Вихревая энтропия

День у Олега Михайловича Брагина не задался с утра. Сначала его горячо любимая почти жена, Марина Владимировна Нарочинская, на протяжении пятнадцати минут читала ему нотации о вреде раскидывания носков по двухкомнатной квартире, в конце концов, гневно спросив: — Ну как ты считаешь, это вообще нормально?! — А я это… Не считаю. Я полагаюсь на эту… Как её… — Брагин почесал лысую черепушку. — На вихревую энтропию, во. — Что, прости? — Марина чуть кофе не подавилась. — Гении, Перочинская, говорю, господствуют над хаосом. — Собирайся иди, гений! — фыркнула женщина, закатив глаза. — А то на работу опоздаешь. Вихревая, блин, энтропия. Потом, едва придя на работу, пришлось тут же принимать пациента с травматической ампутацией и ещё целым букетом травм — «ушиб всего мужчины поездом», как сказал фельдшер «Скорой». Вечно в этой большой, но не резиновой Москве что-то случалось — то кто-то попадал под поезд, то выпадал из окна двенадцатого этажа, то попадал в аварии, то прыгал с моста на спор, не зная, конечно же, что внизу прячутся бетонные опоры… Операция была проведена и, кажется, даже успешно, а в приёмном отделения неотложной хирургии царил привычный хаос или, как теперь красиво и витиевато называл это лучший хирург всея Склифа, вихревая энтропия. — Нинуль, — обратился Брагин к регистратору, — родственников этого поездом ушибленного не было? — Не, Михалыч. Он вообще «сами мы не местные», судя по паспорту, — Дубровская потрясла перед носом друга зелёной книжечкой, которая, видимо, паспортом и была. — И вообще, после Ритки вечно тут такой хаос — хрен чё найдешь! Ногу-то сохранили? — Попытались. Посмотрим, как пойдёт. И не хаос, а вихревая энтропия! — если бы Брагин носил очки, он бы обязательно их сейчас поправил. — Чего-о-о-о? — протянула Нина, посмотрев на друга так, будто тот сказал, что Земля плоская и стоит на трёх китах. Но Олег ничего ей не ответил, направляясь в ординаторскую. Хотелось прилечь. Но на кровати как назло развалился Костик. На все попытки его согнать, он говорил, что ассистировал Ивану Николаевичу четыре часа и заслужил отдых. Где был сам Иван Николаевич, история умалчивала. Пришлось Брагину ютиться на заваленном вещами диване. — Это чё за вихревая энтропия?! — пробормотал он, пытаясь куда-то вытянуть ноги. — Чего вы там бормочете, Олег Михалыч? — спросил Лазарев. — Заклинание, оболтус, читаю, чтобы ты скорее с кровати встал! — буркнул Олег. — Старость, Лазарев, между прочим, надо уважать! — Ну вот когда состаритесь, тогда и обращайтесь! — отбрил Костя, потянувшись. — А это, между прочим, Нарочинская вещи в шкафчик не убрала! — У неё ж выходной сегодня, — почесал Брагин в затылке, узнавая в валяющихся вещах дублёнку, свитер и сумку Марины. — Ну она принеслась ураганом, вещи кинула, меня не заметила, переоделась и унеслась куда-то. Мужчина замахнулся на коллегу подушкой. — Да не подглядывал я, Олег Михалыч! Честно! — Костик с головой накрылся пледом. От прилёта мягкого снаряда его спасло только то, что в стекло постучала Нина: — Лазарев, ты мне обещал ножевое взять! Иди, приехало! Костя с тяжёлым вздохом поднялся — только ножевого ему сегодня ещё не хватало. Брагин же, убрав вещи Нарочинской в шкафчик, поспешил занять освободившуюся кровать — спина ныла будь здоров.

***

— О, Брагин, — довольная, как слон, Марина появилась в ординаторской. — Нинка сказала, там аварию везут — полный фарш. Поможешь? — Будто у меня выбор есть, — буркнул мужчина, садясь на кровати. — А чё ты тут делаешь-то? У тебя ж выходной. — Да пациент мой, после вчерашней тяжёлой операции, ну помнишь, я рассказывала, в себя пришёл. Вот и приехала посмотреть. — А вещи чего раскидала, в шкафчик не убрала? — А это, Брагин, эта… А, вихревая энтропия. Вот, — развела руками женщина. — Научил на свою голову, — закрыл Олег лицо руками. — Пошли уже, — потянула его за рукав халата Нарочинская, — привезли.

