Боже упаси… Кто-нибудь, уберите их!

      Кейл лежал на кровати, сверля взглядом потолок. Что-то точно должно произойти, но что?..       Дверь открылась. Кинув взгляд на гостя, Кейл улыбнулся. Раон хозяйственно, по-своему мило, подошёл к нему, забрался на кровать и лёг подле него. Уткнувшись в его шею, дракон затих. — Человек… — вдруг позвал он его. — Что ты скрываешь? — О чём ты, малыш? — ласково спросил красноволосый, поглаживая ребёнка по голове. — Последние несколько ночей я не чувствовал твоего присутствия, но каждый раз ты был в комнате. А потом… просыпался в слезах. Что с тобой происходит? — ребёнок смотрел на него голубыми глазами, полными волнения и переживаний. — Прости, Раон. Я не хотел скрывать этого. Да и скрывать теперь нечего. — Значит, что-то было? — Да. — устало вздохнул Кейл, — Это прозвучит как бред сумасшедшего, но… — сделав паузу, графский сын закрыл глаза. — Я путешествую по мирам, чтобы спасать их. Моё тело останется здесь, но «душа выходит», и я отправляюсь в Великий Зал. Это такое место, где я получаю наставления и задания, как раз-таки по спасению миров.       Раон не проронил ни слова, обдумывая слова отца. Он сильнее обнял его шею, переворачиваясь на живот. Он тихо лежал. Вдруг Кейл почувствовал, как тонкие пальцы на его шее начинают дрожать. — Это… было опасно?.. — спросил Раон. — Да… Но теперь всё хорошо. Я завершил свою последнюю миссию. И теперь я самый обычный человек, и счастливый отец трёх прелестнейших ангелочков. — ласково говорил молодо граф, целуя своего сына в макушку. — Точно?.. — Точно. Я клянусь, более я не подвергну ни вас, ни себя опасности. — Кейл перевернулся на бок. — Устал за сегодня? Мы много ходили.       Раон лишь тихо промычал в знак согласия, и прижавшись к груди отца, тихо засопел. — «Каро, представляешь, у меня есть дети, два мальчика и одна девочка. Правда невероятно? Я хотел тебя познакомить с ними, когда ты вернёшься. Вот бы ты удивился, да? А дети… Дети бы обрадовались тебе, их дяде.» — в уголках глаз вновь скопилась сырость. Лёгким движением, чтобы не разбудить дракончика, Ким Рок Су вытер её. — «Ничего. Главное, что ты теперь свободен… Каро.»       Кейл закрыл глаза от усталости. Они правда много сегодня ходили, так ещё и встали рано. Несколько минут он пролежал, думая о своём друге, практически брате, и уснул, сам того не заметив.

***

      Трава приятно щекотала кожу. Ветер обдувал щёки, подымая длинные чёрные волосы вверх. Молодой путешественник лежал на краю горного обрыва, наслаждаясь тишиной и умиротворением местной флоры. — Эй! Придурок, опять отлыниваешь?! — послышался недовольный писклявый голос.       Юноша даже не удосужился открыть глаза, ведь прекрасно понимал, кто там кричит. Только один единственный человек называл его «придурок». — Ты глухой?! — раздалось в нескольких метрах от него. — Нет. Просто ты так и не научился общаться с людьми. — спокойно, без капли сарказма или злости ответил парень. — И как это, «общаться с людьми»? С уважением? Не смеши! Ты не твой брат, чтобы говорить на «вы». — фыркнул голос. Хруст травы. Гость сел рядом. — Я не говорю, чтобы ты говорил со мной на «вы». Можно и просто по-дружески. — С какого перепуга? Ты мой соперник! Мы никогда не станем друзьями! — возмущённо прокричал знакомый. — Какой же ты упрямый. — тяжело вздохнув, сказал Ким Рок Су.       Кажется, эти слова задели мальчишку. — А ты безалаберный! Любой может крутить тобой, как хочет, и ты ничего не поймёшь! — с кислотным презрением ответил голос. — Думаешь, меня это хоть как-то задело? — усмехнулся черноволосый парень. — Мне плевать! — парень сложил руки на груди. — Ладно. — сухо ответил кореец.       Знакомый демонстративно встал, обругав равнодушие своего собеседника.

***

      Проснувшись, Кейл посмотрел на часы. Без двадцати семь. Он договорился погулять с Чхве Ханом в восемь. Аккуратно пододвинув своё дитя, он встал с кровати и направился в ванную.       Огромное зеркало во весь рост встретило его сразу же. В нём он увидел высокого, заспанного человека, даже отдалённо не напоминающего о том потерянном мальчике, каким он был раньше.       Удивительно, но он даже ходил в школу при Совете. Поступали туда отнюдь не простые путешественники. Сам же Ким Рок Су поступил туда по рекомендации своего брата, на тот момент главного претендента на роль Бога.       Улыбка незаметно прокралась на его лицо. Были бы у него силы плакать, он бы заплакал навзрыд. Но не сейчас. Раон спит в соседней комнате, у него появится только больше вопросов к отцу. Вместо слёз, взгляд его приобрёл глубокую печаль утраты.

