Девушка на ночь

      С самого утра у Гена было просто отвратительное настроение, находящееся где-то на отметке «убить бы всех к чёртовой матери, но слишком уж лень избавляться от кучи трупов!». А ведь этот, — явно проклятый каким-то трудоголиком, — день, ещё прошлым вечером обещал ему быть просто прекрасным и волшебным. Мало того — внеплановый выходной от раздражающих своей однообразностью съёмок, так ещё и все пары были отменены из-за какого-то супер важного международного научного форума, местом проведения которого совершенно непонятным образом был избран именно его доморощенный университет! Полнейший бред, по мнению парня, учитывая тот неоспоримый факт, что основной направленностью этого места являлись исключительно гуманитарные и социальные науки… Но, как бы то ни было, раз какие-то идиоты так решили — ему же лучше!       Так вот, планов на этот «чудесный» день у Гена было просто громадное количество, первым и самым важным из которых шёл здоровый крепкий сон не меньше чем до середины обеда. Далее в списке значилось целое море разнообразного отдыха: от своей уже осточертевшей, намертво приклеившейся маски добродушного дурка-шута; от шумной толпы и вечного гула машин и оборудования; и, конечно же, от людей в целом и общем! Менталист, в кои-то веки мечтал просто-напросто побыть в полной тишине и одиночестве… Но, будто следуя какому-то чёртовому закону подлости или изощренному издевательству судьбы, все пошло наперекосяк с самого утра, которое, к слову, для Асагири началось на целый час раньше его обычного, спартанского расписания! Треклятый агент Гена, с радостными воплями, больше напоминающими спящему парню какого-то умирающего тюленя, сообщил, что этим вечером он приглашён на светский приём, проходящий в его же чёртовом универе, который администрация устроила в честь открытия этого треклятого научного форума. Но самым мерзким был даже не сей, крайне прискорбный факт, и, даже не то, что ради этой бесполезной, в такую рань, информации его так нагло выдернули из цепких лап Морфея… А то, что из слов его незатыкающегося агента выходило, что помимо него самого, самым странным образом на это скучнейшее научное мероприятие были приглашёны те, кто может поспособствовать карьере артиста и продвижении его на новый уровень. Проще говоря — его головная боль в лице пары глупеньких богатеньких барышень, люто фанатеющих от знаменитого менталиста. При этом, эти конченные идиотки упорно считали Асагири какой-то забавной комнатной зверюшкой, которую можно немного поюзать, как какую-то дорогую игрушку или аксессуар, а потом со спокойной душой выкинуть на помойку! Маленькие тупые сучки с силиконом вместо мозгов, из раза в раз пытающиеся купить его толстыми кошельками своих папочек, сделанными, как под копирку лицами и безвкусной шлюховатой одеждой, стоящей, наверное, больше всего его дома. Боже, да они даже с десятого раза не смогли понять своими крошечными куриными извилинами, что его все эти товарные отношения абсолютно не интересовали. Нет, Ген хорошо относился к большинству своих, — адекватных и не очень, — поклонниц, как любой здоровый половозрелый мужчина, очень любя внимание противоположного пола, и, конечно же, жаркие, начисто лишённые сна ночи с обворожительными дамами… Но, именно эти «девушки», несмотря на свою искусственную кукольную привлекательность, вызывали в нем лишь презрение и чувство глубокого отвращения. Впрочем, во всем этом, отчасти, виновно было окружение, в котором эти барышни выросли — самое сердца маленького тошнотворного мерзкого мира, где все, кто имел на счету меньше пары миллиардов, несмотря на свой острый ум, престижное образование и яркие таланты, были людьми низшего сорта и годились лишь в качестве дорогих игрушек; где каждый был готов перегрызть другому глотку и, при удачном стечении обстоятельств, воткнуть нож в спину! И ясное осознание этой простой истины уже не просто нервировало, а откровенно бесило Асагири, вызывая стойкое чувство омерзения и нежелания хоть как-то соприкасаться с этим прогнившим миром. Забавная позиция для популярного артиста, мастерски манипулирующего толпой, чтобы побольше поиметь со своих фанатов… Вот только, Ген никогда и ни при каких обстоятельствах не относился к людям как к какому-то мусору, добиваясь успеха, пусть и не всегда честным путем, но никогда не изменяя своим личным принципам. Именно поэтому, иметь с этими дамами какое либо дело, пусть это и было для него, чертовски выгодным шагом, он, несмотря на