Усы, лапы и хвост

      Когда Деку в очередной раз опоздал на занятия, Кацуки просто знал, что что-то случилось. Не могло не случиться! У Изуку была просто худшая удача, когда дело касалось несчастных случаев, так что с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента он либо опять оказался вовлечен в схватку со злодеем, либо стал жертвой какого-нибудь "причудливого" инцидента – а если совсем "повезло", то и то, и другое сразу. – Где Деку?! – рявкнул поэтому Кацуки без затей, едва их вечно усталый сенсей вполз в классную комнату.       Айзава попытался бросить раздраженный взгляд в его сторону за такую наглость, но похоже это требовало слишком много энергии, поэтому он просто доплелся до своего стола, упал в кресло и махнул рукой в сторону двери. – Просто заходи, Мидория. Объяснения тут будут излишни.       Весь 2А дружно уставился в сторону двери.       Дверь осталась закрытой.       Айзава закатил глаза, вновь поднялся со своего места, прошел ко входу в комнату и демонстративно распахнул дверь.       Весь 2А дружно замер в ожидании.       Дверной проём остался пуст.       Часть ребят застонала от разочарования. Это было в некотором роде анти-кульминационно. – Мидория, не испытывай моё терпение, – проворчал Айзава-сенсей.       В дверной проем просунулись сперва два зеленых меховых ушка, похожие на кошачьи, следом за которыми показалась кучерявая голова. Изуку с любопытством взглянул на своего учителя, потом обвел желтовато-зелеными глазами весь класс, который смотрел на него затаив дыхание, ни на ком особо не задерживаясь, потом вновь перевел взгляд на Айзаву и слегка сощурился. – Мряу! – заявил он, а потом его голова быстро исчезла обратно.       Кацуки был готов поклясться, что если Айзава закатит глаза еще сильнее, то они сделают полный круг в его глазницах. В то же время откуда-то из глубины комнаты послышался сдавленный звук: резко обернувшись, Кацуки безошибочно нашел его источник. Пурпурный Зомби, недавно переведенный в их класс ученик (как там его? Хитоши… Шиндо? Шинто? Шинсо? Вроде последнее…), впервые за время знакомства Кацуки с ним, сидел прямо и выглядел проснувшимся и заинтересованным чем-то.       Айзава тем временем потер переносицу и сделал глубокий вдох. – Мидория, я знаю, что часть тебя всё еще человеческая, так что мы не будем играть в эту глупую кошачью, – со стороны Шинсо послышался тихий возмущенный возглас, но сенсей проигнорировал его, – игру! Входи в чертов класс, дверь открыта! – Мяу! – послышалось категорично с другой стороны двери. – Проблемный ребенок, я предлагаю вспомнить тебе, что действие этой причуды не бесконечно и рано или поздно ты станешь вновь человеком. И моим учеником, которому я могу назначать наказания! – Мяяяу! – донеслось неохотно из-за двери, и звучало это подозрительно похоже на "Ну лааааадно!".       Айзава покачал головой и сделал жест рукой, будто приглашая мальчика войти внутрь.       Наконец Изуку осторожно ступил внутрь. Кацуки сразу отметил, что его движения отличались от обычного: Деку двигался более плавно, тягуче – так, словно он неторопливо шествовал по красной ковровой дорожке, которую расстелили специально для него. Едва оказавшись внутри комнаты, он остановился, слегка потерся плечом о дверной косяк, потом чуть склонил голову глядя на своего учителя, который скрестив руки наблюдал за ним с недовольным лицом.       Весь остальной класс, и Кацуки в том числе, молча разглядывали самого Изуку, потому что посмотреть действительно было на что. Деку был едва ли не в два раза ниже своего обычного роста. На нем свободно, выставляя одно плечо наружу, висела его белая футболка с надписью "Футболка" на груди, под ней можно было разглядеть мешковатые темно-зеленые шорты, которые скрывали почти большую часть его ног, а обуви не было и в помине.       