Роспись

— Зачем ты сделал это? Прикрывая лицо ладонью, Сону едва ли мог видеть, сдерживая яркую улыбку; на экране его телефона уже второй час идет их самое первое шоу. Неизвестная напасть, связанная с «раньше ты был милее» от Чонвона и активным согласием Рики, вынудила его пересмотреть то шоу на выживание. — Что? — Не ты, — Сону отмахивается от Сонхуна, что подсел ближе, — Джейк. — Но это я? Парень смотрит на экран, где на паузе он личной персоной; знает, что нужно подождать, пока Сону методично отмотает назад, чтобы показать нужный ему эпизод, но он просто не может не подколоть его. — А-а, — Сонхун заправляет волосы назад, и сразу же смотрит на Джейка, что идет к ним с кухни, — Это было круто тогда. Но я не знаю, зачем. Под смех, обсуждение и знакомые, но более молодые голоса появляются хёны; они выходят из комнаты, что прямо за диваном. Джей сразу же склоняется чтобы заглянуть в экран; привычно щурит глаза и отмахивается от волос Сону, что после душа торчат во все стороны. — Что там? Ещё до того, как Хисын, настойчиво надавливая на плечо Джея, сгибается над ним и почти касается подбородком макушки Сону, телефон оказывается отвернут от него куда-то в сторону. Переводя взгляд следом, он видит Джейка. Следит за ним внимательно, и даже немного зависает, пока тот стоит бревном и привычно улыбается. — Чего? Старший отпускает Джея, и зависает взглядом; его светло-розовые волосы все еще мокрые после душа и мешают ему заглянуть в экран телефона, что Сону наконец соизволил повернуть. Только он убирает свисающие пряди, экран телефона затухает. — Хочешь посмотреть? Хисын не кивает, но внимательно смотрит на Джейка. Первое время он просто игриво улыбается, а после, словно бы чувствуя что-то неладное, отворачивается. Его осветленные волосы в последнее время стали слишком длинными, и корни хорошо видно. Даже если в нем нет ни капли иностранной крови, он не похож на обычного корейца. — Почему нет? Джейк на вопрос Сонхуна машет руками, явно не желая что-то повторять. — О-о, — Сонхун сразу же откидывает голову назад, и в поддержку пару раз хлопает, — Джейк-и! Упомянутый ищет поддержки в замершей комнате, взгляд тянется от совсем безразличного Джея к Хисыну, что почему-то решил пойти против него. — Сделай это. Отвечает, не задумываясь; вдруг это стойка на руках? Или какой-то трюк. Быть может, эгьё, которое Джейк не делает вообще. С утра пораньше найти шутку такого уровня — почти легендарно. — Хён. Он не начинает, но и не заканчивает, когда сжимает края своей кофты в кулаках. — Ты знаешь, о чем говоришь? Пока Хисын, не особо понимая, в чем вообще вопрос, и с чего Джейк спросил его в таком тоне, он и сам становится легендарной шуткой. Шуткой, которая преследует его весь день. С каждой каплей чаша его терпения дрожит все сильнее, но не трескается до самого конца.

***

— Йоу бро, — Джейк тянется рукой к Хисыну, что уже занял самое дальнее место в большой машине, и при его поддержке падает на сиденье рядом, — Спасибо! — Не-ет, вам нельзя сидеть так, — Ники, что забирался следом, сразу же пихает Джейка, и садится между ним и Хисыном на задние сиденья, — Нельзя. Он весело хлопает по собственным коленям, пока Джейк что-то бесформенно произносит; Хисын, конечно, не воспринимает это всерьез. Только крутит в руках шнур от наушников, решив оставить странную игру младших. Если их игнорировать, то все пройдет само собой, правда же?

