Секрет семьи Воропаевых

— Так вы встречаетесь? Втроём? — повторив в очередной раз то, что я успел рассказать трижды, Саша удивлённо покачал головой. — не верю, что ты мне не рассказал ничего. — Да не встречаемся мы. Не было предложения. Был просто секс. И теперь я в этом убедился, — хлюпнув носом, заваливаюсь на подушку. Я совершенно не собирался плакать. Нет. Ещё чего. Из-за них? Да не в жизни! Но как-то по мере рассказа прошедшей недели, чувства обиды и предательства накатили с новой силой. И слёзы сами покатились по щекам. И вот теперь я лежу с опухшими глазами и головной болью в комнате друга. Даже порадоваться успел, что наплёл папе про ночёвку. Одному сейчас было бы намного тяжелее. — Но они так за тобой вьются везде! Это заметил не только я. И если ты сам говоришь, что секс был на выходных, то будь все из-за него, то уже в понедельник они бы отстали. Но они продолжали с тобой тусоваться. Тут что-то не чисто. — Я не буду в этом разбираться. Делать мне больше нечего. Они не стоят того. Видел ту омегу? Миленькая, не находишь? Конечно, она же вон какая стройная, миниатюрная… — Слава. Успокойся. Может… — …с идеальной фигурой, кожей и улыбкой. И волосы длинные, по-любому густые и вкусно пахнущие. Не то, что я! — Слава! — А? — удивленно приподнимаю взгляд на взволнованного друга и только тут понимаю, что всё это время он что-то говорил. А я совершенно не слушал, загоняя себя мыслями о том, почему она, а не я. — Когда ты, в последний раз ел? Вопрос с подвохом. Я точно ел. С папой вечером. Или нет. Я ведь отказался тогда, но выпил чай. Но днём то точно поел. Перед работой я всегда… снова, нет. Я так расстроился из-за ссоры с этими близнецами, что аппетит напрочь пропал. — Вроде, с утра. — Ты сошёл с ума… — грустно покачав головой друг подсел поближе ко мне. Для него тема моей анорексии всегда была болезненнее, чем для меня или папы. Он всегда именно себя считал виновным в том, что не доглядел за мной. — Нельзя так делать. Уверен, стяни с тебя футболку, то мы оба заметим насколько ты снова сбросил. — Я не сниму футболку. Одна лишь мысль вызывала во мне ужас. Да, это всего лишь Саша, но я не позволю ему увидеть себя таким. Со мной всё в порядке. Я восстанавливаюсь в своём режиме. Подобравшись в постели я повторил свои мысли вслух, но не заметил никакого облегчения на лице омеги. Да что с ним не так? — Пойдём поедим. — Я не голоден. Как вообще можно думать о еде, когда тут такое. Я тебя не понимаю. — Нет. Это ты себя не понимаешь. Твоя любовь к ним загонит тебя в больницу, под капельницу. — У меня всё под контролем. Просто поверь мне. Но в ответ я увидел лишь разочарованную мину друга, который просто отвернулся от меня к окну.

