Вспенить перед нанесением

      У Баки никогда не было пышных волос: они были по лопатки, приятно щекотали там кожу, когда Барнс лежал на постели голым после душа; они были мягкие на ощупь, но не после мытья мужским шампунем. Глупый шампунь ужасно их сушил.       Баки перепробовал все мужские шампуни, которые только видел в магазинах. Начинал он с самых дешевых, а закончил тем, что в Башне Старка капнул себе на голову старковский шампунь. И тут же пожалел, ведь это вообще оказался не шампунь, а краска. Черная, мать твою, краска. С тех пор Баки внимательно читает то, что написано на этикетке. На всякий случай.       Отчаявшись, Барнс стал искать выход в шампуне Стива. Шампунь Стива оказался еще хуже, чем черная краска Тони. Он вроде и отмыл волосы, но когда Джеймс потрогал их уже сухими... В общем, он почти угробил волосы. Слишком много экспериментов с волосами.       Баки надоело.       Баки решил перейти на хозяйственное мыло, что продавалось в ближайшем русском магазинчике, пока однажды его не спас ангел, сошедший с небес. Наташа Романофф, ты лучшая.       Наташа вообще всегда была той самой проницательной девушкой, которая читает тебя своим взглядом, словно она ПЯТНИЦА или ДЖАРВИС.       Ну а вообще... Трудно было не заметить проблему Баки. Его волосы были жуть какие сальные, после многих попыток подобрать шампунь. — Жесть, Барнс. — присвистнула Вдова. — Да знаю я, — злобно рыкнул Баки, желая закрыться волосами от мира. Но точно не своими. — Я уже все шампуни перепробовал. Они делают только хуже, я отказываюсь мыть голову. — А я отказываюсь смотреть на нее. — и ушла.       Но вернулась на следующий день. С корзинкой в руках, словно Стив и Баки ее новые соседи, и она преподнесла им в подарок на новоселье сладости. В корзинке были не сладости.       Шампуни.       Женские шампуни. — Даже не думай.       Наташа ничего не ответила. Продолжала смаковать жвачку во рту, будто та не потеряла вкус пять минут назад. — Нет.       Она все еще молчала, специально громко чавкая, очевидно, давя на Баки так, как умеет агент ЩИТа. — Романофф.       Чертова шпионка знает куда давить. Она не обращала на Барнса внимания, будто знала, что он сдастся. — Ладно, давай сюда! — гневно отозвался Баки, пылко хватая корзинку из ее рук.       Наташа позволила себе улыбку.       Разных цветов бутылки в плетеной корзине, а Баки даже... Растерялся. У мужчин не было такого разнообразия, все по стандарту: синий цвет, черный цвет, мужик на флаконе и мерзкий запашок.       Романофф предложила выбрать любой. Баки и выбрал. И понюхал. Комната наполнилась запахом кокоса. Барнсу захотелось кокоса. Следующий пах ванилью. Затем была герань, еще какие-то цветы.       Баки остановил свой выбор на красном шампуне с каким-то вычурным названием. Он был оформлен ужасно и якобы по-девчачьи. От розовой этикетки с двух сторон подташнивало. Слишком много. Но запах... За него и убить не жалко. Но только не Стива! Роджерса Баки горячо любил, и за шампунь убивать не собирался.       А Роджерс сейчас был на дурацкой миссии вместе с Сэмом в Англии. Как Баки скучал.       На телефон Нат пришло сообщение. Она молча ушла.       Баки боится русских женщин.       После этого шампуня Баки и сам будет чувствовать себя русской женщиной.       Твою мать.       Стив очень тактильный человек. А еще ему нравится нюхать волосы Баки в постели. И это совершенно не мешает ему в это время трахать его медленными толчками с утра, пока Барнс едва проснулся. Роджерс без понятия откуда у Баки столько различных запахов в волосах с утра, но его это не волнует. Какими бы они ни были: грязные, вонючие, чистые, прямые, с колтунами. Роджерс слишком любит Баки.       Ну и тянуть его за волосы, когда тот стоит на коленях, а его губы растягиваются на большом члене, приобретая еще более алый оттенок, чем был.       Джеймс очень любит нежности в постели, а Стив, боже правый, совмещает невыносимо быстрые толчки с такими сопливыми словами и признаниями в любви, что у Баки безостановочно льются слезы. Чертов Роджерс.       От тяги волос Баки становится покорным, Стиву нравится. И стоны его в это время нравятся. И изгибы. И он сам.       И все равно Стив тянет за волосы бережно, с явным желанием не сделать больно. Баки польщен. И удивлен.       