Чон-Болат Чонгук по средам

      Тэхен — синоним слова неприятность. Он постоянно во что-то влезает, находит неприятности там, где их и в помине быть не может. Каждый раз планеты становятся определенным образом в ряд, находят свой асцендент, входят в контакт с солнцем, а звезды взрываются в том самом особенном порядке. А страдает омега и его многострадальная пятая точка.       Как сегодня.       Тэхен дышит часто, лихорадочно старается придумать выход из ситуации. Потому что прямо по направлению к нему идет бывший. Тот самый бывший, с которым расставание получилось тяжелым, а сам мужчина стал самым мудацким мудаком, перед которым хочется казаться как нельзя лучше. Предстать в самом лучшем свете. А парень сейчас совершенно один ходит по магазинам и устраивает себе праздник желудка, очередной раз сорвавшись с диеты. И, естественно, в этом нет ничего такого, но омега может с легкостью устроить конец света из-за грязной головы и растянутой футболки.       Но его заметили, и путей отступления больше нет.       Почти.       Тэхен по природе своей не имеет комплексов. Совершенно никаких, поэтому ему приходит в голову гениальная идея схватить проходящего мимо высокого альфу и крепко обнять. Хорошо, что бывший Тэхена — Чонхек — поймал его не в магазине, где подобный маневр провернуть гораздо труднее. Но сейчас не в этом суть.       — Я умоляю, обними меня за талию прямо сейчас и мило улыбайся, — Тэхен горячо шепчет прямо в чужое ухо, отстраняясь чуть и заглядывая в глаза. И ох, стоящий перед ним мужчина красив просто до невероятного: большие глаза, правильные черты лица, а взгляд… Ох…       — А-       — Прости, но уже поздно, — омега невинно глазами хлопает, а после резко поворачивается к подошедшему Чонхеку, натягивая на лицо улыбку очаровательную. И даже не замечает странного взгляда незнакомца — не исключено, что раздраженного. — Чонхек, привет. Не ожидал тебя тут увидеть.       — Привет, Тэхен, — альфа улыбается и удивленно поднимает взгляд на стоящего рядом. — Ой, вы же…       — Мой жених, — Тэхен обнимает руку альфы и улыбается еще шире.       — Жених? — удивлен не только Чонхек, но и высокий альфа.       — Ким Чонхек.       — Чон-Болат Чонгук. Приятно познакомиться.       Тэхен издает тихий писк. Потому что даже ему, живущему в своем маленьком закрытом мирке, знакомы это имя и фамилия. Чон Чонгук — один из самых популярных, успешных и влиятельных людей в архитектурном бизнесе. Омега учится на этом направлении, поэтому знает.       И осознает, как сильно вляпался, только сейчас, когда слышит звук сделанного снимка совсем рядом.

