Помощник

Мидория нервно сжимает сумку. Огромное здание, принадлежащее, как оказалось, всего одному человеку, давит своим размером: ноги останавливаются в трёх метрах от входа, отказываясь идти дальше. На самом деле, его пугает не новороченная многоэтажка или сидящий в ней гениальный детектив. А мысль о том, для чего он здесь. После нападения на учеников в летнем лагере, ЮЭЙ серьёзно задумалась о своей безопасности. Утечка информации однозначно откуда-то происходила, но обострять ситуацию подозрениями было бы бесполезно. Потому самым логичным, по мнению Незу, было нанять третье лицо — детектива, что ни разу за всю карьеру не сделал промаха — Эла. Всемогущий мягко объяснил, что детектив попросил в помощь одного из студентов и выбрал его сам. Мидория смутился такому вниманию, но согласился, так как отказаться он наверняка не мог. И вот теперь… теперь он в шаге от того, чтобы перестать доверять ставшими близкими за это время людям. Очень важно обличить предателя, но почему именно он должен быть тем, кто разочаруется в друзьях? Мидория чуть не вскрикнул, когда кто-то положил ладонь на его плечо. Сначала он подумал, что это Шигараки, как тогда, в торговом центре. Но он ещё не рассыпался… к тому же, касание было очень тёплым. — Мидория Изуку? Голос оказался таким же. Спокойным. Мягким. Глаза напротив умиротворенно вглядывались в его лицо. — Д-да… привет. Мидория не испугался, но смутился. Парень достал из кармана карточку и протянул ему. — Твой пропуск. — С-спасибо. Он пропустил его вперёд. Тот провёл такой же картой по двери. — Идём. Мидория опешил его ссутулости и, как оказалось, голых ступней. На вопросы он, конечно, не осмелился, но парень решил заговорить сам. — Кстати, я Эл. Мидория вспыхнул. Он?! Серьёзно?! Они вышли из лифта и зашли в комнату с огромным экраном посередине. Эл сел на стул, подогнул ноги, пока Мидория думал, что ему делать. Эл включил экран, на котором засветился весь 1А класс. — Присаживайся рядом. На ватных ногах Мидория сел, страшась отводить взгляд от знакомых лиц. Видимо, фотография была сделана при поступлении: многие улыбались, но ещё не держались вместе так, как сейчас. — Эм… — Мидория задумался, как к нему обратится, — Эл-сан, вы… вы подозреваете только этот класс? — Можешь называть меня Рюдзаки, — сказал он, зажав большой палец губами, — Да, именно так. — Тогда… почему я здесь? Словно не услышав, Эл продолжил вглядываться в экран. — Это же очевидно, Мидория-кун, — после небольшой паузы произнёс он, — Вероятность того, что ты являешься предателем, меньше нуля. Потому я и попросил тебя помочь мне. — Хорошо. Что мне нужно сделать? Эл склонил голову, рассматривая некоторых. — У меня есть показания всех учеников, что тогда были в лагере и сражались против Лиги, но этого, к сожалению, мало. Мне бы не помешала информация о прошлом некоторых учеников. Мидория покраснел, сжав пальцами школьные брюки. — Эл…то есть, Рюдзаки-сан… вы просите меня расспросить этих людей об их прошлом? — Не всех. Некоторых можно отмести сразу. — В… в смысле? — Ватари, мог бы ты… — Хорошо, Эл. В комнату зашёл человек с тележкой, на которой находился поднос с чаем и чашками, а также тарелка с печеньем и коробка с кубиками сахара. — Спасибо, Ватари. Мужчина поклонился и вышел. — Итак, — взяв коробку сахара, он начал по кусочкам складывать башенку, — Во-первых, мы можем точно отмести тебя, Мидория-кун, так как ты являешься наследником причуды Всемогущего. «Как… как он об этом догадался?» — Мидория расширил глаза от удивления и едва не вскрикнул. — Значит, мои догадки подтвердились, — слегка улыбнулся Рюдзаки, на что Мидория покраснел и уставился в пол, — Тебе стоит лучше контролировать свои эмоции, Мидория-кун. Когда башенка из кубиков сахара начала падать, Рюдзаки подставил чашку чая. — Дальше, — он прислонил чашку к губам, — Мы однозначно можем вычеркнуть Кацуки Бакуго, так как вероятность, что он предатель — меньше одного процента. «Каччан, — выдохнул Мидория, взглянув на остальных, — Несмотря на твоё поведение, тебе можно доверять». — Также можно