***

На следующее утро никто не отменил учебу. Не начался конец света, ну или на крайний случай ураган с ливнем и сломанными деревьями. Погода была на удивление приятная и тёплая. Совершенно противоположная моему настроению. Идти в школу впервые не хотелось совершенно. И пока чистил зубы появлялось дикое желание притвориться больным и просто уйти домой. Но учеба есть учеба. Впереди экзамены и поступление в вуз. Да и не могу я вечно прятаться от своих чувств, дискомфорта и этих двоих. Повернув кран и вытерев последние капли воды с лица я посмотрел в собственное отражение. Так стандартно, что почти у всех в ванной над раковиной находится зеркало. И ты всегда волей не волей посмотришь в собственное отражение. — Ну что, Ярослав. Пора бы и встретиться с собственными демонами. Хмыкнув задираю руку, убирая упавшие пряди волос со лба. — Никогда не думал, что они окажутся такими красавчиками. Отвернувшись от зеркала, вешаю полотенце на сушилку, бросая мимолетный взгляд на руки. И именно в этот момент замираю, как вкопанный в землю. В буквальном смысле этого сравнения. Ноги потяжелели и отказывались двигаться, сердце ушло в пятки, а страх вперемешку с любопытством подкатили к горлу. — Доброе утро. Родители уже разошлись, но отец приготовил кашу и сказал насильно в тебя ее запи… что случилось? Тебе плохо? Саша был настоящей хозяюшкой и Эмилю стоило только позавидовать. На удивление этим он пошёл в своего отца-альфу. Как-то так повелось в их семье, что его папа повар и дома совершенно отказывается готовить, поэтому эту роль взял на себя отец Саши. Но сейчас мне пришлось прервать его кулинарную идиллию своим побледневшим и немного растерянным лицом. Потому что по части подобных вопросов я мог обратиться либо к врачу, либо к своему прошаренному другу. Ничего не говоря и не отвечая на какие-либо вопросы, я протягиваю руку запястьем вверх, демонстрирую «пустую» метку. Точнее уже не пустую. На протяжении последних недель я всё время чесал это место, даже не замечая того, что делаю аккурат по контуру. И вот теперь результат. Она припухла, покраснела сверху и немного посинела снизу. Выглядело это не самым презентабельным образом. А в голове у меня уже складывались мысли об ампутации запястья. — О мой бог. Вот это да. Подсев поближе на стул омега аккуратно обхватил мою руку чуть пониже локтя и дернул на себя, заставляя усесться рядом на угловой диванчик. — Ты с ней что-то делал? — В последнее время она чесалась, но я не думал, что всё настолько плохо. Уверен, ещё вчера тут ничего не было, — меня немного пугал деловой тон друга. От этого я чувствовал себя подопытным кроликом. А Саша, как назло замолчал, с серьёзной миной рассматривая мою метку. Я ожидал объяснений или хотя бы слов успокоения. Но на деле же нервничал ещё больше, потому что парень хмурился с каждой секундой всё сильнее. — У меня была похожая ситуация. Но моя метка полностью покраснела. Из-за того, что я не принимал своего соулмейта. А твоя ещё и синеет, — почесав затылок другой рукой Саша попытался аккуратно потрогать мое запястье подушечками пальцев, но я в страхе одернул от него руку. — Спокойно. Болит? — Нет… немного. Как будто комариный укус расчесал. Может и правда укусил комар? — Ага. Совпадение блин. Почесав затылок Саша задумчиво прикусил губу, медленно вращая мою руку, рассматривая со всех сторон. Наверняка, он хотел попробовать прикоснуться вновь и потрогать. Но эта мысль пугала даже меня. — Так. Ладно. Спокойно. Скорее всего, это из-за твоей второй половины. Ты по-любому его встретил. — Логично! Но почему она синеет? — Я не знаю. Может быть с ним что-то случилось? Глубоко выдохнув я аккуратно высвободил свою руку, чтобы убрать с поля нашего зрения. Конечно, была наивная надежда, что убрав её всё забудется и метка вернётся в своё прежнее состояние. Все, как минимум омеги, с детства мечтала этого момента. Момента, когда метка почернеет и ты найдёшь свою вторую половинку. Но также с детства ты полностью уверен, что это игра в лотерею. И такой приз получить очень маловероятно. И именно, поэтому ты чувствуешь необъяснимый страх перед чем-то новым и неизбежным. А в моем уж случае точно. — Слушай… — А? — оторвавшись от созерцания кафеля под ногами и анализа происходящего, я взглянул на притихшего друга. — Идеи? — Может это из-за Воропаевых? — В смысле? Кто-то из братьев мой соулмейт? — резко выдохнув я прикусил губу. Я произнёс эту мысль. Конечно, она приходила мне на ум. И я даже не знаю радоваться мне или ужасаться. Эта мысль, которая была произнесена вслух, теперь казалась каким-то бредом. — Да. У тебя никогда ничего ни с кем не было. А тут пара недель с этими близнецами и твоя метка сошла с ума, — прикрыв глаза омега потер веки, будто все это время занимался за компьютером. Я чувствовал, что это ещё не все, поэтому даже не пытался вставить какие-то свои догадки. — Но, что если они оба твои соулмейты? Эта мысль тоже приходила мне на ум. Нет, не так. Я думал об этом слишком часто, мечтая о том, чтобы всё оказалось правдой. Они оба сводили меня с ума. Своими запахами, поведением и поступками. И хоть реальность была далека от моих мыслей, но в голове я слишком часто строил сюжет, где Юра и Кирилл оказывались моими истинными парами. И ни разу я не думал о ком-то одном, забывая про второго. Они оба были частью моих желаний, поэтому оба являлись соулмейтами. — Я не хочу пока об этом думать. И в школу пора. Поговорим после уроков? Может ещё какие мысли в голову придут? Мой умоляющий взгляд можно было сравнивать с котом из «Шрека». И я сейчас был полностью уверен, что с лёгкостью обошёл бы его в гляделки. Глубоко выдохнув Саша закатил глаза и поднялся со стула. Сомнений в том, что мы ещё придём к этому разговору точно не оставалось. — Ладно. Идём. У меня точно где-то был напульсник.

