Bubblegum Bitch

      Мама с невозмутимым видом красила губы ядерно-красным, когда Серафима ввалилась домой и с порога ногой отправила новенький модненький рюкзачок с кошечкой в свободный полет. Новая коллекция, супермодная хрень — Симе в таком настроении, на самом деле, глубоко плевать на то, сколько денег мать отвалила за это барахло, с которым она в лучшем случае разок появится на фото к посту в инстаграм. Да и настроение было гаденькое, хотелось вывести госпожу продюсера на ссору, но та и бровью не повела на грохот. И красная помада ложилась на губы великолепно.       — Как добралась? — внезапно решила поинтересоваться мама. В безобидном, казалось бы, вопросе Серафиме навязчиво чудилось невысказанное «Тебя что, никто не вывез в лес? Я недовольна». Прецедентов, кстати, не было. Разве что она сама лет в четырнадцать пыталась сбежать из дома, решив, что будущее в роли исполнителя материнских нереализованных мечт не для нее, но ее быстро нашли по какой-то там отслеживающей программе в телефоне. Побоялась выкинуть новенький смартфончик.       — Стас привез, — бросила Сима, заглядывая в холодильник. Один плюс — о доставках мама никогда не забывала, и сегодня на ужин были роллы. О том, что уже около дома Сима закатила истерику и клялась, что готова хоть всех трех Костюшкиных-младших развлекать, чтобы только Стас разрешил сегодня потусить у них, она упоминать не стала. Тем более, все равно слился — у этого энерджайзера после съемок еще корпоратив, а пацаны сегодня по матерям, — но сердце Симы было разбито.       — А съемки как? — продолжила мама. На самом деле, на ее месте любая другая женщина, узнав о слишком близкой дружбе своей двадцатитрехлетней дочери с пятидесятилетним дядькой, уже давно забила бы тревогу, но Елена Снежина была женщиной совершенно особенной. В плохом смысле.       — Заработала себе первого врага. Выступила неплохо. Все, как ты хотела.       При мыслях об Анкудиновой Серафиму снова передернуло. Ну, зато один плюс — она уже определилась, кому будет ставить двойки, потому что всех остальных Сима любила, а Анкудинова может и выкусить. Серафима всегда принципиально отрицала эту избитую фразу про то, что первое впечатление может оказаться обманчивым — нихрена подобного. Хотя, ладно, себя Снежина считала особым случаем — бывали такие люди, перед которыми со временем ей искренне хотелось быть милой. Стас вот, например. Или Карина. Толя.       — О, великолепно. Думаю, это шоу отлично поспособствует твоей карьере, — проворковала мама, собирая косметичку и вставая. Только сейчас Сима обратила внимание на короткое блестящее платье на ней. Неплохо сидит, кстати. — Я отъеду кое-куда, буду поздно, не скучай!       — Только давай без нового мужика, — хмыкнув, попросила Серафима, но мама ее уже не услышала, выпорхнув из квартиры на поиски нового потенциального папочки. Оставалось только надеяться, что ее «кое-куда» — это не Костюшкинский корпоратив. С мамиными аппетитами у Симы был вполне резонный повод начать ревновать и переживать.       На самом деле, такой матери можно было даже позавидовать. Вкладывалась она в Серафиму по максимуму, сначала сделав ее звездой тик-тока, а потом и чуть более серьезной певичкой. В материальном плане Сима ни в чем не нуждалась. Ее не контролировали в обычной жизни, разве что требовали отыгрывать образ сладкой Васаби. Ну, задалбывали иногда тем, что нужно съездить на такое-то интервью, на этот день рождения, на мероприятие, но это терпимо. Только вот… Сима настолько глубоко задолбалась, что каждый день своей карьеры в последнее время давила приступ тошноты и старалась никого не послать.       А сначала-то было классно! До «Маски», во время нее, сразу после у Симы горели глаза. Она буквально летала от постоянного вдохновения, но… со временем тьма внутри разрасталась все сильнее, а милая девочка Сима становилась только хорошо отыгрываемой ролью. До «ШоуМаскГоОн» Сима редко была искренней, но сегодня… какие же они все замечательные!       Чертыхнувшись на себя из-за секундного приступа нежности к людям, которые за такой короткий промежуток времени успели стать для нее ближе и дороже, чем родная мать, Серафима наскоро избавилась от дорогущего платья и переоделась в менее дорогущий, но гораздо более удобный домашний костюм. Нет, правда, объективно маме можно и нужно было бы сказать спасибо, потому что, банально, без нее Сима хрен оказалась бы на «Маске». Но… одно дело — это когда из тебя лепят звезду от большой любви к тебе, а совсем другое — когда хотят реализовать свои старые мечты, купаться в роскоши и деньгах. У самой в свое время не получилось, зато потом повезло — родила миловидную сладкоголосую куколку. Единственное, наверное, за что мать была благодарна отцу Симы.       