***

      Урок экстренного действия. Старый, но довольно подтянутый учитель, глава комитета Совета, Сато-Рэ, вёл свой урок. Кейл был в числе его немногочисленных любимчиков, хоть и не выделялся особыми способностями. Просто само существование этого парня казалось ему чем-то грандиозным. Он яро верил, что Кейл однажды станет Богом. — Тема нашего сегодняшнего урока не из простых. Записывайте: «Убить врага или друга.» — учитель сделал паузу, обернувшись к классу.       Дети выпучили на него свои светлые, полные энтузиазма глаза. Ким Рок Су не был исключением. О чём этот закалённый временем мужчина собирается рассказать им? — Записали? — спокойно спросил Сато-Рэ.       Дети принялись записывать. Сато был одним из самых требовательным и строгим учителей. Его авторитет никто не смел оспаривать. — И так. Для начала я спрошу вас. Если ваш друг, очень близкий друг, вступит на тёмную сторону, вы ликвидируете его или оставить в живых?       Ученики переглянулись между собой. Зачем им убивать своего друга? Это же преступление. — Нет. Я не убью его. — твёрдо высказался Каро, под удивлённые взгляды одноклассников. — Объясни. — коротко сказал мужчина, сцепляя руки в замок за спиной. — Потому что он мой друг. Он такой же человек, как и я. Тем более свод законов Совета запрещает насилие в сторону своих товарищей и невинных людей. — парировал мальчик. — Нет, он предатель! — вскрикнул Зак, — Мы должны уничтожать тех, кто пошёл против Совета, это наша работа! — Зак сверлил взглядом недовольного Каро, готовым сейчас же начать перепалку. — Но это неправильно… — как всегда, неуверенно начала Окая. — Да, он враг, но он также мой друг… Я могу попробовать переубедить его или хотя бы попрошу исчезнуть, чтобы другие не достали его. —       Окая самая добрая и отзывчивая из всех в классе. Такой ответ был очевиден. — Из всех предложений более правильный был у Окаи. У кого-нибудь есть ещё предложения? — учитель взглядом окинул класс. — Послушайте, это не экзамен, я приму любой ответ.       Кейл поднял голову, смотря на учителя. Он не понимал смысла этого вопроса. Разве не понятно, что здесь нет правильного ответа? — Правильного ответа нет. — сквозь нагнетающую тишину произнёс кореец.       Сато обратил на него внимание, хмыкнув. — Почему же? Объясни. — Убить человека — преступление, убить врага — подвиг. — спокойно ответил парень, прожигая своими угольно-чёрными глазами мужчину.       В этом и была та самая притягательная изюминка: равнодушие. По крайней мере Ким Рок Су казался таким. — Правильного решения нет. — продолжил он. — Да, Окая права, можно убедить товарища вернуться, но это будет маловероятно. Мы все знаем, какое наказание ждёт того, кто оступится. Если же он решил уйти, не доставляя тебе проблем, то это твой друг. Но если он напал на тебя, попытался убить, то это уже враг. Всё зависит от решения оппонента и других обстоятельств.       Вновь нагрянула удушающая тишина. Ребята поглядывали то на «младшего брата того самого путешественника», то на Сато-Рэ.       Неожиданно мужчина улыбнулся. Но эта улыбка не выражала радости, скорее грусть и печаль. — Ты прав, Ким Рок Су. Не всегда всё зависит от нас. Но в твоём ответе есть пробел, грубейшая ошибка, потому я не могу засчитать твой ответ. Подумай ещё.

***

      Так что же было правильным? Неужели вся суть в том, чтобы убить своего друга? Или ответ был в том, что ты бессилен? Не зависимо от того, насколько этот друг тебе дорог, ты обязан убить его? Скорее всего, да. — Какой же всё-таки вы жестокий, Сато-Рэ. — с ухмылкой говорил Кейл.

***

      Свидание проходило просто невероятно. Сначала романтический поход в кафе. Чхве Хан даже надел костюм, сделал укладку, купил цветы и конфеты. Настоящий романтик. И Кейл не отставал. Принарядился, уложил волосы, отбросил все надоедливые мысли в сторону.       Прогулка по вечернему парку, как же это прекрасно! Так и веет романтикой. Идти с любимым человеком, держась за руки и не обращая ни на кого внимания. Ким Рок Су увидел Хана с новой стороны, с такой далёкой, но чертовски приятной. — Где же весь твой романтизм прятался? — с улыбкой произнёс парень, когда они присели на скамейку. — Ну… Хех. Не знаю даже, до этого ничего такого мне в голову не приходило. Это ты так на меня повлиял. — Как мило. — пропел парень, кладя свою голову на крепкое плечо.       Ким Рок Су чувствовал, как на них кто-то настойчиво смотрел. Будто пытался разглядеть их. — Кей… Кхм, Ким Рок Су, куда пойдём дальше? — опять Чхве Хан пытался назвать его Кейлом.       У людей появлялось много вопросов, когда Чхве Хан называл его Кейлом. Поначалу было весело объяснять людям, что это прозвище, но потом это стало надоедать. Поэтому они договорились: называть его при людях Ким Рок Су. — М… Как думаешь, поблизости есть магазинчик со сладостями? Надо бы детям что-нибудь купить. — Да, есть неподалёку, к тому же он круглосуточный. — Отлично. — Кейл прикрыл глаза, радуясь этому прекрасному дню.       Кошмары его больше не доставали, дети были послушными, Альберу наконец переварил все события. Что может испортить этот день? — Ким Рок Су? Это ты? — послышался тонкий женский голос.       Открыв глаза, графский сын увидел перед собой невысокую брюнетку с ярко-зелёными глазами. Её взгляд показался ему знакомым. Он встречал её раньше? — Извините, мы знакомы? — недоуменно спросил он незнакомку.       Девушка ошарашено вылупилась на него, осматривая с ног до головы. — Я… удивлена. Думала, что ты станешь одним из Тридцати. — неуверенно сказала она. — Рок Су, это я, Окая. Неожиданная встреча… — Окая?! — красноволосый вскочил, будто ошпаренный. — Что ты здесь делаешь?..

Я на миссии.