***

— Эт-то что такое? — у всегда сосредоточенной и сдержанной Марины глаза стали шесть на девять. — Транспозиция органов это, МаринВладимировна, — буркнул Брагин, прекрасно понимая, что нейрохирург (даром что блондинка) не глупая и ответ на свой вопрос и сама знает. — И тут вихревая энтропия! Ну реально день не задался! — Олег Михалыч, а что такое вихревая энтропия? — Таня чуть зажим на пациента не уронила от любопытства. — Лучше бы ты, Танюша, поинтересовалась, что такое транспозиция органов, — фыркнул Олег. — А вихревая энтропия — это… — Срач, — коротко и ёмко закончила Марина. — Брагин, не отвлекайся, пожалуйста!

***

Рабочий день подошёл к концу. Дубровская, которая была сегодня в ночь, всё ещё шуршала бумажками у себя на посту и тихонько бухтела себе под нос: — Отошла на полчаса в магазин! Опять всё перекопали! Никому ничего доверить нельзя! Вечно все срач разводят! — Не срач, рыба моя, а вихревую энтропию, — усмехнулся Брагин, оставляя в журнале подпись. — Марин, чего он весь день какими-то словами страшными ругается? — спросила Нина у расписавшейся следом Нарочинской. — Энтропию какую-то выдумал… — Не с той ноги встал, Нинуль, — буднично отметила Марина. — Не обращай внимания. — На него не обратишь, пожалуй, — фыркнула регистратор. — Его ж из любой точки видно из-за роста. И слышно, потому что орёт вечно. — Ну кто ж ему виноват, что он в детстве морковки переел? — фыркнула и нейрохирург. — А ничего, что я всё ещё тут стою? — надулся Брагин. — Рост им мой не нравится! И вообще, Перочинская, мы домой поедем сегодня? — Даже не знаю… Ты же опять срач устроишь… Ах да, прости, вихревую энтропию. — Олег Михалыч! — из коридора, ведущего к ординаторской, вылетел Лазарев. — Олег Михалыч! — вторил другу Салам, несущийся за ним. — Чего вы разорались-то? — осадил их Олег. — Всех пациентов перебудите сейчас, Нинка вам всыплет! Что случилось? — Да мы тут поспорили с Саламчиком, — пихнул друга локтем Костик, — по поводу диагноза Сидорова. Помощь нужна. Как считаете?.. — А я, Лазарев, не считаю, — сказал Олег. — Я полагаюсь на вихревую энтропию. — Я говорю тебе, Костя, что там другое! — пихнул друга в ответ Салам. — Марина Владимировна, вы тоже можете посмотреть. — Опять бардак в ординаторской развели небось, спорщики, — фыркнула Нарочинская. — Знаю я ваши споры. — Не бардак, а вихревую энтропию! — в один голос произнесли Брагин и Нина. Марина только глаза закатила. — Чего-о-о? — протянули парни. — Ничего, — буркнул Олег. — Рассказывайте уже, оболтусы, о чëм спорили! — Олег Михалыч, а что такое вихревая энтропия? — всë-таки полюбопытствовал Гафуров, пока Брагин рассматривал снимки. — А вихревая энтропия, Саламчик, это, если простым языком, то, как выражается кандидат медицинских наук, ведущий нейрохирург первого хирургического отделения НИИ имени Склифосовского Марина Владимировна Нарочинская, срач. Лазарев заржал. Марина снова закатила глаза.

***

Решение проблемы было найдено, и довольная молодёжь унеслась дежурить дальше, пообещав Брагину не прирезать этого несчастного Сидорова. — Наконец-то, домой! — подхватив под руку Марину, Олег кабанчиком понёсся к выходу. — Пока, Нинуль! Следи, чтобы эти оболтусы не баловались! — Пока, Нин, — едва успела бросить Нарочинская, перед тем, как за её спиной закрылась дверь. Её ответа она уже не услышала. — Свобода! — довольно выдохнул Брагин — его впереди ждали два выходных, один их которых ещё и совпадал с завтрашним выходным Нарочинской. — Ну ты поближе где не мог припарковаться? — пробухтела женщина, замечая свою «Камри» на другом конце двора. — Да тут не парковка, а вихревая энтропия какая-то! И вообще, на твоё место привычное Шейнман своё корыто воткнул. — Брагин, учти, если в машине такая же вихревая энтропия, как дома, я тебе голову откушу. И обратно пришивать не буду. — Злая ты, Марина Владимировна. — Угу, очень. И я тебе об этом сразу сказала. Только ты ж, как всегда, не услышал. Потому что в голове у тебя тоже вихревая энтропия. — Поехали домой уже, энтропия, — фыркнул Олег, пикая сигнализацией. — Завтра выходной, как раз, порядок и наведём. Что на ужин будем? Пельмени?