Он загадал его на день рождения

      Сиэль снова оказался в клетке. Эта была меньше и изящней и напоминала скорее птичью клетку в человеческий рост. Она стояла на возвышении, на чем-то, похожем на сцену. Его руки связали за спиной, прежде чем запереть. Верёвки впивались в кожу, вызывая дискомфорт, но он не обращал внимания, продолжал выкручивать запястья, пытаясь хоть немного ослабить узел и освободиться. Вокруг царил полумрак, сцену с клеткой закрывал занавес, но было слышно, как снизу смеялись и перешептывались люди.       Через какое-то время Сиэль услышал радостное улюлюканье и аплодисменты, а затем раздался голос: — Добрый вечер, дамы и господа, сегодня мы собрались здесь, на нашем двести тринадцатом ежегодном аукционе. Хочу выразить особую благодарность людям, выставившим сегодня свои лоты, и мою сердечную признательность мадам Ред, лично предоставившую информацию о жемчужине нашего сегодняшнего мероприятия, а также мистера Кельвина, позаботившегося о доставке. Я вижу, что господам уже не терпится оценить его по достоинству, но, прошу, держите себя в руках. Вечер только начинается. Объявляю наше собрание открытым! Голос ведущего утонул в гуле аплодисментов, и аукцион начался.

