Стать инквизитором

Туфли выбивали торопливую дробь по брусчатке - я почти опаздывал. Улицы, утонувшие во мраке, проплывали мимо меня, почти переполненные людьми. По дороге двигались автомобили, светом фар разбавляя сумерки. Город не спит никогда. Пробки заставляют ходить пешком. Перехожу дорогу через переход, и выбрасываю окурок, глядя вперёд, на кованые ворота. За ними моя цель - Костёл Святого Альфреда. Вхожу в него, поцеловав по дороге большое распятие. В молебном зале меня уже заждались - святой отец с парой прихожан держали одержимого человека, хохот которого раздавался огромным эхом под сводами собора. Бедная девушка... - Отец Даниэль, я здесь! - Отозвался я, на ходу открывая кожаный саквояж. - Вовремя, сын мой! - Ответил ксендз. Вынув своё личное небольшое Распятие, я протянул его святому отцу. - Во Имя Отца и Сына и Святого Духа, благословляю тебя на дела добрые, на битву с нечистой силой сатанинской! - Перекрестил меня преподобный, и я вынул свой дневник. Демон перестал хохотать, и уставился на меня, совсем забыв про Распятие, направленное на его лицо. - Альфред! - Рыкнул он. - Вот так встреча! Не обломаешь ли зубы о такой орешек? Взяв в ладонь крестик с висящего на запястье Розария, я прижал его ко лбу одержимого, отчего костёл наполнили крики ужаса и боли. Вдохнув побольше воздуха, я начал которткий ритуал - Святой Архангел Михаил, князь Воинства Небесного! Защити меня и мою душу во время борьбы с нечистой силой сатанинской! Аминь. Одержимая задёргалась в руках прихожан, однако святой отец быстро окропил её святой водой, отчего нечистый в ней взвыл на весь храм. От одержимой пошел пар. - Именем Иисуса Христа! Именем Бога Отца! Бога Святого Духа! Заклинаю тебя именем святых Апостолов Петра и Павла, и других Апостолов! Именем Святого Архангела Михаила! Покинь тело рабы Божьей, которое ты вероломно занял, дабы творить зло и совращать людей! Искоренись и беги, когда называем мы имя Господа, Своей Кровью искупившего наши грехи! Не смеешь более, змий проклятый, вести в ад души невинные, кровью Агнца искупленные! Именем Иисуса Христа, Именем Пресвятой Девы Марии, твою голову срубившую в день непорочного Своего зачатия! Изыди сатана! Беги обратно в ад до скончания века! Аминь! Одержимая посмотрела на меня, и рассмеялась. Прихожане, державшие её, испуганно дернулись, а демон продолжал смеяться устами своей жертвы. - Ничтожество! - Процедил он сквозь зубы потусторонним голосом. - Думаешь, этого хватит?! В ответ святой отец щедро окропил того святой водой, читая молитву на латыни. - Будем читать Романский Ритуал, - сказал я, расслабляя галстук. Одержимая заметалась, однако прихожане были очень крепкие, и отец Даниэль успевал окроплять демона. Собрав в кулак все свои силы и веру, я попросил помощи у Господа, и начал читать Ритуал. Раз за разом, один за другим. Наконец одержимая издала вопль, и обмякла в руках прихожан, лишившись сознания. В соборе несколько раз моргнули светильники, и всё кончилось. Отец Даниэль ещё раз окропил девушку святой водой, однако та даже не дернулась. - Слава тебе Господи. - Сказали мы в один голос, и перекрестились. - Минус один. - Выдохнул я, садясь на лавку. - Похоже что сотник... Прихожане понесли девушку на выход, где уже ждали её родители и карета "скорой помощи". Я вздохнул, и понял, как сильно хочу курить. Нужно выйти и отдохнуть. Расслабив галстук сильнее, я отдал почести Распятию и Дарохранительнице на алтаре, и вышел на улицу, и, перекрестившись, прижался лбом к кресту, чувствуя как меня наполняет благодать. Однако усталости было тоже немало - пока мы изгоняли демона-сотника, на улицу уже спустилась ночь. Нужно отдохнуть и набраться сил. За воротами собора я щёлкнул зажигалкой, и наконец затянулся сигаретой. Это плохо. Нет. Хреново. Но не могу иначе. - Поддаёшься искушению, сын мой. - Услышал я рядом голос святого отца, и от неожиданности закашлял, сделав сильную затяжку. - Знаю, отец. - Кивнул я. - Но давайте не будем об этом. Даниэль, поняв, что здесь он бессилен, молча кивнул. - Что сейчас