стене которая стояла с зади неё. - Молодые люди,- начала как бы осторожно картина, которая висела позади Гермионы, где блеклами, выцветевшими красками, красовалась пожилая женщина, со строгим лицом, держа в руке книгу,- вы собираетесь идти на уроки? Или так и будете любоваться друг другом? - после этих слов в коридоре Хогвартса где мы стояли раздался безудержное хохот. Гермиона, не сказав ни слова, побежала дальше, а я с крупицами пережитых эмоций поплёлся к Снейпу. Наказание для меня стало не так страшно, даже потратить весь день оттирая парты и котлы Снейпа, казалось больше привлекательная идея, чем ещё раз увидеть такие прекрасные ( что я просто благотворю), но такие злые смотрящие на меня глаза Гермионы. Я облажался.