***

      После того дня вся жизнь Тэхена идет наперекосяк. Не сказать, что до этого она выбирала какую-то ровную дорожку, но сейчас змейка стала отчетливее. Только бы в свой хвост не врезаться. Каждое утро парня, который, как добропорядочный студент, идет на пары, встречают несколько папарацци, задающие один и тот же вопрос изо дня в день: «А где господин Чон-Болат? Когда он выйдет?»       Это крайне напрягает непривыкшего к вниманию со стороны парня.       А вот имеющиеся в телефоне цифры номера своего «нового парня» — нисколько. Тэхен искренне поражается тому, как на него не накричали после выхода разоблачающей статьи о том, что у самого завидного холостяка страны есть жених. Чонгук поступил как Золушка из пресловутой сказки — исчез после двенадцати.       Позвонить или не позвонить.       Вот в чем вопрос.       Ну и в папарацци, которых можно сделать прекрасным предлогом для встречи. Ну или взволнованных родителях, что обеспокоены помолвкой своего единственного сына. Нельзя сказать, что они в действительности были взволнованы тем, что у Тэхена так неожиданно появился жених — вспомнить слова о том, что жизнь парня — одно сплошное недоразумение, и все становится на свои места, — скорее они не ожидали такого поворота событий. Просто позвонили после выхода статьи и спросили, что за ерунда происходит. Омега ничего не стал скрывать, сказал как есть, мол ничего не знаю, сам только глаза открыл.              На том и порешили.              Тэхен неторопливо складывает готовый чертеж в папку и откидывается на спинку стула. С одной стороны, просто восхитительно осознавать то, что работа над дипломным проектом закончена — даже не за последний день до сдачи! — но с другой… Теперь все мысли парня будет занимать высокий темноволосый альфа, с глазами цвета звездного неба, прекрасное лицо которого красуется почти на каждом билборде страны.              — Какими очередными мыслями ты успел себя накрутить? — голос друга раздается позади, и Тэхен со свойственной только ему улыбкой оборачивается. Хотелось бы сказать, что едва себя сдерживает, чтобы не кинуться на подошедшего альфу с объятиями.              Но это откровенная ложь.              Поэтому Чимин едва успевает схватить омегу под руки, чтобы тот не упал на него совсем уж тушей.              — Я страдаю от неразделенной любви! — горестно выдыхает Тэхен, прикладывая ладонь ко лбу, когда парень возвращает его, конечно, не с небес, но на землю точно.              — Мне кажется, что от скуки и нерешительности, — Чимин опирается бедром о чужой стол и окидывает друга вполне приличным взглядом. — Но выглядишь ты слишком хорошо для того, чтобы страдать от неразделенной любви к какому-то чудику, когда твой жених — Чон-Болат.              — А кто тебе сказал, что я не по нему страдаю? — омега заламывает пальцы и делает самое невинное выражение лица, на которое только способен.              — Например, то, что ты все еще его жених даже спустя две недели после того случая.              — Разве мне это должно дать какую-то надежду? — Тэхен не такой наивный, каким периодически кажется, скорее — хитрый. Просто вынуждает сказать Чимина то, о чем хочет услышать не в своей голове, а от кого-то другого.              — Конечно, я не говорю о великой, чистой и невинной любви — ты точно мечтаешь о том, чтобы тот «секси мужик» поимел тебя в самых грязных и неприличных позах, — но о какой-то симпатии точно. Да и каким-то пиар ходом тут даже и не пахнет. Не обижайся, но кроме самого себя тебе предложить нечего.              — Всего меня — это мало? — обиженно надувает губы омега и складывает руки на груди. Хотя прекрасно понимает, о чем друг говорит.              — Для таких богатых кошельков — вполне себе.              На удивление, парня такой ответ вполне себе устраивает. Причем настолько, что он меняет тему разговора, поднимая папку с дипломной работой, и торжественно демонстрирует ее альфе. А в голове уже созревает план-капкан по завоеванию сердца одного именитого архитектора.       Чон-Болат Чонгук живет по режиму. Его день расписан по часам, рацион определен на несколько месяцев вперед без повторений, а личный тренер привык к тому, что каждый день в определенное время у них состоится тренировка. Потому что каждый раз, когда альфа решается на какой-то поступок, выходящий за рамки своего плана, происходят очень странные вещи. Хорошим тому примером является лежащая перед глазами газета с фотографией того паренька, которого мужчина самолично обнимает за талию.              Почему Чонгук не опроверг слухи и оставил пареньку номер телефона?              Вопрос, ответа на который не знает даже он сам. Но периодически задает перед сном, думая, что за неделю хоть капельку продвинулся в его суть. Тот омега показался ему довольно милым, однако начинать свои отношения с помолвки — странно. Другое дело, если нужно было заставить ревновать бывшую пассию, которая решила выйти замуж после разрыва с ним… Тоже, конечно, не очень логично, но хотя бы есть оправдание.              А тут.              Еще и Тэхен не звонит. Именно этот факт больше всего огорчает, заставляя подолгу смотреть в окно под очень грустную музыку и искать смысл жизни в потекшем от воды отражении самого себя.              Но не в этот вечер.              По вечерам могут звонить только два типа людей: те, звонок от которых ты очень ждешь, и те, которые могли бы подождать до утра, но слишком большие засранцы, чтобы действительно подождать. Поэтому Чонгук с легкой грустью смотрит в сторону телефона, на дисплее которого высвечивается незнакомый номер. Вот только когда в трубке слышится приятный низкий бархатный голос, альфа подрывается с дивана, не зная, куда себя деть.              — Чонгук-хен?              — Да, это я. Чем могу быть полезен? — альфа очень надеется, что его голос не дрожит.              — Это Тэхен… Если вы помните такого, — отчетливое разочарование в чужом голосе.              — Конечно я тебя помню! — которое Чонгук как можно быстрее старается развеять. Потому что негоже такому красивому омеге расстраиваться из-за того, чего не может и в помине быть. Забыть Тэхена? Как такое вообще возможно?! — Прости, я немного удивился твоему звонку. Что-то случилось?              — Да, — омега делает драматическую паузу перед тем, как продолжить. — Дело в том, что папарацци перед моим домом…              — Не хочешь переехать в мой? — вопрос срывается с губ быстрее, чем Чонгук успевает его обдумать, из-за чего пауза с обеих сторон становится слишком продолжительной.              — Прости, я, наверное, тебя не расслышал. Ты только что предложил мне переехать к тебе домой? — Тэхен удивлен настолько, что сказать это получается у него как минимум с третьего раза.              — Нет, я просто, — у альфы тоже есть множество тузов в рукаве и предлогов, которыми можно сейчас воспользоваться. — Просто у прессы могут возникнуть вопросы, почему мы не живем вместе. Вот я и подумал, что это хорошее рациональное решение.              Вот бы еще и самому в эту отмазку поверить.              — Я не против, но сперва нужно познакомиться поближе или хотя бы немного пообщаться, да и мои родители волнуются, — Тэхен говорит неторопливо, словно бы каждое слово обдумывает. — И мой друг за меня волнуется.              — Тогда, может, ты согласишься сходить со мной на свидание?       