яростные уговоры своего агента, абсолютно не желал, мечтая раз и навсегда избавиться от их надоедливого внимания. Так вот, подобные мерзкие людишки были приглашены в место, где соберутся мировые светила в области физики, математики и химии, порой начисто лишенные стремления к наживе и материальным ценностям как таковым… Смех да и только! В сущности, даже его собственное посещение этого адски скучного приёма вызывало немало довольно логичных вопросов, но он-то, хотя бы был студентом этого чертового универа и какой никакой медийной личностью, способной хоть как-то поднять его статус в глазах общественности и «дорогих» гостей с уровня плинтуса! Впрочем, это так же было крайне спорное заявление…       Следующим, что поразило мечты парня, о, уже не совсем целом дне рефлексирования на диване в обнимку с ведёрком ванильного мороженного под какой-нибудь слезливый фильм про сопливую драму парочки конченых идиотов, в самое их сердце — был его лучший друг Цукаса. Они познакомились очень давно, будучи ещё несмышлёными старшеклассниками, на каком-то стремном шоу талантов, с которых он начинал свою карьеру. Шишио — сильнейший тогда подросток Японии с первого взгляда напугал Гена, уже тогда неплохо разбирающегося в человеческой психологии, но, не столько своими размерами и силой, сколько свирепым взглядом, чем-то отдалённо напоминающим Асагири опасного дикого зверя. Впрочем, когда этот огромный, просто до жути пугающий парень, помог ему практически без потерь нервных клеток и частей одежды отбиться от ненормальной стайки школьниц, караулящих своего кумира на выходе из студии, он немного изменил свое категоричное мнение, решив, как истинный психолог, копнуть немного глубже внешней картинки… И, надо сказать, нисколько не прогадал в своем выборе — Цукаса оказался на удивление отличным парнем с богатым внутренним миром и крайне тяжёлой судьбой. Он, учась ещё в старшей школе, работал как вол, пытаясь обеспечить себя и младшую сестру, параллельно оплачивая её гигантские больничные счета, порой превышающие даже самые большие гонорары парня за, — не совсем легальные для несовершеннолетних, — бои без правил. В общем, это был достаточно интересный опыт общения для него, как для менталиста и психолога! Как человек же, Асагири получил просто потрясающего друга, который, в случае чего, мог без вопросов помочь ему с абсолютно любой проблемой, вплоть до вывоза неугодного тела. По крайней мере, Ген искренне считал, что это именно так!       Так вот, Цукаса попросил его отвести в школу свою сестрёнку Мирай, которая только недавно окончательно покинула стены больничной палаты и постепенно начинала жить полной жизнью старшеклассницы. Собственно, Ген прекрасно понимал причины гиперопеки со стороны Шишио, но совершенно не принимал его категоричной точки зрения. Девочки её возраста должны были заводить подруг, крутить первые романы, переживать юношеские проблемы и драмы… В общем, жить полной жизнью, а не ходить каждый день под чёртовым двухметровым конвоем, в лице своего до жути пугающего братца, в школу и обратно, начисто игнорируя разнообразные клубы! Впрочем, некую роль в его позиции все же играл и тот факт, что периодически этим самым конвоем был он сам, привозя, либо забирая девушку, когда её брат был слишком занят. А, учитывая тот факт, что жил Цукаса практически на другом конце города, Асагири, порой, просто до дрожи ненавидел своего лучшего друга, желая его при встрече банально придушить. Строго говоря, этот день, неожиданным образом, оказался как раз одним из таких, но только разы хуже… Поскольку, мало того, что Шишио не позвонил ему заранее, ссылаясь на неожиданный бой практически в центре города, так ещё и сделал он это на двадцать минут позже того времени, которое Гену было физически необходимо, чтобы добраться до его дома и вовремя довезти Мирай до школы. Это бесило ничуть не меньше, чем вероломный и крайне идиотский поступок агента Асагири, разбудившего парня в его законный выходной ни свет ни заря ради какой-то чуши. Но делать было нечего, ибо маленькое солнышко Шишио было совершенно не виновато в непроходимой тупости и наглости её старшего братца, а Ген был слишком добр, чтобы перекладывать ответственность на того парня! Поэтому, спешно накинув поверх растянутой белой футболки плотную чёрную кофту, он, прямо в домашних штанах и сланцах выскочил из дома, на ходу захватив ключи от машины и чёрную же кепку, искренне надеясь, что в таком неприглядном виде его никто не узнает.