Переодевшись, Серафима плюхнулась на кровать и тут же полезла в социальные сети. В тик-ток полетел ролик, где они с Кариной после съемок дрыгались под «Богемскую рапсодию», оригинальную версию, а не которую сегодня исполняла Юля Паршута. Совсем банальная подпись «Снимаем кое-что» вызвала неожиданно много комментариев и усмешку у Симы — ну, пора раскачивать фан-базу! В инстаграм же полетела около эротичная фотка в сегодняшнем платье, этакая Лолита на современный лад.       «если @stas_kostyushkin_official не лайкнет первым, у нас развод 👹👺», — приписала Сима перед тем, как выложить. Вопреки ее ожиданиям, реакция последовала буквально в ту же секунду.       «upd: @stas_kostyushkin_official молодец 😚❤», — тут же дополнила Серафима, уже заранее предвкушая пару сотен статей с кликбейтными заголовками на тему молодой любовницы Костюшкина. Хоть какой-то повод для веселья! Как-то раз они с Мартином, старшеньким отпрыском Стаса, долго ржали над мастерством весьма посредственных журналистов. Хорошо, что Мартин к неоднозначной личной жизни отца относился воистину философски.       «@stas_kostyushkin_official: @simasnezhina все для вас, миледи ❤», — пришло в ответ, и, накидав сердечек, довольная собой Сима отложила телефон. Ну, что сказать, все сложилось вполне неплохо. Возможность снова потусить со старыми друзьями, завести новых — хоть раньше Сима и не пересекалась, например, с Марком Тишманом, он уже определенно ей нравился. Да и стимул побеждать появился — показать средний палец Диане. Не то что бы Сима сильно хотела первое место, но Анкудинова ей правда не нравилась.       Все хорошо. Разве что наедине с самой собой оставаться страшно.       Она так и уснула — не поев, не смыв макияж, с телефоном в руках. И проснулась-то буквально часа через два — потому что завизжала от ужаса. Кошмары Симы никогда не имели какого-то четкого воплощения, это не были монстры, маньяки, тот придурок из «Крика» в этой ущербной маске, просто что-то неясное и темное, заставляющее подскакивать в холодном поту. Мать даже оплачивала ей психолога пару месяцев, но тот, несмотря на внушительный гонорар, так и не смог докопаться до причины проблемы. Благо, что кошмары снились не каждую ночь, а с какой-то загадочной периодичностью. Дьявол.       Сима раскрыла окно нарастопашку, умылась в ванной ледяной водой и наконец-то избавилась от и без того испорченного макияжа. Кажется, пора доставать детский ночник-кошечку, который ей подарил кто-то из фанатов после ухода с «Маски».       На самом деле, вот эту свою сучью, темную сторону Сима никогда не отрицала. Но какого черта тогда она так подло мстит своей законной хозяйке? Это месть за то, что Снежина иногда пыталась и искренне хотела быть милой?       Обнял бы вот сейчас кто-нибудь, а?

***

      Не самой приятной новостью на съемках второго выпуска оказалось то, что теперь участники будут рассаживаться в зависимости от количества баллов. Сидя буквально в шаге от Дианочки, Серафима с тоской посматривала на самый нижний ряд, где расположились Слава, Стас и, внезапно, Марк. Зато Дианочка на вершине. Ох уж это максимально «справедливое» судейство…       — Мы тут посовещались, — в какой-то момент начал Толя на правах представителя второго ряда — компанию ему составили Юля и Кирилл, — и решили поступить как последние сволочи.       — А Юля — как змея подколодная? — немедленно скаламбурил Батрутдинов. Сима хихикнула, прикрыв рот ладонью — ладно, обычно она юмор камедиклабовцев не признавала, но в каламбурах Тимур точно был хорош.       — Да-да-да! — охотно согласился больно довольный Цой. — Короче, мы решили совсем не благородно топить одного участника. Участницу.       — Второй выпуск, а они уже козни плетут! — всплеснул руками Родригез, пока его коллега и тезка старательно разыгрывал сердечный приступ. — Ну давай, злодей, раскрывай все карты, раз начал. — Световики, явно заранее предупрежденные, немедленно выделили сидящего в центре Толю. На фоне заиграла драматичная музычка, что-то как будто бы из «Пилы», на которую в свое время Симу развели Мартин с Богданом — так-то она существование ужастиков принципиально отрицала, и так проблемы со сном регулярные. А Толя тем временем подскочил, ткнул пальцем в Серафиму и не без пафоса выдал:       — Кисунь, заранее, наши двойки сегодня твои!       — Опять топят лучших, невоспитанный мальчик, — трагично отозвалась Серафима, подперев голову рукой. Честно говоря, она такого исхода и ожидала — сегодня Симе предстояло выступить в категории «Народный хит», в чем она всегда была откровенно слаба. — А если не секрет, чего так?       