делать будешь? Домой? - Схожу в любимую кофейню, и закажу ореховый капучино. А после наверно будет Розарий и спать. А вы? - Составлю тебе компанию, ибо спать после этого я вряд ли смогу. - Вы уверены? Время позднее. - Да, сын мой. Через пятнадцать минут на такси мы наконец добрались до круглосуточной кофейни, где заказали нехитрый ужин из кофе и пончиков. - Отец Даниэль, - обратился я, рассматривая нарисованный маркером крест на картонном стакане, - как думаете, зачем сотникам выбираться из ада? Неужели на земле столько марионеток, что ими нужно управлять? - Не знаю, Альфред. - Покачал головой преподобный, пригубив из стаканчика "крещенный" латте. - В наше время люди так развращены, что им, наверное, и никакие демоны не нужны - они сами целой толпой идут в ад. Взгляни на них. Он кивнул в сторону девушек, сидящих за соседним столиком. Одеты они были настолько вызывающе, что у меня от одного взгляда кровь стала оттекать от мозга. Всё ниже и ниже. - Прямо суккубы, - усмехнулся я, принявшись за пончик, - хотите проверить? - Нет, сын мой. Это просто заблудшие овцы. В наше время разврат стал общепринятой нормой, и с каждой рекламы на нас смотрят расписные блудницы. - И в каждом фильме идёт пропаганда, - поддержал его я. - Но отец, мы отошли от вопроса. Что этому демону было нужно? Уж не верю я в совпадения. - Не знаю, сын мой, не знаю. - Нужно будет разобраться в этом. - Не подставляйся под удар. Оставь это отцу Сантьяго. Уж если он возьмётся, то не отпустит. А сам пока окрепни в вере, это тебе нужно. - Да, отец. Хорошо. Я давно хотел совершить паломничество в Лас-Лахас. - Я домой. Благодарю за компанию. - Святой отец встал, и похлопал меня по плечу. - С Богом, сын мой. - С Богом, отец. Через полчаса я вышел из кофейни, чтобы пройтись домой пешком. С сигаретой в зубах и джазом в наушниках я двинулся вперёд. Ночь была довольно светлой, чему способствовали огни вывесок и фонарей, и на душе стало как-то спокойно и безмятежно. Несколько кварталов спустя я захотел снова закурить, однако пачка, бывшая в кармане плаща, оказалась пустой. Раздражённо смяв её, я выбросил ее в ближайшую урну, и осмотрелся в поисках круглосуточного бара или магазина. Мне был нужен табак. Глаза выхватили красную вывеску, которую я едва прочёл из-за готического шрифта. "Логово Вампира". Далеко же шагнула фантазия у людей. Усмехнувшись, я пошёл к зданию бара, глядя на стилизованный под готический стиль вход. Словно на бетонную рожу одели маску для Хеллоуина, именно так. Со входа я поборол желание вынуть Распятие из саквояжа, но вспомнил, что оставил его в соборе. Прямо перед дверью стояло чёрное пианино, утыканное толстыми свечами, некоторым из них служили подсвечниками пластиковые черепа с красными диодами в глазницах. За инструментом сидел и надрывался, виртуозно играя тревожную музыку из старых фильмов ужасов, натуральный гот - весь в коже, с антуражным макияжем и кучей цепей и перстней. Свечи и стилизованные под керосиновые лампы светильники добавляли ощущения тревоги. Сжав в кулак крестик Розария, я прошел мимо аквариума, наполненного черными большими ящерами и парой черепов на дне, и едва протиснулся мимо пары ребят, сбежавших из шабаша - одеты они были не хуже пианиста, и гоняли в настольный футбол, ругаясь друг с другом на латыни. Судя по стуку бильярдных шаров, развлечений здесь много. Пройдя мимо одетых в чёрное молодых людей, я попытался протиснуться к стойке, однако за ней сидела целая орда - иначе не назовешь этих людей, напоминающих всяких готов и сатанистов. - Эй, бармен! - Позвал я, стараясь перекричать пианино, почему-то игравшее очень громко. - Сядь за столик и жди! - Указала мне пальцем девушка в коже и металле, с характерным для этого места макияжем. Я не знаю, почему я не ушел оттуда. Я просто спокойно сел за столик, и паникёр внутри меня начал шептать, что все это неспроста - вид отсюда открывался на бильярдные столы, и то и дело попадалась в глаза девушка в очень короткой клетчатой юбке, которая то и дело задиралась при каждом движении. Я не