***

      Если бы кто-то сказал Тэхену, что Чон-Болат Чонгук, владелец одной из самых больших архитектурных компаний, один из самых завидных холостяков Кореи, в общении с омегами окажется настолько стеснительным… Парень ни в жизни бы не поверил.              Но после того, как Чонгук четыре раза запнулся в очевидно отрепетированной заранее приветственной речи, едва не упал, когда садился на свое место за небольшим столиком… Тэхен искренне начинает в это верить. И умиляться периодически, потому что не может сдержаться.              Отдать должное, но галантности этого молодого — ну или почти — альфы можно только позавидовать. На первом, настоящем в жизни Тэхена, свидании было все, чего может пожелать омега: красивый букет цветов, поцелуй в руку, ресторан с невероятно красивым видом на море, статный альфа, который старается понравиться, и долгие разговоры об интересах, неожиданно друг с другом совпадающих. Чонгук даже старался шутить, когда переставал смущаться. Получалось невероятно мило.              Сердце омеги трепетало, в животе сходили с ума бабочки, а дыхание периодически сбивалось с привычного размеренного ритма, стоило альфе стать немного ближе или наклониться, чтобы что-то сказать.              Одним словом — сказка. Почти даже любовь с первого взгляда получается.              На том и порешили.              Даже жить вместе начали. Правда, перед этим пришлось просить благословения у родителей Тэхена, которые люди с довольно странными взглядами на жизнь и будущий брак своего сына.              — За контрацепцию будешь отвечать ты, как альфа. Сделаешь моему любимому и единственному сыну ребенка в ближайшие десять лет — будешь похоронен на нашем семейном кладбище, — с серьезным лицом заявил папа Тэхена, довольно милый невысокий омега с приятной, но скорее даже красивой внешностью.              — Ты готовь нашему мальчику покушать, а то он совсем себе желудок всякой этой дрянью, которая у молодежи сейчас модна, испортит. Конечно, когда-нибудь он научится готовить и будет тебя радовать, но… просто наберись терпения, — Чонгук кивает, пожимая жилистую руку отца своего почти псевдо-жениха, но точно настоящего парня, который попросил называть его ласково «папа».              — Эй! Я, между прочим, все еще здесь! И я не так безнадежен, как вы говорите. Только и издеваться над бедным мной можете, — Тэхен отворачивается в другую от семьи сторону, делая вид, что вытирает крокодильи слезы.              — Душа моя, не принимай все так близко к сердцу, — вместо того, чтобы разжалобить родителей, омега заставляет волноваться своего Чонгука, который уже крепко обнимает за плечи и целует в заднюю часть шеи. Прекрасно зная, что после такого Тэхен не способен злиться.              Он в принципе ни на что не способен, потому что первая голова отключается и на максимум включается вторая.              — Ты не так плохо готовишь, а дети нам еще и правда сейчас не нужны.              — Ты не хочешь их от меня? — Тэхен делает щенячьи глазки, прекрасно зная, что противостоять им может только Чимин, который видел, как омега в грязном памперсе по двору бегал. Только это воспоминание и спасает — в нем у Тэхена такой же взгляд. Чонгук еще не привык, а может, просто не хочет отказывать.              Еще посмотрим.              — Конечно хочу. Как и показать тебе мир, ни на кого другого не отвлекаясь. Может, после тридцати поговорим об этом?              — А лучше тридцати пяти, — поддакивает стоящий позади старший омега семьи Ким.       Семейный быт не сразу устроился как нужно.              Было сложно приспособиться к чистоплотному Чонгуку, который жил почти в пустой из-за своей минималистичности квартире Тэхену, которому нравились яркие странные предметы декора, пестрые вещи и просто забавные украшения для дома. Самое забавное, что в одежде и его внешнем виде это никак не проявлялось. Чудеса, да и только.              Компромисс нашли. Теперь, правда, у квартиры совершенно нет стилистики, зато теперь она целиком и полностью наполнена домашним уютом.              Пара подолгу вечерами любит удобно устроиться на диване: Чонгук на нем, а Тэхен на Чонгуке, — смотреть какой-то фильм, употребляя при этом чудовищно калорийную, но вкусную, еду. И разговаривать, о чем придется, а иногда и просто молчать. И целоваться. Очень долго и много целоваться. Даже в перерывах между словами во время разговоров.              Тэхен просто очень тактильный и любвеобильный и Чонгук, на удивление, тоже.              Готовить Тэхен все же научился. Правда все равно ему больше нравится смотреть на то, как его парень, жених, а в последующем и муж, занимается разделкой овощей, мяса, фруктов… чего — не суть важно. Каждый раз это выглядит горячо и сексуально. Сексуальнее этого только представлять, что для омеги персонально готовит его же босс. Такой холодный в офисе и такой котенок дома. Тэхен действительно с ума от такого сходит.              Но не жалуется. Только слюнки глотает, расслабляется и наслаждается.