Однако куда больше привлекали изменения не столько в одежде, сколько в теле задрота. Помимо кошачьих ушек на голове, на щеках и даже бровях Изуку красовались длинные вибриссы. Широкоплечий и мускулистый, сегодня Изуку казался более поджарым и гибким. Его ладони тоже, вероятно, стали больше напоминать кошачьи, но насколько они видоизменились сказать было трудно, потому что практически всю кожу Изуку покрывал мягкий и пушистый на вид зеленый мех, особенно густой на руках и ногах юноши. Вишенкой на торте был длинный гибкий хвост, который слегка извивался и дергался за спиной хозяина.       Одним словом, Изуку каким-то образом превратился в полукота. Или во влажную мечту любителей фурри, тут уж как посмотреть, подумал Кацуки. – Итак, Проблемный Ребенок, когда ты наконец решил удостоить нас своего… – начал было Айзава, когда его слова были прерваны, когда Изуку внезапно с глухим стуком ударился головой о его живот и требовательно потерся об него, слегка поворачивая голову так, чтобы его уши были на самом видном месте. "Ну почему он, а не я!" – пробормотал кто-то в глубине класса, и Кацуки даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что это новенький, и это уже начинало раздражать его.       Сам Кацуки всегда был скорее собачником, несмотря на то, что его семья никогда не держала домашних животных, но у него не было проблем с любителями кошек – в отличии от любителей неких зеленых задротов. Для безопасности Пурпурного Зомби, лучше бы ему относиться к первой категории, а не к последней.       Их классный руководитель, однако, недолго боролся с соблазном. С очередным вздохом, он поднял руку и ласково почесал ученика за ушком, а потом мягко толкнул его вглубь класса. – Ладно, проблемные дети. Ваш одноклассник – кот, причуда будет действовать до завтра. Ваша задача – выяснить, как это случилось, пронаблюдать и записать особенности причуды и позаботиться о нем. Дальше сами. Развлекайтесь, – вздохнул он, видимо, сдаваясь с надеждами провести нормальный урок и вышел из класса, аккуратно собирая остатки зеленой шерсти со своей темной одежды.       Прошло мгновение и в следующую секунду половина ребят уже начали вскакивать со своих мест. Изуку отреагировал мгновенно: его глаза расширились, шерсть на теле, казалось, даже волосы на голове, встали дыбом, а хвост вытянулся в трубу и стал невероятно пушистым: Деку подскочил на месте, громко зашипел, выставляя на обозрение заострившиеся клыки – гораздо более длинные, чем у обычного человека, и попятился к двери. – Всем стоять! Вы его пугаете! – громко крикнул внезапно Пурпурный Зомби, и к удивлению Кацуки, его тупые одноклассники действительно послушались.       Хитоши, казалось, сам был удивлен такой реакцией. Он быстро взял себя в руки и добавил гораздо тише. – Сядьте пока, дайте ему привыкнуть.       Деку тем временем настороженно смотрел на его сторону, но спокойный голос, благодаря которому все вокруг перестало быстро двигаться, явно вызвал у него одобрение. Постепенно его хвост перестал яростно метаться из стороны в сторону за его спиной, а шерсть вновь стала гладкой. Пурпурный Зомби тоже заметил эту реакцию и, слегка откинувшись на спинку своего стула, помахал ему рукой. – Эм… Мидория?       Изуку с любопытством наблюдал за ним со своего места возле стола Айзавы. Шинсо глубоко вздохнул и как будто даже слегка покраснел. – Я прошу за это прощения, но… кис-кис-кис? – произнес он с максимально бесстрастным лицом, словно это была часть совершенно обычного разговора.       Вокруг раздалось несколько смешков, но они быстро замолкли, когда Изуку сделал осторожный шаг в сторону парт. Потом еще один. И еще.       Кацуки с трудом подавил раздражение, когда Деку плавно, будто гимнаст, балансирующий на веревке, проскользнул мимо его парты, слегка задев своим пушистым длинным хвостом, прошел еще немного и наконец остановился возле стола Хитоши.       