святой, потому позволил себе пару раз глянуть на это, и не ожидал, что ко мне подойдёт официант. Странным было бы ожидать, чтобы этот упырь был одет иначе, чем остальной персонал. Весь в коже, средневековой рубашке с жабо, поверх которого был одет... Бросающийся в глаза святящийся Розарий. Только вот крест на нем был перевернут. Стиснув зубы, чтобы не отправить в упыря стул, я перевел взгляд на блокнот в его руках с накладными когтями. - Чего желаете? - Слащавым голосом спросил он, подготовив перьевую ручку. - Просто сигарет. Любых. И всё. - Ответил я. - И уйду. - Сожалению, но после полуночи вы можете что-нибудь заказать лишь после пива. Наверное мой скрип зубов все же дошел до ушей этого вурдалака, и я готов утверждать, что он дернулся. - Если не устраивает - можете уйти. - Сказал он. - Если захотите вернуться, то в готическом костюме вам дадут хорошие скидки и бонусы. Он улыбнулся, показав накладные клыки. Почему-то я захотел сломать их точным ударом в эти фальшивые зубы. Да, потому я не святой отец - во мне много греха. - Неси своё пиво. - Согласился я. - И сигареты. - Сию минуту, господин. Он уставился на меня, и мне от этого взгляда захотелось набить ему глаза. Обычно я человек не конфликтный, но здесь... Здесь словно мои пороки рвались наружу. Словно бесы вокруг пляшут. Хотя не мудрено - в таком-то месте. И почему я сюда зашёл? Да еще без своего саквояжа? - О, а почему вы не сказали, что вы в образе, господин? - Спросил меня этот упырь, вызвав моё недоумение. - Хороший стёб над преподобными. Официант снова улыбнулся, проведя рукой по своей святящейся подвеске. - Неси заказ, пока я тебе отходную читать не начал. - Раздражённо ответил я, пряча Розарий с шеи в карман. - Хорошо господин. Пока этот упырь ходил за заказом, я мимолётом бросил взгляд на игру в бильярд, особенно на ту дамочку. И хоть она была не совсем стройная, но от нее прямо лилась рекой похоть и сексуальность. Отвернувшись, я увидел толпу местных любителей бонусов, и перевел взгляд на стену. Однако инфернальные картины тоже не особенно меня вдохновили. И потому я вернулся к игре. Девушка была как раз напротив меня, и наклонившись, явила миру огромное декольте, ударив кием по шару. Что я творю?! Девчонка заметила мой взгляд и подмигнула мне, прикусив губу. Я в очередной раз пожалел, что зашёл сюда, и на полном серьёзе собрался уходить, однако рядом появился официант. - Ваш заказ не преподобный. - Усмехнулся он, поставив на столик кружку с пивом и положил рядом пачку сигарет. - Изыди. - Сказал я, протянув ему купюру, которой должно было хватить. - Можете курить, - сказал он, отсчитывая сдачу, - это ваш бонус, господин. Я посмотрел на него злым взглядом, и закурил. Тот быстро ретировался. Не успел я докурить, как возле меня появилась та самая любительница коротких юбок и бильярда. Поиграв грудью, она без разрешения уселась рядом, и официант мигом поставил на столик кружку пива. - Давай я буду звать тебя Константином? - Спросила она. Я ничего не ответил, лишь прильнул к кружке, чтобы на миг закрыть перед собой облик этой девчонки. - Ну серьезно, Константин. - Она провела под столом пальцами по моей ноге. - Зови меня Лилит. Она томно вздохнула, лишь я отдернул ногу. - Отвали от меня. - Сказал я, поставив кружку. - Мне неинтересна продажная любовь. - А обоюдная? - Стрельнула глазами с красными линзами девчонка с именем демона. - Отвали. А то перекрещу. - Ой, какие мы грозные. Давай ты сделаешь это вон там. Ты примешь мою исповедь. Она указала на тяжёлую дверь, как в старых замках, и мне почему-то представилось, что там меня ждут, чтобы сожрать заживо. Я встал, и направился к выходу. За мной цокала шпильками Лилит. - Господин, вы не отказывайтесь! - Крикнул мне вслед официант, и я машинально показал ему средний палец. Шлюха, строившая из себя мать суккубов, догнала меня на крыльце, и я не заметил, как она меня развернула, и впилась своими губами в мое лицо. И земля стала уходить из-под моих ног. Оттолкнув её, я пошел прочь. Однако она увязалась за мной. Я хотел намотать на руку