Возрождение

"Пьяное небо творит чудеса Вглядись - оно смотрит, смотрит пьяными глазами на тебя..." Я виновата, знаю. В том, что смогла так просто выгнать её - в никуда, в опасность. Своими же руками. Хотя, вообще-то, я понимала: это - взрослый человек. Со своими амбициями, стремлением, свободой. Она вольна вести себя так, как хочет. - Лен, это бессмысленная погоня за непонятно кем! - шеф был не в том настроении. Впрочем, как обычно. Если он понимает, что дело, которое сейчас на нас висит, придется отложить в ящик да подальше потому, что раскрыть его просто не представляется возможным - он дико злится, бесится, орёт. - Может, она всё же появится в поле нашего зрения, - я попыталась ободрить его, но этого у меня сделать не получилось. Мы с коллегой перестали подшучивать над боссом, шутить даже друг над другом. И я невольно задумывалась, что он таки что-то подозревает. С вечера, когда Юля покинула мою квартиру, прошло полторы недели, примерно. И всё это время мне требовались все запасы моего артистизма, которого, вообще-то, от роду у меня никогда, казалось, не было - всё, чтобы не выдать: ДА, БЛЯДЬ, Я ПЕРЕЖИВАЮ! Я ВОЛНУЮСЬ О ТОМ, КАК ОНА ТАМ!!! СЛЫШИТЕ? ВОЛНУЮСЬ! - Ленк, ты что-то последнее время вообще сама не своя стала, - мой сотрудник точно что-то заподозривал, - Ходишь как приведение по офису, даже не здороваешься иногда. Глаза - стекло. О чем тоскуешь? Я повернулась к нему лицом. До этого же сидела, подперев щеку ладонью, и думала: как быть дальше? - Я просто переживаю... о людях. Его, похоже, ответ устроил: - Ну.. ладно. Да найдем мы её! В ответ на его "ободрение" все внутренние мои органы сжались и волосы поднялись дыбом. Даже на жопе. Честно. "Найдем" - это слово бы ободрило меня еще две недели назад, когда я её знать-то не знала, хотела, как все, найти и обезвредить. Просто, чтобы она не причиняла больше никому вреда. Что же мы сейчас имеем..? На этой ноте, убедившись, что я искренне улыбаюсь, сотрудник ушёл в свой кабинет, снова оставив меня наедине со всем, что меня так рвёт. Уже не первый день разрывает. Если её найдут раньше, чем это сделаю я? Если она уже... Хотя, будь она УЖЕ - никто бы дальше не соблюдал режим ЧП. По городу больше не ходили бы люди с ружьем, а по периметру бы не было забора из колючей проволоки. И больше никто бы так не боялся выходить из дома... *** "До сих пор не могут найти девушку-оборотня, прозванную так местными СМИ за необычный способ убивать людей..." "Девушка-оборотень по-прежнему не объявилась. Идут поисковые операции по городу Москва и пригородной части." "Если что-то знаете - пожалуйста, сообщите по телефону, который видите на экране телевизора..." Я щелкала один канал за другим. И думала только: где же ты, Юль? Почему не выходишь на связь? Хотя, у меня и номера-то нет. Ни мейл, ни телефона. Она - будто бы призрак, который при самых муторных поисках не будет обнаружен. Ни за что. Как бы кто ни искал - она не появится. В мою дверь позвонили. Затем снова. И снова. Так звонили, пока я не пришла в итоге в себя, сидящей в кресле с пультом, зажатым в ладони крепкой хваткой. - Привет, - передо мной стоял мой коллега по работе, - Не ждала так рано гостей. - А я вот, решил забежать, - он смотрел на меня, переминая с ноги на ногу, - Мне же по пути! Удивительно, как он всегда умудрялся появляться в подходящее время? Всегда, это стопроцентно, когда он так нужен. - Может, пригласишь меня войти? Я только после его "напоминания вскользь" вспомнила, что стоим-то мы всё это время на лестничной клетке. Да уж, гостеприимство - моё второе имя. - Проходи, конечно! Снова мы, сидя на моей кухне, пьем горячий кофе и обсуждаем что-то далёкое. От Юли, от всего, что творится там, за окнами моей квартиры. Погода, политические происшествия, новости последних дней из мира... всего. Только не Юли, её "творений" и поисков. Но я понимала: он не так просто же пришёл ко мне с утра. У всего есть причина. - Что случилось? Он вскинул бровью: - О чём ты? - Ну, ты же не так просто пришёл ко мне в половине одиннадцатого утра. - А, да. Я пришел, чтобы... В общем, Лен, я знаю, конечно, у каждого там свои секретики-тайнички, но ты не первый день уже сидишь на работе, думая при этом совершенно не о раскрытии дел. - С чего ты это решил? - Я - мент. Я - всевидящая сволочь! Признаться, но он хоть немного повеселил меня. Даже появилась улыбка на лице. За то время, что Юли нет - за две недели - я улыбаться разучилась совсем. - Так что у тебя там происходит? - Я не могу рассказать, Кость. Константин наигранно надувает щеки, показав, что "обиделся": - Могла бы и доверить мне свой большой-большой секрет! Я собираюсь с духом, готовясь всё выложить, как на духу. Но вовремя прикусываю слишком уж длинный язык. - Просто вспоминаю периодически о маме. Ничего более. Он понимающе кивает в ответ: - Ах, да. Но ты, если что, знай, что я здесь. Костя обнимает меня, буквально через пару секунд отстранившись. - Не хочешь прогуляться? В этот момент мне показалось, что его слегка пухлые щеки залились легоньким румянцем. Он, что, на свидание сейчас намекает? - Ты говоришь о свидании? - Ну, вероятнее всего, о нем я и говорю. Так, ты согласна? *** Вечером Костя ждал меня у входа в театр. Да, я ощущала себя школотой. Девочкой-семиклашкой, которую позвал мальчишка на свидание. И она теряется. Как вести себя? Что говорить? Как быть, если дело дойдет до поцелуя? А до секса? Нет, два последних пункта - лишние. Мы, пускай работаем вместе не один год и не два - так далеко друг друга еще изучить не успели. - Тебе должно понравиться представление, - вещал Константин, не отпуская мою руку, - Постановка обычных людей, с улицы, можно сказать! Я такое обожаю! Пока мы брели к своим местам в полутьме, я снова рассуждала, как там Юля. Жива ли? Где она может быть? И правильно ли поступаю я, что иду на свидание с коллегой? Последняя мысль тут же нарисовала мне недавнюю картину: Юля, вся помятая и в рваной одежде стоит напротив меня, оправдываясь, что ПРОСТО ГУЛЯЛА. Да. Просто. У неё всё всегда очень просто!