Шинсо немного заколебался, а затем протянул руку вперед. Деку воспринял это совершенно нормально: склонив голову, он почти прижался носом к ладони одноклассника, прикрыл глаза на мгновение… а затем слегка ударился головой о его руку.       Хитоши хмыкнул с довольным видом и бережно провел ладонью по голове Изуку. – Что… что происходит? – слегка обалдело произнес внезапно Каминари, задавая вопрос, который почти наверняка крутился в голове у окружающих. – Для кошек важны запахи, – небрежно пожал плечами Хитоши, вновь принимая свой обычно самодовольный, на взгляд Кацуки, вид. – Я… – он осекся, когда Изуку внезапно уселся прямо на его парту, чуть склонив голову так, чтобы Шинсо было удобнее гладить его. – Это было… своего рода предложение познакомиться с моей стороны. – А почему нельзя было просто подойти к нему?! – вмешалась Урарака. – Ты запретил нам подходить, а потом позвал его к себе! – ревниво обвинила она. – Потому что они не любят резких движений, – пояснил Шинсо спокойно. – Коты – чертовски независимые. Они сами решают, куда им идти и что им делать. Не смотрите ему слишком пристально в глаза, не шумите и не пытайтесь навязываться, иначе… –       Хитоши осторожно потянулся, взял ладонь Изуку в свою и слегка приподнял, демонстрируя классу. – Иначе нарветесь на неприятности, – закончил он, слегка сжимая руку Деку в своей – и словно доказывая его слова, из-за кончиков пальцев наружу внезапно показались острые когти. – Мрям, – с довольным видом подтвердил Изуку… а затем вдруг одним гибким движением соскользнул с парты прямо на колени Пурпурного Зомби, который в ответ смог издать только резкий задушенный вздох.       Впрочем, к злорадной радости Кацуки, Хитоши не долго пришлось терпеть Изуку, сидящим на нем. – Мидория-сан! Кис-кис-кис, посмотри что есть у меня! – раздался новый, совершенно неожиданной голос с последней парты – и когда Кацуки вместе с остальными взглянул в ту сторону, то к своему удивлению увидел, что их заместитель президента класса сидит за своей партой с кучей кошачьих игрушек, которые она, вероятно, создала только что своей причудой, в то время как в руках у неё болтается нечто похожее на удочку с толстой пушистой мышкой, висящей в качестве причуды. – Иди сюда, котик, – позвала она с нежностью.       Ушки Изуку мгновенно встали дыбом. Он тут же выскользнул с колен Пурпурного Зомби, слегка присел и начал двигать плечами, будто пытаясь втиснуть их в какое-то узкое пространство. Никто и слова не успел сказать, как одним гибким нечеловеческим прыжком Деку преодолел пространство между партами, мягко приземлился на пол и шлепнул ладонью по игрушке, заставляя Момо издать довольный радостный смех, который звучал непривычно со стороны сдержанной обычно девушки.       Почувствовав на себе взгляды, Яойорозу тут же смутилась, и её щеки заалели. – Я прошу прощения, уважаемые одноклассники, просто я всегда хотела кошку и… вы видели эти ушки? – застенчиво улыбнулась она, осторожно протягивая руку Изуку.       На этот раз Изуку потребовалось даже меньше времени, чтобы узнать и принять её, и вскоре девушка с довольным видом перебирала его мягкие волосы, пока Изуку сидел возле её парты, скрестив по-турецки ноги и играя с предоставленными ему игрушками.       Постепенно к парочке начали осторожно подходить и остальные. Изуку неизменно знакомился с их запахами, прежде чем позволить кому-либо прикоснуться к себе, и Кацуки, будучи единственным, кто остался на месте и наблюдал за ним со стороны, отметил, что чем ближе Изуку общался с ребятами в обычной жизни, тем меньше ему требовалось времени, чтобы определить запах и с тем большей охотой он позволял прикасаться к себе.       