***

— Ты покажешь? Сонхун смотрит на Джейка, медленно притесняет его к стенке. — Нет, — парень на это смеётся, но теперь не спешит переодеваться в одежду для съёмки, — Это было давно. — Да ладно тебе. — Здесь Хисын-хен! Ники глаголит с другого угла гримёрки, и игриво заполняет место вокруг самого старшего. Не то, чтобы тот пытался подсмотреть, но не подслушать, когда вы буквально а одной комнате — почти невозможно. — Нет, нельзя этого допустить! Это уже чуть позже кричит Сону. Бежит через всю гримерку ради того, чтобы схватить Джейка за почти снятую кофту и оттащить за давно бесполезную в их группе ширму. Пока Сонхун смеется, заглядывая за неё, Хисын только чуть шире открывает глаза, пытаясь всем своим видом показать фальшивую заинтересованность. — Что вы делаете с ним? Какие-то потуги там, за ширмой, ничем не отличаются от их обычного времяпровождения. — Мы смотрим. — Ну я, к тому же, успел потрогать, — Сонхун стреляет руками как пистолетами, — В то время мы даже в душ ходили вместе. — Это было для шоу! 1

***

— Сделаем фото как Бомгю хён и Тэхен-и хён? Сонхун смотрит на Ники, что отвлекся от камеры, и что-то на ухо ему объясняет. В целом, они всегда себя так ведут, и ничего странного в их перешептываниях нет. Правда, когда к ним, как лучик солнца, приходит Джейк, атмосфера меняется. Конечно, он и подумать не мог, что через секунду после того, как Рики наведет на него камеру, его рубашку попытаются задрать вверх. — Эй! К его счастью, рубашка была заправлена, и не выскользнула до конца; Ники сразу же разочарованно вскрикнул из-за неудачного кадра. Чонвон, наблюдающий за этим, лишь тихо выдохнул. Иногда их неугомонное отношение к шуткам превосходит все его ожидания. — Что вы делаете? Лидер сейчас им совсем не авторитет, и попытки Сонхуна дернуть Джейка за рубашку становятся почти заевшей шуткой. — По крайней мере, мы можем сказать что это пародия на наших сонбе. Сонхун даже не поворачивается к Чонвону, пока не слышит цок каблуков. Появление старшего хена редко останавливает младших, но сейчас, когда тот уложил руки в карманы идеально выглаженных брюк и казался каким-то криминальным элементом — спасибо за это стилистам — все быстро замолкли. — Уважайте работу стилистов. Младшие сразу же оттащили свои руки друг от друга подальше и принялись поправлять свои костюмы. — Ничего, — Джейк спешно заправляет рубашку, надеясь, что она будет выглядеть так же, как и до этого, — I`m good. Неожиданное продолжение на английском не выдает в нем ничего особенного, и Хисын, в специально устроенной для съемки темноте, ничего не замечает. Только следит потом, как Ники старательно фотографирует Джейка. Дождаться момента, пока они закончат — нереально. Они тянут, и в какой-то момент вынужденная модель сдается, теряя лицо и настрой. Сказать заветное «пойдем» не удавалось до самого конца: у них в расписании только съемка, и Хисын был первым, кто закончил. Кажется, он даже забыл попрощаться с ребятами перед тем, как поехать в общежитие, так как сразу же спустился в машину. Впрочем, он планировал дождаться, пока смотрел сериал, но сейчас, когда на часах уже чуть больше девяти, необходимость в этом пропала сама собой. Аккуратно заправляя покрытые лаком волосы назад, он успел пожалеть о том, что не сходил в душ в компании. Вообще, это его огромная ошибка — ничего не носить с собой в компанию. Будь он как Джей, смог бы успеть принять душ там. Толчок, шорох металла, и дверь машины открывается; Хисын не сомневается в том, что это его мемберы. — Ждёшь Джейка? Чонвон заглядывает в машину, быстро пробегается взглядом и запахивает куртку плотнее; весной всё ещё бушует ветер. — Почему вы сегодня– Джей перебивает, не заглядывая в открытую дверь машины. — Мы поедем в студию, и– Сдавленный вздох — заслуга Чонвона, что толкнул его. — Прости, хён. Чонвон сразу же поворачивается к Хисыну, и кивает, надеясь, что этого достаточно. Не то, чтобы в их группе была строгая дедовщина, но что-то внутри подсказывало Чонвону, что лучше не лезть к мистеру Ли сегодня. Сону с его уклонами от ответа, Сонхун с шутками и просто неконтролируемым Ники успешно достали старшего хёна за этот день. — Ничего. Попасть под руку будет не особо приятно. — Где он? — смотря пару секунд на Чонвона, что уже отвлекся на что-то, Хисын все-таки сдается, — Джейк. — Джейк? Он вышел сразу после тебя. Я думал, вы вместе. Старший, думая об этом, пару секунд смотрит на свою куртку, но в итоге решает не выходить. На ветру не так приятно, как хотелось бы, и он точно привлечет лишнее внимание. — Хен, нас ждут. Мы поедем. Джей протягивает руку первым, чтобы попрощаться с Хисыном, а Чонвон только кивает и сразу же уходит куда-то вглубь парковки. Только их силуэты пропадают за высокими машинами, Хисын достает телефон и быстро печатает сообщение в групповой чат. «Кто дома» Не долго думая, он открывает чат с тем, кто всегда онлайн, но почти никогда не отвечает в группе. «Все дома?» «Ники» «Эй» Если он отправит сообщения подряд, то Ники обязательно отвлечется от своей игры чтобы ответить.