***

      В самом начале это и правда напоминало обычный аукцион с антиквариатом и драгоценностями, но вскоре появились и более странные лоты в виде экзотических животных и птиц. Через какое-то время начали выставлять людей.       «Вы только посмотрите: это пара близнецов, но один — кареглазый брюнет, а другой — голубоглазый блондин. Они станут идеальным дополнением к любой коллекции! Их воспитанием занимался лично господин Кляйн, поэтому в послушании можете не сомневаться. Они исполнят все ваши самые тайный желания! Итак, начальная ставка — десять тысяч фунтов стерлингов».       «Эта девушка была привезена из далёкого племени химба в Намибии. Соплеменники изгнали её за отличающуюся внешность, но вы только взгляните. Взгляните на её кожу цвета дорогого фарфора, идеально белые длинные волосы. Загляните в эти волшебные глаза, способные изменять цвет от льдисто-голубого до красного в зависимости от освещения. Все это — результат редкой формы альбинизма. К сожалению, она не разговаривает по-английски, но показала себя довольно покладистой и сообразительной. Итак, нежный цветок Намибии, только сегодня и только здесь, начальная цена — четыре тысячи фунтов стерлингов!»       Сиэль прислушивался к происходящему, и кровь стыла у него в жилах. Прямо сейчас он слышал, как чужие жизни меняют на деньги, точно какие-то безделушки. Сиэль не мог поверить, что в их развитом демократическом мире может существовать что-то подобное. «Двести тринадцатый ежегодный аукцион». Двести лет. Это безумие продолжается ещё со времен королевы Виктории. Сколько жизней было продано за все это время?       Голова Сиэля закружилась и его затошнило. Он с самого утра ничего не ел, иначе бы его уже вырвало. Страх железными когтями держал его за горло, и сквозь шум крови в ушах он услышал: — И вот наконец настало время нашего главного лота! Тише, господа, не торопитесь, вы ещё успеете как следует им насладиться. Прошу любить и жаловать, жемчужина нашего сегодняшнего собрания, потомок древнего рода Фантомхайв — Сиэль Фантомхайв!       К шуму в ушах добавились восторженные крики и звуки апплодисментов. Сиэль чувствовал, как его накрывает паника, но старался продолжать делать вдохи и выдохи, стараясь сконцентрироваться на чем угодно, кроме происходящего. Не получалось. Тяжёлый занавес отъехал, являя взору большой зал, заставленный столами, за которыми беззаботно сидели богато одетые люди. Сиэль слышал, как они до этого смеялись, переговаривались и чокались бокалами, словно находились на прекрасном фестивале, а не участвовали в торговле людьми. Но прямо сейчас все их взгляды были устремлены на Сиэля. Восторженные, скучающие, жадные или возбужденные — они все смотрели на него, и он чувствовал каждый на своей коже, словно большое мерзкое насекомое. Он услышал перешептывания и смешки, а затем ведущий продолжил, понизив голос: — Взгляните на это аккуратное аристократическое лицо, большие глаза с густыми ресницами цвета редчайших сапфиров. Он словно ангел, его можно было бы перепутать с девочкой, но, не волнуйтесь, мы все проверили.       По залу прошёлся одобрительный смех. Сиэль отказывался воспринимать происходящее. Его продадут? Ему хотелось орать. Он поднялся на ноги и крикнул: — Вы тут все с ума посходили? Я же живой человек!       Сиэль схватился за прутья клетки и его ударило током. Он рухнул на колени, чувствуя, как в груди громко бьётся сердце, а руки горят огнём. — Прошу прощения за этот инцидент, юный господин, кажется, ещё не понял, что здесь происходит. О да, счастливчик, что его купит столкнётся с поистине аристократическим высокомерным нравом, но ведь так даже интереснее, не правда ли? Итак, начальная ставка — сто тысяч фунтов стерлингов.       «Сто тысяч фунтов стерлингов». Это много или мало? Это то, сколько я стою? Мою жизнь можно купить? Сиэль сидел на коленях, перед глазами все плыло. Он пытался понять, что такого плохого сделал в жизни, если заслуживает быть проданным как какое-то животное. Его мысли прервали громкие аплодисменты, свистки и поздравления. — Поздравляю мистера Транси! Вы побеждаете со ставкой пятьсот тысяч фунтов стерлингов! Надеюсь, вы почтите нашу древнюю традицию и не будете жадничать, позволите нам всем по достоинству оценить ваше сегодняшнее приобретение.       Из-за дальнего стола встал грузный мужчина с длинными сальными волосами и маленькими глазками. Довольно улыбаясь, он произнес: — Ну конечно, как я могу лишить своих дорогих друзей этого удовольствия? Ведущий подошёл к клетке и улыбнулся. — Не советую юному господину вести себя опрометчиво, — он отвернул ворот пиджака, показывая наполненные чем-то шприцы. — Если поведение юного господина будет неподобающим, я вколю это. Вы будете все видеть и чувствовать, но двигаться и говорить не сможете. Надеюсь, мы друг друга поняли.       Пока ведущий говорил с Сиэлем, официанты и охранники перетаскивали столы к стене, освобождая пространство. Когда перестановка закончилась, в центре остался лишь один стул, на котором сидел мужчина, купивший его. Вокруг него стояли другие мужчины и о чем-то переговаривались.       Ведущий вытащил Сиэля из клетки и повёл в центр. Тревога билась в груди раненой птицей, он весь дрожал, но почему-то продолжал послушно идти. Сиэль умел стрелять и фехтовать, но как в одиночку справиться с дюжиной взрослых мужчин, будучи связанным, он не знал. Он подумал про маму и все, чему она его учила, но даже там, среди заговоров, приворотов и лекарственных трав, не мог найти ответа.       Ведущий подвёл его к человеку с фамилией Транси, развязал руки и, усадив перед ним на колени, удалился. Мужчины обступили их плотным кольцом и жадно смотрели на парня. В одном из них он узнал того самого богача, который украл его, и понял, что это тот самый мистер Кельвин. Заметив взгляд Сиэля, он произнес: — Чего же мы ждём? Мистер Транси, открывайте же скорее свой подарок.       Рассмеявшись, грузный мужчина наклонился над Сиэлем и дёрнул за ленточку на его шее, развязывая. — Какой прекрасный подарочек мне сегодня достался. Помогите же мне поскорее его распаковать.       Сиэль почувствовал, как после этих слов, словно стая голодных волков, на него набросились несколько пар рук. Они жадно водили по его телу, рвали хлипкую ткань. По полу полетели пуговицы и обрывки ткани, оставив парня совсем без одежды. Сиэль встал на четвереньки, пытаясь отползти, но тут на щеку звонким ударом опустилась чужая ладонь. Голова парня дернулась, и он, не удержав равновесия, рухнул на бок. Чужие руки снова поставили его на колени, и кто-то произнес: — Не убегай от нас, маленький господин.       Сиэль не мог сфокусировать ни на ком взгляд, после удара на глазах выступили слезы, смазывая и до того нечеткую картинку. Он посмотрел за спины мужчин и увидел, как ведущий укоризненно покачивает головой, и замер, вспомнив предупреждение. Его голова упала на грудь, и он закрыл глаза. Скоро он почувствовал, как чьи-то жёсткие руки схватили его за подбородок и подняли лицо. — Юный Фантомхайв не должен прятать от нас свое красивое лицо. Открой глаза, иначе я заставлю тебя это сделать.       Сиэль распахнул глаза, и по щеке скатилась одинокая слеза. Рука с подбородка переместилась ему на губы, обводя их, приоткрывая рот, засовывая туда пальцы, сжимая язык. Сиэль не мог нормально вздохнуть, на глаза снова навернулись слезы. Чужие руки продолжали блуждать по его телу, шлепали, толкали, выкручивали соски. Мужчина на стуле подтянул его к себе так, что руки Сиэля оказались у того на бедрах. Прикосновения, до этого блуждающие по спине, груди и животу, спустились ниже, по-хозяйски разводя ягодицы, трогая сжавшееся отверстие. Мистер Транси расстегнул свои брюки, и оттуда вывалился налившийся кровью член. Он взял руку Сиэля и положил себе на орган, проводя ей по всей длине.       Фантомхайв уже почти не чувствовал прикосновений, в его голове стоял немой крик, а душа, будто отделившись от тела, скорбно наблюдала за происходящим. Вот мужчина взял его за волосы и наклонил к своей промежности, тыкая членом в лицо. Сиэль отвернул голову и получил очередной удар по щеке. Другой рукой мужчина открыл ему рот и провел членом по губам. Сиэль почувствовал рвотные позывы и сильное желание сжать зубы. Он был уже не в состоянии связно думать, в его голове остался только крик, протяжное «А-а-а» на одной ноте.

