Не садись пьяным за руль, пожалуйста

Ночь наступила уже три часа назад, а два неугомонных парня были уже пьяны. Изначально, планировались просто дружеские посиделки, но с каждым глотком полусладкого, эта идея всё дальше удалялась из разума Курседа. Хотелось остаться на ночь. Уснуть с открытыми окнами, уснуть приобняв Серёжу, уснуть с ним рядом. По идее, он тут из-за сообщения «бро, мне скучно, го выпьем вместе?», однако теперь он решил что им движет нечто иное. Видите ли, сидя в удобном сидении своего мустанга, ещё десять минут после того как он приехал, он успел сгруппировать чувства и воспоминания, которые метались по углам его сознания. Как они сидели в этой же машине, и молча смотрели на звёзды, или как пьяными танцевали на днюхе Ромы Мокривского, или же как Кир гордо вручил парню микрофон, со словами "на, подарок". Тёплые воспоминания грели душу, находя что-то лёгкое, мягкое, новое. И порывшись в своих чувствах получше, Кир смог пометить это чувство как "любовь". Тут же ему прилетел ментальный блок, с мыслями что «нет, так неправильно» и «это испортит нашу дружбу» и в конце концов: «какой же я еблан». Но иначе не объяснить тот факт что темноволосый заставляет его сердечко затрепетать в груди, как у замечтавшейся пятнадцатилетки. Он только вылез из машины более запутанный чем был до прихода к Серёже, и остановился на выборе ничего не рассказывать парню. Ибо это наверняка разрушит их дружбу. А гейскими шуточками он может питать себя и свои желания (однако не зашёл бы настолько далеко чтобы дрочить на лучшего друга). Схватив пакет с сиденья рядом, он взлетел на пятый этаж квартиры темноволосого, и уверенно надавил на звонок. На пороге появился Серёженька, милый как никогда.— Бро, я нам тут купил... – Курсед протянул пакет следя за парнем. — Да у меня есть... – Акума вытащил бутылку, рассматривая её. – Полусладкое? Ты типо романтик? — Там ещё мороженое... Для тебя. – Парень неожиданно для себя, тихо ответил. И улыбнулся на вопросительный взгляд Акумы. – Жарко же. — Лан, проходи. – Впустил к себе Серёжа. – Мне нужно было выпить с кем-то, поэтому ты вовремя. Так и протикали стрелки часов, до трёх ночи. Три ночи, время когда весь мир замирает, и засыпает. Кажется, не спят только они двое. В этой однокомнатной квартире, накрытые тёмным бархатом ночи. Кир стоит у окна, пустым взглядом вглядываясь в чёрное "ничего". Хотя скорее, он смотрит не на тусклые фонари, а на отражение Серёжи, который сидит, поджав одно колено, и сосредоточенно смотрит в телефон. А ещё очень даже мило кушает мороженое, от чего Курсед приравнивает его к котёнку. Делает глоток. С ним даже молчать хорошо. — Чё ты. – Курсед не замечает как Акума оказывается рядом с ним. – Ты уже минут двадцать молчишь. Кир некоторое время молчит, а после оборачивается на парня, опираясь о подоконник. — Скажи, а ты когда-нибудь целовался? – Он спрашивает, не ожидая подобного от себя. Да и хуй с ним, если честно. Раз они оба вхлам, то можно ведь просто спихнуть это на пьяный бред, верно? Акума поднимает на него глаза, непонятливо смотря, но куда-то мимо. — Я? Не. А чо? Парень со сплитом улыбается, придвигаясь. Его рука скользит по подоконнику. — А хочешь попробовать? – Он отставляет бутылку. На это Серёжа молчит встревоженно, то опуская, то поднимая свой невинно - непонятливый взгляд. Приоткрывает рот, собираясь дать ответ, но его прерывают чужие губы. Кир не ждёт ответа. Не ждёт пока его оттолкнут, а просто действует, поддавшись своим пьяным мыслям. Уж лучше он попробует эти вишнёвые губы на вкус, прежде чем ему могут отказать, верно? Поэтому он целует парня в чёрной футболке, и он в свою очередь хватается за его предплечье. Курсед медленно ползёт рукой дальше, приобнимая талию парня. Расцеловывает драгоценные губы, и сладкий вкус мороженого смешивается со вкусом полусладкого вина. Наконец он отстраняется, ожидая чего угодно. Но Серёжа молчит, опустив взгляд. Кир и сам готов психануть, и уйти отсюда, сесть в свой мустанг и исчезнуть отсюда. Или вообще разбиться на нём. Уж слишком пауза затянулась. — Ты забрал мой первый поцелуй. – Голос Акумы звучит слишком громко, в пустой кухне. Хоть он и тихий, и хоть тишина длилась долго. — Прости... – Впивается пальцами в волосы Курсед. – Я просто выпил, хаха, хотелось... Бро, давай забудем об этом, и похуй. Но взгляд Акумы остановил его поток слов. Немного ошарашенный, но пьяненький, и усталый слегка. — Я не пущу тебя за руль в таком состоянии. – Он смотрит исподлобья. И прежде чем Кир может ответить, дополняет: – Либо такси, либо ты у меня. Ты уже сам вхламину... Что это вообще значило, Кир? После затихает. И тогда тишина становится лишь громче. Лёгкие спирает, и он готов как псина, убежать поджав хвост. — Вызвать такси? Курсед медленно кивает, растерянно мечась глазами по углам, будто ища извинение почему он должен остаться. — Я деньги забыл. – Он глупо выпаливает, не подумав как сам же вручил мороженое парню. И понимает свой проёб. И Серёжа тоже понимает, медленно кивая головой. — Тогда, Кир. Что это было, ты ответишь мне? Парень мотает головой. — Не отвечу. – Выдавливает он. – Я недостаточно трезв чтобы ответить на этот вопрос... И нам стоит обсудить всё завтра, скорее всего. Акума молча кивает, вздыхая. А у самого ощущение будто бабочек наелся. Живых. Конечно, он спихивает это на то что алкоголь с мороженым, это не самая лучшая комбинация. Хотя может где-то, на подсознательном уровне понимает, что они друг от друга простым разговором не отделаются. Зевая, он проводит Курседа в спальню. В конце концов, это не первый раз когда они спят вместе. Да и... Честно, обоим не хватало тепла. Которое они получали друг от друга. Летний бриз дует в окно, разбавляя плотный летний воздух. Курсед тянется к чужой руке, переплетая их пальцы, и вздыхает, любуясь Акумкой в полудрёме. Улыбается. И шепчет тихое, неслышное: – Люблю.