«Напиши Джейку»

Ожидаемый ответ не вызвал у Хисына ничего, кроме слабого раздражения.

***

Уже «дома» в общежитии, он оказывается после комендантского часа, но приезжает вместе с менеджером. Последний часто заглядывает к ним для того, чтобы проверить их готовность к расписанию. Все же, кучка хоть и уже порядком успешных подростков не отличались особенной ответственностью или памятью. Они привыкли, и сейчас, когда на часах почти одиннадцать, и мужчина накидывает на себя куртку, он задает вопрос, ответ на который Хисын тоже хотел бы знать. — У вас все хорошо? — М? Джейк выглядит обычно, когда поднимает брови и делает вид, что не понимает, о чем речь. — Мы не ссоримся. Старший отвечает скорее по привычке. — Младшие… Хотите сказать, они играют с вами? — О. Хисын не то, чтобы соглашается, но почему-то воспринимает это как утверждение. — Чонвон конечно лидер, но разве у вас нет забот как у старших? Хисын, — менеджер склоняет голову, чтобы посмотреть на него без очков, — Тебе нужно лучше следить за ними. Настроение Хисына, что в этот раз даже не смотрит ему в лицо, читается по градусу наклона головы и молчанию. Это чувствуется отчётливей, когда он поворачивается к Джейку а последний делает шаг назад.

***

*** — Что-то не так? Чонвон начинает первым; он ещё не до конца стянул с себя толстовку, и не разобрал сумку, но уже выглядел преуспевшем в неожиданном собрании, что закончилось примерно час назад. — Хисын хён отчитал нас. Сону ничего не таит, и только ближе жмется к Ники, что играет в игры на телефоне. На самом деле, он не может сосредоточиться на игре, но старается сделать незаинтересованный вид. Он и так знает, что сегодня они переборщили с шутками, а Чонвон, кажется, не в первый раз нарушает комендантский час, хоть и имеет при себе вескую причину. Все проблемы и недочеты обрушились на младших, пока лидер с одним из старших отсутствовал. — Мы должны извиниться. Сонхун, решив отбросить свой вечно отстраненный или излишне игривый взгляд на вещи, получает кивок от Рики. Парень, в самом деле, не любит получать критику в свой адрес; быть виноватым перед хеном, что старается сохранить его детство, совсем не хочется. — А где… — Джейк готовит рамён, — Сону сразу же комкует руки и прячет в своих скрещенных ногах, — Давай подойдем после. — А если Джейк получит за нас? — Нет, — Сонхун аккуратно вытирает слезинку после зевка, — Хен не станет.

