Варенье

Лин Куэй, конечно, суровые ниндзя, и все такое. И вообще, по мнению некоторых, это серпентарий, а не клан. Но и у них бывает иначе. По крайней мере, иногда. – Говорю тебе, я в порядке. – В порядке?! Температура под сорок – это называется в порядке? – Это просто ты отмороженный! А у меня нормальная человеческая температура. – Послушай меня, Смоук, – Тундра поставил руки на подушку по обе стороны от тела сидящего в постели друга. – Я не спорю, что моя температура отличается от обычных тридцать шесть и шесть. Но у тебя действительно лихорадка. Поэтому – пожалуйста – помолчи и дай себя вылечить. Иррационально и – для ледяного ниндзя – мало логично, но Тундра чувствовал ответственность за это пепельноволосое чудо. Хотя заболел друг, в общем-то, как раз по его вине. Вчера Смоук заявил: «Одного я тебя никуда не отпущу», и потащился с ним в заброшенный храм на заснеженных вершинах Тибета за каким-то жутко важным для Грандмастера свитком. Разумеется, переохладился. А сегодня потерял сознание на тренировке, перепугав друга высоченной температурой. Теперь надо как можно скорее поставить это чудо на ноги – Грандмастер очень не любит бездельников. – Хорошо, – Смоук согласно опустил веки. Впрочем, он действительно чувствовал себя больным. – Что ты предлагаешь? Порывшись в тумбочке, криомант извлек на свет божий литровую стеклянную банку с малиновым вареньем. Смоук недовольно скривился: – Я его ненавижу, ты же знаешь. Не споря, “доктор” жестом фокусника достал из той же тумбочки два ярко-желтых лимона. Смоук оценил перспективы и с тяжелым вздохом потянулся за вареньем. – Я же столько не съем… – Есть всё тебя никто и не заставляет, – Тундра запустил пальцы в банку. Братья-криоманты были признанными сладкоежками, и в больную голову Смоука закралась коварная идея под шумок скормить всю малину ему. Но разве ж ему когда-то удавалось провести друга? С удовольствием поглощая приторную красную субстанцию, криомант все-таки следил, чтобы большая часть лекарства досталась больному. Посмотрев на кислую физиономию больного, Тундра отобрал у него ополовиненную банку. – Спи давай. Быстрее поправишься. Смоук опустил голову на подушку, закрыл глаза… и, хитро ухмыльнувшись, поймал друга за руку. – Только в том случае, если ты посидишь со мной.