Бедняга Минета в конце концов закончил тем, что его громко шлепнули по носу, и ушел в противоположную сторону класса, обиженно ворча что-то о том, что, возможно, если он сошьет себе парочку меховых ушей, то девушки начнут наконец-то уделять ему внимание. Ну да, конечно.       Когда спины одноклассников окончательно скрыли кудрявую зеленую макушку Деку, Кацуки отвернулся, глядя вперед. Его тоже подмывало сходить и "поприветствовать" задрота, но он не был уверен, какой реакции стоит ожидать от своего извечного "соперника". Их отношения всё еще нельзя назвать идеальными.       Да, они пытаются наладить дружбу, но им всё еще над многим надо работать, а в прошлом случилось слишком много вещей, за которые Деку мог бы его ненавидеть. И даже если в обычном состоянии Изуку относится к нему хорошо, кто знает, как отреагирует его кошачье сознание?       В обычной жизни Изуку был достаточно благосклонен к Минете, а будучи котом шлепнул его практически мгновенно.       Кацуки не очень хотелось быть отвергнутым чертовым глупым котом.       Именно поэтому он с упрямым видом продолжал сидеть на месте, изо всех сил стараясь абстрагироваться от всех голосов и звуков за спиной. Изображение Изуку, вольготно сидящего на коленях Шинсо, всё еще стояло у него перед глазами, и Кацуки этого было достаточно с головой.       Да, он знал, что это ничего не могло значить: Изуку был сейчас не совсем в себе. Но ему всё еще было не по себе от того, как легко и желанно Деку предпочел этого парня. Или как легко он отзывался на ласку и привязанность других людей, которые сейчас тянули ему свои руки.       Кацуки настолько далеко ушел в свои мысли, что даже не обратил внимания, когда к нему кто-то подошел, поэтому едва не подпрыгнул, когда чей-то вес привалился к нему сзади. Две пушистые зеленые лапы легли на его плечи, а потом мокрый холодный нос уткнулся прямо в его ухо. – Ой, какого черта…       Изуку нетерпеливо мяукнул ему в ухо, вызывая мурашки. Горячее влажное дыхание согрело открытую кожу шеи, и Кацуки тяжело вздохнул. – Хах, вот уж действительно: коты тянутся к тем, кто не обращает на них ни малейшего внимания! – проворчала Мина где-то за спиной Кацуки, и он едва не рявкнул, чтобы она катилась к черту: он еще как обращал внимание на этого задрота, просто об этом не нужно было никому знать! Единственное, что мешало ему сделать – это то, как настойчиво Деку сейчас терся головой об него. – Глупый кот, прекрати… черт, да отцепись от меня! – проворчал Кацуки, не сопротивляясь однако так сильно, как мог бы, но чувствуя как буквально сгибается над партой из-за чужого веса на спине.       Деку проворчал что-то недовольное, а затем, не успел Кацуки и глазом моргнуть, как Изуку уже сидел на его коленях и медленно моргал, глядя ему в глаза, а его гибкий хвост слегка обвивал руку Бакуго. Солнце светило сейчас прямо в них, но явно не доставляло Деку дискомфорта, разве что заставляло его зрачки превратиться в две тонкие щелочки, которые были зафиксированы на Кацуки.       Деку выглядел каким-то образом одновременно мило и хищно, почти диковато: потрясающее сочетание – и всё это только для Кацуки, для него одного. – Какого… ты и в виде кота собираешься быть прилипчивым, а, задрот? – ухмыльнулся Бакуго, внезапно чувствуя, как под завистливыми взглядами одноклассников возвращается его уверенность.       Губы Изуку слегка раздвинулись в улыбке, демонстрируя кончики клыков, которые выглядывали из-под его губ. Деку поерзал немного, удобнее устраиваясь на коленях Кацуки, склонил голову, прижимаясь к его плечу, закрыл глаза… и неожиданно замурлыкал, наполняя всю классную комнату равномерным довольным гулом.       Кацуки даже под пытками не признался бы, насколько сильно ему в тот момент хотелось присоединиться к задроту, даже несмотря на то, что у него не было никакого оправдания в виде причуды.