Англия поприветствовала Стива и Сэма дождем, а зонтиков с собой, увы и ах, не было. Пришлось ловить опасных торговцев космическим оружием, едва не улетая со скользких крыш. Самая отвратительная миссия за все годы жизни Стива.       Еще и Баки рядом нет.       Но Стив не злится. Барнс сам выбрал больше не участвовать в миссиях, никому не принадлежать. Кроме Роджерса, конечно. Ему он принадлежит целиком и полностью. — Кэп, ты едва не врезался в голубя.       Едва? Стив точно ощутил у себя во рту пару перьев. — Прости, я задумался! — Хватит думать о своем ненаглядном. Не здесь. — Так точно, Сэм, ха.       Стив не послушался приказа, и даже когда массивным щитом ломал лица врагам, думал о том, как прилетит домой, найдет Баки и потянет за длинные волосы вниз, давая отсосать. Член дернулся в штанах. Стива передернуло. Сэм закатил глаза. — Что это за оружие? — Кажется, ещё со времен читаури. Бывают же нечестные люди. — задумчиво ответил Стив, наблюдая за пушками, что ввозили в джет ЩИТа. — Уебк-... — Не выражаться, Сэм.       Сэм снова закатил глаза. Мимо пробежала счастливая девочка, узнав от Уилсона новое слово.       Теперь Стив закатил глаза.       Баки расплел столетний пучок волос, оглядывая себя в зеркале. И едва не упал в обморок от того, как сильно блестят его волосы, как они потемнели от того, что их долго не мыли. Теперь он был похож на рисованную фигурку в дешевом мультике, где у всех такие волосы считаются нормой. Баки был привередлив.       Шампунь в руке блестел не меньше волос, а девушка с этикетки улыбалась. Баки не нашел сил улыбнуться в ответ.       Он набирал ванну, вертелся возле зеркала. Показательно тяжело вздыхал, чтобы оно поняло наконец, что придется помыть волосы женским шампунем. Докатился.       Хотя женский, говорят, лучше. Кто говорит Баки не знал. Плевать. Волосы важнее.       Тем более скоро вернётся Стив, а он выглядит как сердитая и грязная свинья.       Вода была достаточно теплой. Барнс не любил холод. Он залез в ванну и с душа полил на свою голову воды. А затем снова взял бутылку с шампунем в руку, начиная читать этикетку с обратной стороны. Вдруг это красная краска для волос? Еще чего не хватало. — Вспенить перед нанесением. — прочитал Баки и задумчиво посмотрел на бутыль. Затем от души ее потряс до появления пузырьков.       Зачем нужно было трясти шампунь? Написано не было. А жаль. Было бы интересно узнать. Лишь бы не выпали волосы. Они так нравятся Стиву.       Уже в процессе мытья головы Барнс заметил кое-что отличающее. Слишком много пены. Даже в мокром состоянии волосы распушились. Баки понадеялся, что это спадет после того, как он смоет эту дрянь с головы.       Откуда же Баки знал, что если вспенить шампунь, то наутро его голова будет похожа на птичье гнездо, скрещенное с афро. На что он подписался, когда мыл голову по этому способу вечером?       Всего лишь несколько часов полета и Стив уже слышит, как Сэм спокойно выдыхает. Его спина расслабляется, глаза закрываются. Отдыхает. Стив не будет мешать.       От части по тому, что в голову вновь коварно прокрался Баки. И тот момент, когда он хватал Барнса за косичку, наматывая ее на кулак. Стоит ли говорить, что происходило внизу в это время? Вы сами знаете.       На щеки плавно спустился румянец, а вслед за ним улыбка. Роджерсу уже не терпится вернуться к Баки.       Сегодня Стив возвращается домой. Наконец-то, подумал Баки.       И залез рукой в волосы.       И издал короткий крик, потому что волосы съели руку. В переносном смысле, конечно же.       Они были настолько пышные, что Барнс засомневался в том, что голова все-таки принадлежит ему. Может чья другая?       Зеркало вежливо опровергло ожидания Баки.       И расчесать волосы не получалось. Они вроде и выпрямлялись, пока расческа в них не застряла. Кое-как ее вытащив, Барнс тяжело вздохнул.       Он оделся, вышел из спальни и заварил себе крепкий кофе. Выпил и подумал о том, что Стив просто возьмет машинку для стрижки волос и нахрен лишит его этого безобразия. Баки на это надеялся. — Баки, детка, я дома! — крикнул Стив из прихожей и быстрым темпом направился к звукам мытья посуды.       Баки развернулся. Стив замер.       Минута молчания растянулась в целую вечность. Так думал Барнс.       Стив шокировано смотрел на своего парня и... От души рассмеялся.       Баки больше никогда не будет вспенивать шампунь перед применением.