***

Школьный день с самого начала не задался. Вместо первых двух уроков выпускников отправили на субботник. Конечно, информатика не самый важный урок для нас и на нём остались только те, кто выбрал этот предмет в качестве экзамена. К счастью или горю, не знаю, но я не выбирал этот предмет, как и Саша. Поэтому мы оба на перевес с мётлами делали вид, что подметаем заднюю площадку школы. — Даже не знаю, чтобы я выбрал. Старого Иннокентия Петровича с его пыльными компами или ещё больше пыли на улице, — недовольно поморщившись Саша скинул маленького паучка с метлы, отметая его к траве. — Ты кстати, видел, как эти два цербера смотрят на нас? — Ты про Воропаевых? Скажи спасибо, что они всего лишь альфы. У церберов отличный слух, — водя по уже не такому пыльному бетону я стараюсь максимально ненавязчиво взглянуть в сторону близнецов. А в голове лишь мысль, чтобы они не подходили ко мне близко. — И правда смотрят. Если что бьем метёлками. — Ага. Сломаем и завхоз с нас шкуру сдерет, а кости на новые веники отправит, — криво усмехнувшись омега достал наушники, делясь одним со мной. В принципе, если откинуть всё наше нытье, незапланированный субботник и правда был лучше урока в пыльном кабинете. От нас не требовали многого. Мы просто сметали в кучки мусор на площадке и двигались дальше. А под музыку это было даже весело. И всё бы ничего, если бы в один момент мы с Сашей полностью не потеряли бдительность и со спины к нам не подошел Юра. — Я хочу попросить прощение за поведение Кирилла. Глубоко вдохнув и выдохнув я аккуратно вытаскиваю наушник из уха и отдаю, всё это время молчавшему, другу. Кивнув в знак того, что и сам справлюсь отхожу в сторону альфы. Кирилла рядом нигде не было, но я остро чувствовал феромоны обоих. Он был где-то близко, ну а пока родной запах хвойного леса буквально вскружил мне голову. Этот запах был таким родным, приятным и дорогим мне, поэтому поверить в то, что обладатель этих феромонов мне не принадлежит, было крайне трудно. — Я бы посмеялся, если бы ты притворился Кириллом и сам попросил прощения. — Ты нас слишком хорошо чувствуешь, чтобы мы это провернули, — слабо улыбнувшись альфа провёл рукой по волосам, не сводя с меня взгляда. — Прости. И его, что нагрубил и меня, что не остановил. Мы просто переживаем за тебя. — Не стоит, — выложить все карты сразу? Так не хочется ссориться, особенно чувствуя его так близко к себе. Но фигурка той омеги мельтешит перед глазами, а мысли о предательстве больно жгут метку. — Что? — Не стоит просить прощения. Я вам никто и вы мне тоже. Ещё вопросы? — Слав, что за глупости ты говоришь? — сделав шаг ко мне Юра остановился. Да и как не остановится, если я вытянул метлу, оставляя между нами хоть какое-то расстояние. — Мы с вами переспали. И я, как наивный ребёнок подумал, что это что-то значит. Но это было лишь ваши феромоны и мои наивные мечты о чём-то большем, — тихо хмыкнув я наконец смог поднять глаза на Юру и встретиться с ним. Он выглядел слишком ошеломлённым для предателя. Или возможно, просто не ожидал, что его так грубо остановят. Но ничего, мой хороший. Сейчас ты и вовсе выпадешь в осадок. — Если всё, то я пойду к Саше. И да. Та омега из бара, с которой вы оба сидели в обнимку очень даже миленькая. По-моему, это выражение лица я не забуду никогда. Шок, неверие и растерянность. Всегда собранный и такой подготовленный Юра, явно не знал, что сказать и как поступить. Неужели, они меня не почувствовали в том баре? Тогда о каких истинных парах может идти речь? Опустив метлу к земле я развернулся и собрался вернуться к уборке. Глаза начинало постепенно жечь, а я совершенно не хотел, чтобы они видели мои слёзы. — Это не то что ты подумал, — альфа стремительно сделал шаг вперёд и обхватил мою руку там, где аккуратно красовался напульсник. Меня словно, ударило током. И я даже не подозревал от чего больше: от прикосновения к преображающийся метки или оправдания. Насколько идиотская и шаблонная фраза. Никогда не думал, что она может причинить мне столько боли. — Я не слепой. И с логикой у меня все в порядке, — против воли шмыгнул носом. Ну вот, дурацкие слёзы. Уже чувствую, как первая капля прочертила полоску по всей щеке к подбородку. Но я ни за что не поддамся на такое унижение и не расплачусь сильнее. — Это была ошибка. Мы хотели лишь… лишь помочь ей. Всё совершенно, не так, как ты подумал или увидел. Дай нам объясниться. — Поздравляю. Это реально была ваша ошибка, — отступив на шаг я опустил голову к земле. Вообще, мне должно было быть обидно и за омегу, с которой они играют так же, как и со мной. Но мне было плевать. Они предали меня. А я сам себе буду ближе, чем кто-то другой. — Не смейте меня трогать. Вырвав свою руку из слабенького захвата я не удержался и все же почесал то место. Отвернувшись я не вернулся к работе, а поспешил в здание школы, уже понимая, что мое сердце разбито. И от того, что его разбило двое дорогих мне людей, стало лишь ещё больнее.