вычеркнуть Цуи Асуи, хотя здесь вероятность всё же может достигнуть одного процента. «Асуи? — представил лицо подруги Мидория, — Нет… нет, этого не может быть!» — Ч-что? Но почему? — Есть один факт, исходя из которого я строю всю свою логическую цепочку. У меня есть одно лишь это обстоятельство на данный момент, и ничего больше, — он снова прижал палец к губам, — Пока я не знаю прошлого всех остальных, а также все точные результаты ЮЭЙ, я могу лишь сужать круг, пока цепочка не замкнется. Мидория кивнул, печально выдохнув. — Значит… мне нужно найти что-то на Асуи? — Нет, не обязательно. Вероятность есть, но она пока меньше, чем у остальных. «Боюсь представить», — подумал Мидория. — Также, можешь не брать в расчёт Урараку Очако и Такоями Фумикаге, — он прищурился, — И Тодороки Шо… Хотя… нет, не будем его пока исключать. «Тодороки-кун? Нет!» — Это точно не Тодороки-кун, — с пылу произнёс Мидория и сразу же остыл, когда Эл перевёл на него скептический взгляд, — Я… думаю, это не он. Рюдзаки склонил голову. — Если ты так думаешь, пожалуй, можно исключить и Тодороки Шото, — он вернулся к своей чашке чая, — Спасибо за помощь, Мидория-кун… кстати, не мог бы ты завтра принести кассеты с экзамена, которые я просил у директора Незу? Тебе нужно их лишь принести. — Х-хорошо. *** Мидория несмело провел карточкой по двери и, зайдя внутрь, оглянулся. Непривычная тишина огромного здания окутала дискомфортом: он поспешил к лифту, после чего задумался: а на каком этаже они вчера были? «Кажется, 14», — подумал он и нажал на соответствующую кнопку. Двери лифта открылись в нужном месте — он снова оказался в комнате с большим экраном. — Здравствуй, Мидория-кун, — Рюдзаки сидел там же, поджав ноги, — Можешь, пожалуйста, дать мне запись с испытания Урараки Очако? Мидория нахмурился и сел рядом. — Да… но разве с неё не сняты подозрения? — Дело не совсем в ней, — спокойно ответил он, вставив запись в дисковод, — А в том, кто был с ней. Включив запись с экзамена, они увидели Аояму и Урараку, которые, держась за перила, готовы были попасть в ловушку Тринадцатой. — А звук? — спросил Рюдзаки, всё также прижимая палец к губам, — Звука нет? Мидория пожал плечами. — Что же, — сказал он, когда Урарака, прижав ладони к щекам, полетела прямо к Тринадцатому, — Всё и так понятно. — Ч-что? В смысле?.. — Мидория-кун, можешь мне что-нибудь рассказать о нём? — Рюдзаки указал пальцем на блондина. — Ну… эм… — Мидория задумался, — Аояма наполовину француз, любит быть в центре внимания и часто повторяет, что он ярко сверкает… — Сверкает… — повторил Эл, — Ясно. Спасибо, Мидория-кун, — он доел печенье, что держал в руке. — Эм… это всё? Вы… думаете, что это Аояма? — удивился Мидория и перевел взгляд на экран. — Да, — пожал он плечами, — Я более чем уверен. — Н-но… почему? Эл бросил в чай несколько кубиков сахара. — Злодеи знали то, что учителя знать просто не могли, а сама Урарака-сан, похоже, узнала об этом только сейчас, — Рюдзаки повернулся к нему, — О том, к кому она испытывает романтический интерес. Мидория вспыхнул. — Но… разве можно выстраивать такое обвинение на одном только факте? — Нельзя, — согласился Рюдзаки, — Но я думаю, можно будет увериться в этом после его признания. Мидория снова перевёл взгляд на одноклассника. Нет, это кажется невозможным. Этого просто не может быть, потому что… Разве это может быть Аояма? — Знаешь, почему я выбрал тебя в свои помощники, Мидория-кун? — спросил вдруг Рюдзаки, сделав глоток чая. — Ч-что? П-почему? — спросил Мидория, отвлёкшись на на его голос. — Я наблюдал за тобой на фестивале, и мне понравился ход твоих мыслей. Правда, это не основная причина. Мидория наклонил голову набок, когда Эл перевёл на него взгляд. — Мне просто нравится, как ты краснеешь, — спокойно изрёк Рюдзаки. Деку закрыл лицо руками и покраснел, хотя просил себя этого не делать. Эл слегка улыбнулся. — Если хочешь, можешь приходить ко мне в любое время или стажироваться у меня, — он взял конфету из вазы, — Буду рад видеть тебя в любое время. — С-спасибо, — смутился Мидория.