***

      Когда Мирай с невероятно милой улыбкой виновато поблагодарила Гена и, буквально со звонком, возвещающим о начале занятий скрылась за массивными воротами элитной школы для девочек, настроение у парня немного поднялось, прочно устанавливаясь между: «как же мне это все надоело!» и «хочу уже сдохнуть!». В умных книжках по психологии, которые он пачками штудировал, готовясь к экзаменам и очередным выступлениям, это состояние вроде как называлось «принятием» и относилось скорее к смерти, чем к жизни, но, все же, чертовски подходило ему по состоянию души в данный момент. Впрочем, как и предшествующая этому упадническому настроению депрессия… Хотя, опускать руки Асагири пока точно не собирался, ведь, как ни крути, а бешеный ритм жизни с постоянно меняющимся графиком и минимальным отдыхом было тем, что выбрал он сам ещё в далёком детстве! Так что, резко развернувшись на пятках, Ген стремительно направился обратно к машине, мысленно уже мечтая о том, как вернётся домой и хотя-бы каких то пару часов до этого скучнейшего приема проведёт просто наедине с самим собой. При этом, парень умудрялся мастерски игнорировать подозрительные взгляды немногих опоздавших школьниц, которые, казалось, смутно узнавали любимца публики в потрепанном человеке в растянутых домашних шмотках и, небрежно прикрытым старой кепкой кривым черно-белым хвостом, который, откровенно говоря, больше смахивал на какого-то местного бомжа. Что именно его выдало — необычная черно-белая шевелюра, или дорогущий красный родстер с откидным верхом и белым кожаным салоном, на котором приехал тот самый псевдобомж, он точно не знал, но всеми фибрами души желал как можно быстрее свалить из этого места, пока не произошло то, что вновь сбросит его настроение в безпроглядную бездну депрессии и мрака!       Однако, судьба, как оказалось, была полностью и бесповоротно против капитуляции своей сегодняшней игрушки для битья в тихое уединенное место. Ибо, в каком-то жалком метре от двери своей машины Ген ощутил резкий, сильный и крайне неожиданный удар, сбивающий его с ног. За этим ударом последовало закономерное ощущение сильной боли от столкновения с асфальтом, подозрительное чувство расплывающегося по груди, какого-то влажного тёплого пятна, и, совсем уж странной, приятной тяжести на его бёдрах. Шокированно моргнув, после того как все перед его глазами перестало бешенно вертеться словно на американских горках, и, немного заторможено опустив ошалелый взгляд стальных глаз от чистого июльского неба на причину своего состояния, Асагири тихо удивлённо выдохнул, встречаясь с ярко-алыми, слегка испуганными глазами совсем молоденькой девушки, в буквальном смысле этого слова, оседлавшей его верхом. Вот только, он прекрасно видел, что испугало эту странную барышню отнюдь не их неожиданное столкновение, фееричное падение или крайне пикантная поза, а некая полупустая колба с какой-то вязкой жёлто-зелёной жидкостью в её хрупких руках. Впрочем, после полного осознания девушкой произошедшего, случилось то, чего Ген уж точно никак не ожидал от любой хоть совсем немного адекватной особы женского пола — наклонившись чуть вперёд это чудо в перьях, до сих пор сидящее на нем верхом аки какая-то бравая наездница, прямо посреди улицы рывком стянула с офигевающего парня футболку вместе с кофтой, оставляя его лежать под собой полуобнаженным и растерянным.       — Их на сто миллиардов процентов было уже не спасти. — не обращая на состояние парня никакого внимания, пробубнила себе под нос незнакомка, бросая быстрый взгляд на дымящуюся около них кучку одежды. Асагири же, проследив за её жестом, на мгновение потеряв свою маску невозмутимости, испуганно сглотнул, нервно покосившись на наполовину полную колбу неизвестной, но крайне пугающей жижи в её изящных слабых руках. Тем временем, это ходячее недоразумение, совершенно бездумно поерзало на бёдрах незнакомого парня, пытаясь просветить на солнце содержимое сосуда, коротко добавила: — Извини, я тебя совершенно не заметила.       — Что, прости? — с трудом вырываясь из странного ощущения опасности, тесно перемешанного с близостью молодого женского тела, резко бросил Асагири, приподнявшись на локтях, чтобы вновь заглянуть в нереальные алые глаза своей странной собеседницы. Вот только, совершенно неожиданно и крайне остро для себя ощутив, что девушки у него не было уже слишком долго, а сидящая на его бёдрах особа достаточно красива и, как выяснилось, абсолютно в его вкусе, быстро и твёрдо добавил: — И, ради всего святого, слезь ты с моег… С меня!       — Извини! — уже чуть громче, но все так же безразлично бросила девушка, словно не поняв, что именно он имел ввиду, и, раздражающе медленно и плавно слезла с Гена, опираясь свободной рукой куда-то ему в солнечное сплетение. Одновременно с этим незнакомка искренне старалась не пролить остатки содержимого своей колбы на обнажённый торс парня, как-то отстраненно прикрывшего глаза сгибом локтя. — Этот реактив ни в коем случае нельзя оставлять без присмотра. — продолжила говорить она, поднявшись наконец-то на ноги, при этом не обращая ни капли своего внимания на облегчённо выдохнувшего собеседника. — И переносить его можно исключительно таким образом, поскольку нельзя закупоривать горлышко из-за постоянно выделяющихся паров. — лаконично закончила девушка свою мысль, то-ли пытаясь объяснить, то-ли продолжая извиняться… Тогда как Асагири, встав на ноги, наконец-то смог хорошенько рассмотреть эту ненормальную, разгуливающую с чем-то настолько опасным прямо по улице, целиком. Невысокая, стройная, чертовски привлекательная, но чересчур серьёзная для своего возраста особа, она, исходя из внешности, была где-то на пару лет младше Гена, хотя, судя исключительно по острому взгляду, казалось, была уже в разы старше него. Немного странные, светло-зелёные непослушные волосы, затянутые в тугой хвост слегка несуразно торчали вверх, придавая безумства её образу, а две длинные пряди обрамляющие милое бледное личико девушки, неплохо оттеняли совершенно необыкновенные, ярко-красные глаза. Она определённо была полностью, буквально на все сто процентов в его вкусе, с самого первого неосознанного взгляда намертво врезаясь в мысли парня совершенно не детскими желаниями! — Надеюсь мне хватит оставшегося реактива на запланированный на сегодня опыт…       — Эй! — резко оборвав её неразборчивый монолог, скорее всего вообще никак к нему не относящийся, хмуро выдал парень, привлекая рассеянное внимание незнакомки к своей скромной персоне. Как ни крути — односторонний интерес сильно напрягал Асагири, а учитывая тот факт, что за последние годы с ним такого ещё ни разу не происходило, то, можно сказать, парень был почти в панике… Которая, как и пологалось хорошему менталисту, никак не отразилась на уверенном, слегка хмуром лице. — Ты меня сейчас чуть не убила, в курсе? — решив действовать от обратного, сухо протянул Ген, пытаясь казаться как можно опаснее, что вкупе с его взглядом и тоном должно было выглядеть крайне пугающе… Ну, или до жути глупо и смешно, поскольку спорт с самой младшей школы был абсолютно не его коньком.       — Но не убила же! — расслабленно отмахнулась незнакомка, и правда не видя никакой проблемы в произошедшем казусе, тем самым, непонятным образом разжигая интерес парня к своей персоне в разы сильнее.       — Да ты хоть знаешь кто я и сколько стоила эта чёртова футболка и кофта? — решив немного поиграть с этой обнаглевшей, но несомненно впечатляющей красоткой, иронично выгнув бровь, спросил Асагири, буквально вынуждая ее внимательнее присмотреться к своей скромной персоне.       — Стоп-стоп-стоп! Ты же тот самый шарлатан из телевизора! — неожиданно громко и насмешливо выдала незнакомка, забивая этими словами очередной гвоздь в крышку гроба самооценки бедного парня, потихоньку выходящего из себя из-за своих неудач. Ведь из всех возможных вариантов, нарваться именно на подобное чудо, да ещё и увлечься им практически с первого взгляда — удача достойная утопленника.       — Я вообще-то менталист… — неприятно передернув плечами, неопределённо хмыкнул он, и ядовито ухмыльнувшись, из-за чего глаза незнакомки слегка расширились от удивления, пугающе медленно, растягивая гласные в словах, продолжил: — И у тебя, моя милая, теперь есть всего два варианта — ты сейчас же возвращаешь мне всю сумму за испорченные вещи, либо выполняешь одно совершенно любое моё желание!       — Я, вообще-то, ещё только учусь, поэтому могу написать тебе расписку, в том что верну долг, как только закончу универ и начну работать. — насмешливо  оскалившись в улыбке выдала девушка, уперев руки в бока, совершенно бесстрашно прижав к своему бедру колбу с неизвестной жижей, будто не желала ему проигрывать.       — Не забывай, вего два варианта, красотка! — в ответ расслаблено усмехнулся он, и, опережая уже готовую что-то возразить ему девушку, иронично добавил: — Ты же хочешь стать учёной, так? — игриво протянул Асагири, сокращая между ними расстояние до минимума, тем самым заставляя её смотреть на себя снизу ваерх. — Как думаешь, что станет с твоей репутацией, если я, скажем, подам в суд на одну ненормальную фанатку, прямо посреди улицы набросившуюся на меня с какой-то кислотой, и, раздевшую у всех на глазах практически догола? — крайне иронично усмехнулся парень, невесомо проводя пальцами по её щеке, убирая выбившийся из хвоста волосок, прекрасно видя как вытягивается и бледнеет лицо собеседницы медленно но верно осознающей его последние слова. — Подумай, что будет с твоей семьёй после такого позора?       — Вот же гад! — раздражённо фыркнула незнакомка в лицо довольного менталиста, на удивление среагировав на слова о семье острее всего, — Чего же такого ты от меня хочешь?       — Вот и умничка! — усмехнулся Ген, поистине любуясь чертовски недовольным лицом своей собеседницы. Впрочем, заметив её сердитый взгляд и плотно сжатую в руках колбу, тут же оборвал все смешки, став немного серьёзней. — На самом деле, моя просьба крайне проста, милая. — отступая от неё на безопасное расстояние, протянул менталист, решив слегка сбавить обороты. — По определённым причинам мне просто жизненно необходима обворожительная пара на этот вечер… — со своей самой милейшей улыбкой развёл он рукам, решив одним выстрелом убить двух зайцев — пригласить на первое свидание понравившуюся девушку и попробовать избавиться от назойливого внимания пары куриц, сыграв на прямолинейности его новой знакомой. — В идеале, хотелось бы, чтобы все вокруг подумали, что мы пара безумно влюблённых друг в друга людей, задумывающихся о скором браке! — хитро добавил он, подмигнув ещё сильнее нахмурившейся незнакомке, со скепсисом следящей за его словами и телодвижениями.       — Зачем это такому человеку как ты? — слегка удивлённо выпалила незнакомка, делая акцент на последнем слове, будто обвиняя его в чем-то.       — Тебе этого знать совсем не обязательно, моя дорогая! — с хитрицой стрельнул в ответ глазами менталист, получая на это лишь ироничный, пронизывающий взгляд алых глаз, так и говорящий, как её бесит вся эта бредовая ситуация. Но, рассказывать о том, что он просто решил пригласить её на свидание таким вот извращенным способом, парню совершенно не хотелось. По крайней мере не здесь и не сейчас, ибо, - он был в этом уверен, - его попросту пошлют в пешее эротическое! — Так вот… — прочистив горло, на этот раз дружелюбно протянул Асагири, резко переводя тему в другое русло, — Скажи-ка мне свой адрес, я пришлю подходящее платье и кого-нибудь, чтобы сделали макияж и как-то, из того, что ты называешь волосами, сворганили какую нибудь приличную причёску! — резко отворачиваясь произнёс он, и, в два шага оказавшись у машины, вытащил из неё свой новенький телефон, готовясь записывать, — Хотя… — задумчиво подняв взгляд на стоящее перед ним чудо с хитрым прищуром, протянул Ген, — Знаешь что, давай-ка я тебя лучше подвезу прямо до дома, а то мало-ли и правда кого убьёшь по дороге этой своей жижей! — строго смерив разом стушевавшуюся незнакомку взглядом, при этом, особо задержав его на колбе, хмыкнул Асагири, и, запрыгнув в машину, предусматрительно открыл дверцу пассажирского сидения для девушки.       — Ты на сто миллиардов процентов раздражаешь, чертов болтолог! — сухо отозвалась незнакомка, все же смирившись со своей судьбой, осторожно садясь в дорогую машину.       — Знаешь, мне многие говорят эту фразу… И, зови меня лучше Ген, милая! — усмехнулся парень, чувствуя, что его «ужасное» настроение испаряется, словно его и небыло.       — Сенку, Ишигами Сенку. — бросила девушка, пытаясь одной рукой пристегнуться и не расплескать содержимое колбы, как ни крути, а за порчу салона этой тачки она точно не расплатиться так просто.       — Так, куда мне ехать, Сенку?