Розарий, чтобы совсем не мягко сказать шлюхе, что не нуждаюсь в её ласках, однако я не смог ей сопротивляться. Я не мог с собой ничего поделать, лишь наблюдал, как снова целую эту тварь. И зачем я только зашёл в этот бар?! Вот мы уже на месте. Паршивая гостиница, где я снимал номер. Проходим через ресепшн, поднимаемся на третий этаж. Идём по коридору. Я открываю дверь перед Лилит, хлопая ее по заднице. Она делает пару шагов и... Она вскрикнула, став как вкопанная, а ко мне вернулась ясность. - Константин! - Крикнула она. - Точно Константин! Я усмехнулся, закуривая, и вошёл в номер, захлопнув дверь. - Альфред, милочка. - Я щёлкнул ее по носу, проходя по вытертому коврику, под которым была нарисована печать Соломона. Сев в кресло, я включил на смартфоне "Ave, Maria!" на латыни, и стал наслаждаться чудесным голосом и не менее чудесной музыкой. - Ну ты тварь! - Сказала Лилит. - Выключи! Я кивнул, и, встав из кресла и, скинув плащ, взял с прикроватного столика бутылку со святой водой. - Не смей! - Прошипела она. - Не трогай! Я садистски ухмыльнулся, и начал свинчивать крышку. - Подумай, Альф, - сказала она уже томным, словно порноактриса, голосом, - можно и иначе развлечься. Она закусила губы, и потянула за завязку своего топа, стилизованного под блузку. - Угу, - промычал я, облив ладонь из бутылки, - только я люблю по-жёстче. Под визг я провел ладонью по лицу девушки, и увидев, что от кожи лишь идёт пар, а не появляются волдыри как от ожогов, понял, что она одержима. - Имя. - Сказал я. - Иначе я вылью на тебя все два литра, и буду целую ночь слушать литургию. А потом, когда ты совсем захереешь, изгоню тебя. - Лилит! - Сказала девушка. - Ответ не верный. - Я щедро окропил её святой водой. - Была бы ты ею, ты бы не торчала в той дыре. И порвала бы меня. Твоя маманя задницей чует экзорцистов, малышка. Не то что ты. Я снова окропил её. Бояться ее криков не стоило - в этой дыре были только мы, даже администрация на ночь слиняла. - Архилла. - Зло ответила одержимая. - Молодчина. А теперь скажи мне, что в таком маленьком городке забыли демоны? Я уже дал под зад вашему сотнику. - То-то Диара пропала. Ну ты и тварь! Ненавижу! Я снова брызнул святой водой, слушая крик демоницы внутри девушки. - Сейчас ты в моей власти, милочка. И я могу сделать с тобой такое, что испанская инквизиция покажется тебе просто зажигательным ансамблем. А вот этой тушке ничего не будет - только твоя воняющая серой задница боится святой воды и святых образов. - Мне ничего не стоит свернуть этой ципе шею. - Дерзко бросила Архилла. - Тогда, малышка, я нарисую на потолке Хризму, и ты сгоришь заживо. Вот незадача, да? Я затушил окурок в пепельнице, и стянул с себя галстук. - Я могу многое тебе дать, - сексуальным голосом сказала она, развязав свой топ до конца, явив в неверном свете лампы предметы гордости своего сосуда. Я подошёл к ней, и она прильнула ко мне. Однако я был серьезно настроен сломать ей кайф, и разобраться в некоторых вопросах. И увы, без жести было не обойтись. Я схватил её за ворот, и вылил ей на лицо половину бутылки святой воды. Суккуб уже почти не сопротивлялась, ибо печать забирала ее силы. - Я так могу долго. - Зло сказал я. - Ты соблюдаешь целибат? - С усмешкой спросила она. - Или ты педик? Я задрал ее голову, и влил в рот остаток воды. О да, для нее начался настоящий ад. И не тот, что дом родной. - Я пока потерплю. - Сказал я, усаживаясь в кресло. - А ты наслаждайся, все для тебя. Сняв с руки Розарий, который я носил как браслет, я начал читать молитву на латыни. Да, демоны ее ненавидят. Скоро эта тварь пожалеет, что увязалась за мной. А сбежать ей не даст печать - в таком положении ее можно только изгнать. Под угрозы демоницы я перебирал бусины, читая на латыни и пытаясь вспомнить ее ранг. Суккуб она сильный, иначе бы не вертела мной вот так вот. Но и не очень сильный - иначе мы бы занялись этим самым хоть прямо там, в баре. Она определенно что-то знала. - Чего ты хочешь?! - Наконец выкрикнула Архилла. - Знать, что происходит. - Ты думаешь, что меня