***

— Приятного аппетита! Джейк подает тарелку рамена и палочки, расставляет закуски; ему совсем не сложно ходить от одного края кухни к другому. К тому же, Хисын спокойно сидит и ждет, не комментируя его действий. Впрочем, последнее едва тревожило Джейка — в момент, когда он варил вторую порцию для себя в маленькой раменоварке, он боялся того что ему придется молчать три минуты. Звук поедания лапши и тихий стук посуды прекращается куда быстрее нужного ему времени. — Попробуешь? Хисын даже не смотрит на него, но Джейку почему-то кажется, что это какой-то упрек. — Кушай, хён, — прилипая к столешнице, он следит за тем, как варится его порция, — Если не хочешь, я уберу. — Почему? Взгляды встречаются, и Джейк по привычке растягивает губы в каком-то оскале; он остановил свое желание искренне улыбнуться, но не справился. Даже когда Хисын тянется к нему, он ускользывает чуть в сторону. — Иди сюда. — Хён, я занят. Джейк всеми силами старается находиться подальше от рук Хисына. Пока тот сидит, это достаточно просто. — Ты плохо себя чувствуешь? Хисын спрашивает так, словно бы это что-то, что можно решить пластырем с динозавром и убеждением в том, что собачке — а в случае с Джейком, именно кошечке — больно, а ему — нет. — I'm good. — Тогда, ты понимаешь, что сегодня с утра грубишь мне. Неожиданное осознание маленькой проблемы с другой стороны становится для Джейка чем-то неожиданным; он не готовился к этому, и его мысли, погруженные в изучение других мемберов, в миг опустели. — Прости, — младший сразу же отходит от столешницы, и почти не думает перед тем, как сделать поклон, — Днем я думал, что ты пошутил, и весь день сегодня я не мог ничего сказать. Встречаясь с внимательным взглядом вновь. — Мы собирались не расстраивать друг друга. Я плохо справляюсь? — Я могу показать тебе? — он на момент поджимает губы, чтобы случайно ничего не перепутать, — Сейчас. Впрочем, сработало плохо, и он все перепутал. Телефон слишком далеко а Хисын, внимательно изучающий каждое его действие, не давал сделать и шагу назад. — Давай. В его голове рамен на столе и то, что он сделал тогда на видео, никогда не должно пересекаться. Не в одной комнате, как минимум. В любом случае, Джейк отходит от стола чтобы показать, и это точно сделает Хисына тираном в чужих глазах. Вне всяких сомнений, он должен послушаться совета менеджера, но когда он смотрит на Джейка, все внутри смешивается. Его образ — весь его внешний вид кажется наивным и слишком послушным. Пушистые светлые волосы, красные от острого соуса — зря он его пробовал — губы и полностью белый аутфит. Возможно из-за постоянных ассоциаций, что им навеяла компания, он правда воспринимает его как щенка? Глупого, но послушного. Иногда даже слишком. Откидываясь на стуле, он в самом деле ожидает чего-то фееричного или смешного. — Я жду тебя, Джейкю. Его взгляд, излишне уверенный и оценивающий — тот, что должен был стать какой-то пародией на Сондыка, что всегда оценивает их как звезд мирового уровня — совсем не подходит к атмосфере. Джейк самовольно задирает майку вверх, обнажая собственный живот — можно сказать, что это пресс — и слегка перебаршивает. Он держит майку так довольно долго, и с единственного доступного ракурса все было слишком хорошо видно. Светлая кожа, даже грудь — не вдаваясь в подробности, просто красивая — была обласкана второй рукой Джейка. Впрочем, если Джейк старался копировать себя на видео, то Хисын. Его голодному взгляду, приоткрытому рту и рукам, что в миг сжались в кулаки, оправданий нет. — Прости, — тот отпускает край майки, и неловко соединяет пальцы в замок, — Перед едой не стоит показывать что-то такое. Хисын делает паузу, пока отставляет палочки для еды, — Я правда не знал, о чем говорил. Джейк дотрагивается до лица большими пальцами, неловко разглаживая