Тяночки (временно)

С началом отношений Шевченко и качка Глеба многое изменилось. Ладно, шучу, нихера не поменялось.

***

Большая перемена. У наших голубых голубков шалят гормоны. Они зашли в (пока что) пустой туалет. Парочка уместилась в последней от двери кабинке. - Нас же спалят - встревоженно сказал Шевченко. - Если будешь тихим,то не спалят - ответил Глеб, сажая Даню на крышку туалета. Качок накрыл губы Шевченко страстым поцелуем, вытаскивая Данину рубашку из-под одежды. Парень вздрогнул, когда холодная рука Глеба начала поглаживать его грудь, задевая пальцами соски. Качок начал оставлять на шее своей тяночки багровые засосы. Тут Глеб остановился, доставая из сумки смазку и презики(для Глеба это не удивительно, он всегда таскал всё с собой) и давая Шевченко отдышаться. Качок стянул с Дани нижнюю одежду. Налив немного смазки на пальцы, Глеб принялся расстегивать Шевченко. Первый палец проскользнул довольно трудно. Немного подождав, качок сунул второй палец. В этот раз было легче. Тем временем Шевченко сжал крышку унитаза, рвано дыша. "Распальцовки" закончились и Глеб достал свой огромный ху.. Член. Качок надел презерватив, налил смазку и начал входить в Даню. Головка проскользнула в плотное кольцо мышц и Шевченко вздрогнул. Было непривычно и стрёмно. - Расслабься - прошептал Глеб, кусая мочку уха Шевченко. Легко говорить. Качок вошёл глубже, и Даниил резко вздохнув, издал тихий стон. Парень стал потихоньку привыкать и расслабляться. Глеб начинал двигаться быстрее. Шевченко уже не в силах сдерживаться начинал стонать громче. Внезапно кто-то зашёл в туалет. Глеб закрыл рот Дани рукой. Тот посмотрел на него с испугом. Качок лишь ухмыльнулся и продолжил толкаться в Шевченко. Шевченко же, стараясь сдерживать стоны, проклинал чела которой просто захотел в тубзик. Сжав крышку унитаза до побелевших костяшек одной рукой, Даня второй рукой принялся гладить себя. Глеб закусил губу, видя какой прекрасный перед ним вид. Когда чел наконец свалил, качок убрал руку и резко поцеловал Шевченко. Тот ответил на поцелуй, зарывшись пальцами в волосы Глеба. Шевченко с особенно громким стоном кончил и уткнулся в плечо Глеба, кусая его. Через несколько минут кончил и Глеб. Они оделись, убрали за собой и отправились не урок.

***

Илья. Скромный, стеснительный, умный мальчик, влюблённый в своего друга. К сожалению безответно... В Ваню. Трава не знал какая ориентация у Вани, но спрашивать было неловко. Он никому не рассказывал о своей любви. Хоть Илья пытался намекнуть Ване, подкатить к нему. Но Ваня либо настооолько тупой, что не понимал и не видел этого, либо игнорировал. Последнее очень больно отдавалось у Ильи в голове. Он был рад за друзей, которые уже были в отношениях.

***

Итак, на следующее утро, проходя по коридору, Трава и Шевченко о чём-то весело болтали и угарали над чем-то. Шевченко врезался во внезапно остановившегося Илью. Трава смотрел вперёд и выглядел шокированым и потерянным. Шевченко проследил за взглядом своего друга, увидел Ваню с Глебом и хотел было подойти, но замер... Прямо посреди коридоре, Глеб и Ваня целовались. Скачать что Даня был в шоке, ничего не сказать. Он схватил Траву, который уже начинал сваливать, и резко направился к ним. Новые голубки оторвались друг от друга и повернулись на шокированных друзей. - И как ЭТО понимать? - спросил Шевченко, стараясь не сорваться не крик. Ваня лишь пожал плечами, а Глеб молча уставился на бывшего(?) любовника(!?). - Так вот оно что.. - Всё это время молчавший Трава, наконец подал голос. - Да пошли вы... Все! - Он резко обернулся и сбежал по коридору подальше от своих друзей. Шевченко, злобно покоривший на парочку, умчался за ним. Ваня, непонимающе смотрел в след, а Глеб молча ушёл в класс.

***

Трава сидел на подоконнике, в самом тихом углу школы. Шевченко, нагнав его, сёл рядом. Даня не был зол на Глеба. Точнее был, даже очень, но он всё равно продолжал его любить. Больше он злился на Ваню. Как он мог это сделать, зная что Глеб уже занят. Даня вынырнул из своих мыслей из-за подрагивания своего друга. У Травы, опустивший голову, дрожали плечи. Он плакал? - Илья? - хоть Шевченко и спросил тихо, но из-за тишины вокруг голос казался громким. Трава вздрогнул, но голову не поднял. Хотя дрожать перестал. И тут Шевченко посетила гейниальная мысль. - Илья. Го замутим, чтобы им отомстить? - ослеплённый своей идеей, спросил Даня. - Нет! - громко и резко ответил Трава. - Но почему? - спросил, слегка испуганный из-за поведения друга, Даня. - Потому.. Потому что мне никто не нужен кроме Вани... - Произнёс Илья, и спустившись с подоконника, направился в неизвестное направление, оставляя Шевченко наедине со своими мыслями.