за это по головке погладят? - Я тебя тут тоже не ласкаю. Давай говори. Или ты хочешь водички? Наш разговор прервал стук в дверь. Гостей я не ждал. И стражи порядка лишены любезности - просто бы вынесли дверь. Я открыл ящик стола, и вынул серебряный кинжал, украшенный отлитым на рукояти небольшим Розарием из креста и десяти бусин. Хорошая штука, если на тебя нападает демон. Демоница заткнулась, и уставилась на кинжал в моей руке. Второй рукой я вынул пузырёк со святой водой, и зубами вырвал пробку. А тем временем в дверь постучали сильнее. - Кто там? - Спросил я, подойдя к косяку. - Это официант из "Логова", вы забыли кошелек. Я усмехнулся. Даже если так, то визитки моей там не было. - Ты ошибся адресом, дружище. - Ответил я. - Не был я у вас. - А я настаиваю! Я резко открыл дверь, и та толкнула упыря. Не теряя времени, я брызнул на него из пузырька. Раздался крик, и я увидел, как с головы официанта сползает кусок скальпа, превращаясь в пепел. От такой картины я слегка удивился, и потому решил повторить заказ, вылив весь пузырёк в лицо. Это был воплощённый демон. Да что происходит, вашу мать?! Удар кинжалом в сухожилие убавил прыти в демоне, а я, со знанием дела, воткнул клинок в плечевой сустав уродца. За его спиной раскрылись кожаные крылья, однако взмах кинжалом отсек одно из них, превратив орган в пепел. Коридор наполнили крики ещё большей боли и ужаса, а я затянул тварь, и бросил на ковёр. - Гиро! - Всхлипнула демоница. - Зачем?! Она подтянула к себе покалеченного упыря, и прижала его к себе. В ответ он накрыл её уцелевшим крылом. Я сорвал с его шеи подвеску, и отрезал перевернутый крест. - Ненавижу тебя! Урод! - Прорычала Архилла. - Только ты попадёшь в ад! - Бла-бла, - отозвался я, привязывая крест так, каким он должен быть. - У вас есть время подумать. Я положил светящийся Розарий в чашку, и залил его святой водой, читая молитву на латыни. Покалеченная тварь что-то пыталась сказать, но его подружка накрыла его обезображенную пасть ладонью. - Я закончил. - Ответил я. - Будем говорить? Гиро бессильно уронил крыло и заскрёб им по ковру, сжав свои острые зубы. Я подошёл к нему, и приставил к его горлу кинжал. Завоняло паленой серой. - Мы просто развлекаемся! И всё! - Ответила Архилла. Я провернул кинжал, и провел им плашмя, вызывая ожоги на демоне. - Предлагаю контракт. - Просипел он. - Наши жизни в обмен на информацию. - Это уже интересно. - Я убрал кинжал. - Излагай. - Нам нужны души. Мы их совращаем. Нам их нужно много, потому и нас много здесь. - Зачем вам столько? - Арм... - Продолжай. - Армагеддон. Нужны воины. Я отошёл от них, и закурил, глядя на хреновый вид из окна - глухая стена трансформатора с разбросанным рядом мусором. - Попадёшь ты к нам! - Зло Прошипела демоница. - И тебе хана! Сам захочешь стать таким как мы, лишь бы мы тебя не рвали веки вечные! - Это явно будете не вы. - Спокойно ответил я. - Вас дома самих на части разорвут. Я затушил окурок в пепельнице, и набрал воздуха. - Именем Иисуса Христа! Именем Бога Отца! Бога Святого Духа! Заклинаю тебя именем святых Апостолов Петра и Павла, и других Апостолов! Именем Святого Архангела Михаила! Покинь тела рабов Божьих, которые ты вероломно занял, дабы творить зло и совращать людей! Искоренись и беги, когда называем мы имя Господа, Своей Кровью искупившего наши грехи! Не смеешь более, змий проклятый, вести в ад души невинные, кровью Агнца искупленные! Именем Иисуса Христа, Именем Пресвятой Девы Марии, твою голову срубившую в день непорочного Своего зачатия! Изыди сатана! Беги обратно в ад до скончания века! Аминь! Над девушкой занялось зарево, словно над раскаленным асфальтом жарким летом, и она, издав усталый стон, свалилась без чувств. От покалеченного демона осталась лишь пригоршня серы. В аду этих ребят казнят так, то мои допросы покажется им ласками. Я подошёл к девушке, и потрогал пульс. Жива. Слава Богу... Положив ее на кровать, я накрыл её одеялом, а сам расположился в кресле, закурив очередную сигарету. А из динамиков смартфона всё ещё лилась "Ave, Maria!"