подбородок. — Я должен был показать видео? Хисын только сейчас, когда он увидел, вспомнил, что такое в самом деле было во время съемок Айленда. — Прости. Джейк не сразу понял, к чему извинения, но послушно подошел ближе, содействуя чужому жесту. Получив одобрительные похлопывания по спине от Хисына, то немного успокоился; больше не пытался сосчитать то, насколько равномерным должно быть его дыхание для того, чтобы не показаться слишком нервным или шумным, и принял неброское извинение. — Почему ты не сказал мне, что это было? Хисын обнимает его, аккуратно гладит по бокам, пока раменоварка не начинает тихо пищать. — Я думал ты знаешь! Отключая раменоварку, Джейк сразу же набирает себе порцию. — Ладно, –Хисын отодвигает соседний стул, и быстро передвигает его ближе к Джейку, — Теперь я знаю. Он лишь аккуратно хлопает по месту, а после гладит занявшего место Джейка по спине, словно бы пытаясь загладить свою вину таким простым жестом. Он не хотел его унизить своей просьбой показать. — Но ты все равно был грубым сегодня. Тебя задело это? Джейк на этом вопросе откладывает так и не смоченные бульоном палочки и отодвигает тарелку подальше. — Не говори так. В моменте, пока он пытается свести тему, чужие руки уже гладят его бедра. Привычно касаются ног, растирая, и Джейк неспешно встаёт с места. Его взгляд, вне всяких сомнений, направлен только в одну сторону. — Думаешь я не знаю, — старший не особо задумывается, когда задирает чужую майку вверх, — Что за нами следят? Джейк замирает, когда пытается всмотреться в дверной проем. Он с самого начала слышал то, как кто-то шел по лестнице, и сейчас у него не было никаких сомнений. — Тебе нужно иногда говорить нет, Джейк-и. Серьезное лицо Хисына было слишком странным — обычно именно он был тем, кто пытался незаметно свести их отношения в пятно случайностей или беззаветно выслушать, чтобы в будущем это не превратилось в недопонимание. — Может, — Хисын скользит по чужому телу раскрытой ладонью, забираясь под ткань майки, и мягко гладит, касается пальцами ребер, — Я оставлю здесь роспись? Растирая большим пальцем место где-то под ребрами, он давит, словно бы в самом деле выбирает подходящее место. Джейк чужое горячее прикосновение ощущает весьма односложно; он просто не может смотреть на Хисына, что вальяжно сидит на стуле. Его руки вынуждают все его тело разбиваться на молекулы, превращаясь то в кашу, то в камень. — Can I, love? Когда чужие руки смыкают его талию, он чувствует, как дрожат внутренности, и смотрит вниз, прямо на копну розовых волос. Горячий лоб Хисына касается его живота, пока руки аккуратно поправляют майку. Легкое прикосновение губ до его груди не должно быть таким возбуждающим; Джеюн чувствует, как ему тяжело сдержать свое дыхание. — You can't. — Why? — Нам нельзя. Он чувствует себя неловко, когда думает о том, что кто-то может видеть их. Джейк привык неловко целоваться в туалете и согревать машину по полчаса ради отмазки в виде давно забытого сериала, придуманного ими ради хоть какой-то личной жизни. Стоять посреди кухни в доме, общежитии, и чувствовать руки Хисына на себе — не редкость. Но обычно оно сопровождается уверенностью. Обычно они не так близко. Обычно у них все медленно до исступления и каждое слово фильтруется после. — Я люблю тебя.

***

— Это правильно, что– Джей замолкает, когда видит руку Чонвона перед глазами. — Это так мило, — Сону беззвучно хлопает в ладони, и так же, как и Джейк в паре метрах от него, касается волос Ники, — Может Хисын хотел признаться ему? — Я думаю они уже давно. Ники обнимает подушку, надеясь, что спрятавшись за ней он больше не будет видеть эту странную романтику. — Эй, а если это был разговор только к тебе? Джей тормозит застывшего Чонвона за плечо, и тот, как кукла, роняет телефон на диван.

«Жди в гостиной»