«Shall we look at the moon, my little loon
Why do you cry?
Make the most of your life, while it is rife
While it is light.»
Ангелом, в его глазах он был хрупким ангелом, прилетевшим с небес на землю. Руки, белые, как холодный январский снег, всегда грели теплом солнца. Тёмные волосы всегда пахли лесными ягодами, которые он так любил собирать в дремучих чащах. Прекрасный юноша, вот, как его называли. Все вокруг видели нежную улыбку и глаза, цвета каштана. А ещё маленькую милую родинку под глазом. Люди и не вспоминали, что по легенде, её обладатель проливает много горьких слёз. Никто и никогда не видел их, кроме одного человека, в глазах которого так красиво отражался печальный ангел. Длинные ресницы испуганно дрогнули, когда рука коснулась красной щеки. Пальцы заботливо вытирали солёные дорожки. — Как же я не люблю твои слёзы, это единственное, что несладкое в тебе. Прошу, лучик, не плачь. Иначе станешь совсем невкусным. На дрожащих губах заиграла легкая улыбка. Мягкие кудри стали подпрыгивать, когда юноша замотал головой: — А ты не ешь меня, я несъедобный, — маленькая складка залегла между густыми бровями. Всегда он был таким серьёзным, когда не надо и слишком ветреным, когда речь шла о важных делах. Болтливый, непостоянный, с горящими глазами и зажившими крыльями. А ведь раньше ангел не мог летать. — Хорошо, уговорил. Давай тогда пойдём домой и испечём черничный пирог? Улыбка стала светиться ярче, после чего последовал кивок. — Вот и чудно, давай руку. Зато теперь крылья готовы к полёту. Небо затянуло серыми тучами, ветер становился сильнее. Капли дождя стали биться об окна дома, в которых горел тёплый свет. — Почему дождь не перестаёт лить? Когда уже закончится? — Взгляд упал на землю. Каждая капля приземлялась на тёмно-зелёную траву, оставляя за собой маленькую лужицу. — Разве ты не любишь такую погоду? — Мне нравится любая погода, — в карих глазах отражался серый пейзаж, — особенно солнечная, тогда мы вместе гуляем по лесу. — А когда плохая погода, что мы обычно делаем? — А плохой погоды не бывает, — маленькая родинка забавно приподнялась. — Это точно, — бархатный смех разлился по всей кухне, дошёл до каждого цветка на окне и даже отразился на чужих малиновых губах. А затем превратился в обрывистый кашель. — Простуда ещё не прошла? — ресницы встревоженно дрогнули. — Нет. Но не переживай, лучик. Скоро поправлюсь. — Тогда давай я согрею тебя, и тебе станет легче. Хорошо? — Хорошо. Из окон небольшого дома струился тёплый свет, сладкий аромат черники и нежный аромат любви.