***

      Демон чувствовал, что что-то идёт не так, но ничего делать не собирался. Он предупреждал его. Предлагал защитить, но глупый человек отказался. Свербящее в груди чувство тревоги не отпускало, смешиваясь со страхом, перерастая в ужас. Демон понимал, что это не его эмоции, но именно поэтому ничего не мог с ними сделать. «Ничего ведь не случится, если я просто взгляну?»       Демон просто зашёл через парадную дверь и безошибочно направился по нужному коридору. Охрана не могла его заметить. Чем ближе он подходил, тем сильнее ощущал отчаяние и безысходность. Кто-то делает больно его человеку. Он знал, что если зайдёт, то другие его не увидят, но вот Сиэль почувствует сразу. Его размышления прервал протяжный крик, громом раздавшийся в голове.

***

      Дверь распахнулась как раз в тот момент, когда один из мужиков пристраивался к Сиэлю сзади. На пороге стояла тьма. В тот же момент помещение окутало чёрным дымом, свет начал мигать, люди испуганно повскакивали с мест. Мужчин рядом с Сиэлем раскидало словно взрывной волной в разные стороны. Начался крик и паника, все побежали к двери, но та захлопнулась. В центре зала, отделенный от общей суматохи стеной тьмы, лежал Сиэль. Его глаза были широко распахнуты, из них катились слезы, рот был широко открыт, лихорадочно вдыхая и выдыхая воздух. Он чувствовал себя так, будто проснулся от кошмара, и вернулся в реальность, которая оказалась гораздо хуже. Тьма подошла к нему, приняв знакомые очертания. Вишневые глаза смотрели как будто с жалостью. Их обладатель наклонился над парнем и произнес: — Ты согласен? — Я согласен.       Когтистая рука потянулась к Сиэлю и он, поймав, прижал её к своему правому глазу. — Хочешь я убью их всех?       Он лежал в руках Себастьяна, тьма поднимала их двоих к потолку. Сиэль обвел блуждающим взглядом кричащих в панике людей и поймал взглядом белую макушку ведущего. — Не убивай их. Сделай так чтобы они всё чувствовали и понимали, но не могли говорить или двигаться. Все, кроме тех, кого сегодня купили. И людей в подвалах. Их… Убери их куда-нибудь, пусть живут долго и счастливо подальше отсюда. — А что сделать с теми, кто тебя трогал? — Делай что хочешь.       Клыкастая улыбка появилась на лице Себастьяна. Спустя минуту все было кончено.       Люди лежали на полу, словно сломанные куклы с пустыми лицами. В центре зала, где до этого был Сиэль, обезображенной кучей валялись трупы насильников. — Себастьян, пойдём домой.