Со стороны можно было подумать, что они не на съемках сейчас, а мило обсуждают злодейские планы в чьей-нибудь гримерке. У приглашенного гостя, Юрия Стоянова, явно уже были небеспочвенные опасения, что он попал в сумасшедший дом.       — Исключительно из добрых побуждений! — оправдался ее собрат по семейству кошачьих, садясь обратно. — Я просто не хочу даже спиной чувствовать твое бескостюшкинское уныние.       — А, ну это аргумент, — легко согласилась Серафима, которая, признаться, хоть сейчас готова была махнуться местами с Марком и без всяких голосований. — Ребят, все сегодня топим меня!       Ну, Диану вот дважды просить не надо будет…       А открывал сегодняшний выпуск Стас. Сима уже предполагала, что он будет отжигать, да и категория «Рок-хит» точно располагала к этому больше, чем ее «Народный хит». Но когда этот сумасшедший Костюшкин выехал на сцену на байке, Сима не смогла сдержать визг. У сидящей рядом Карины эмоции были абсолютно такие же, и в итоге они обе поднялись и пустились впляс.       Ладно, был у сладкоголосой Васаби грешок — она была без ума от возрастных рокеров. А если в рокеры заделывался Костюшкин, то это вообще был выстрел в самое сердце. Немного впечатление подпортила Диана, которая где-то к середине номера тоже решила встать с совсем «не наигранным» «вау», и Сима поймала себя на навязчивом желании запульнуть в нее туфлей…       Речь Стоянова, несмотря на дружеский подтекст, вызвала вопросы. Зато потом Родригез дал слово ей, и тогда Симу прорвало.       — Во-первых, — начала Серафима, поднимаясь, — ты, гад, не мог не знать, что я обожаю рокеров!       — Да впервые слышу! — с видом абсолютной невинности, что категорически не вязалось с его сегодняшним образом, возразил Костюшкин.       — Да брешешь! — тут же парировала Сима. — Но, во-вторых, дорогой, то, что ты зараза, ни капли не отменяет того, что ты просто бомба! Даже нет, знаешь, атомный взрыв, потому что это что-то с чем-то, красиво, но убийствннно, и…       — Я же не один чувствую себя здесь лишним? — снова вклинился Толя.       — Терпи, невоспитанный мальчик, это за мою двойку сегодня, — ангельским голоском пропела Сима. — А отдельно я хочу всем напомнить, что вот это вот про Сатану и «Не надо ни подарков, ни цветов, ни внимания», вообще-то, поет один и тот же человек! Короче, Стас, ты огонь, серьезно, просто лучший. Мое сердечко в очередной раз твое.       Уже очень давно.       — Единственный человек со вкусом на этом шоу, — усмехнулся Стас в ответ. Ну а то! — Спасибо, радость моя, обожаю тебя.       Потом Сима поподдакивала тоже вполне довольному Марку, а дальше настало время ей выходить на сцену. Песню «Вася-Василек» группы «Балаган лимитед» Серафима услышала случайно в чьем-то видео и решила, что если уж и позориться с народным творчеством, то только с чем-нибудь в таком роде. Так что короткий красный сарафан, подобие кокошника на голову, гиперэнергичный танец и веселая песенка — и вперед, на сцену!       И хотя в народничестве Серафима была не сильна, судя по реакции остальных, получалось очень неплохо. И все было бы совсем классно, если бы в финальной части, где надо особенно активно махать ногами, в какой-то неудобной позиции… у Симы не свело правую икру так, что она только чудом не урылась прямо на сцене.       — Серафима Снежина, дамы и господа! — объявил ее Тимур, который Родригез. Из-за того, что второй Тимур был все-таки сильно повыше, Серафима оперлась именно на Родригеза, старательно делая вид, что ничего не происходит. А дурацкую ногу от попыток Симы сделать так, чтобы ее «развело», как будто сводило только еще сильнее. Ну да, у нее часто была такая напасть, самая жесть — это когда с челюстью или под ребрами. Но сейчас-то? И растяжки-разминки все сделала, и витамины до этого пила… хрен там плавал.       Сильно хвалили ее Марк и Слава — опачки, еще люди со вкусом. Толя не обошелся без стеба, но тоже заценил, хотя от своего суперзаговора явно не отказался. Особенно долго соловьем пел Кирилл, и Сима ему старательно улыбалась, закусив нижнюю губу. Попытка поменять положение и повиснуть на Батрутдинове привела к тому, что предательски заныла вторая нога. Господи боже, ну где там Стас с подстебкой на тему того, что она только что пела дифирамбы ему, а теперь верещала про других мужиков? Сидит вон, молчит чего-то…       — Симочка, — вступил в разговор Стоянов. Первое правило, которое вдолбила ей в голову мама — даже если тебе плохо, делай вид, что ничего не происходит… но у переминающейся с носка на пятку Симы получалось все хуже. — Я очень жалею, что узнал о тебе не так давно.       — А я тебе говорил! — вклинился вдруг Стас.       — Доплачивать, как пиар-агенту, не буду, — пошутила Сима. Еще немного, и она уже точно расплачется. Какого хрена?       — Ты очень талантливая и интересная девушка. Уверен, перед тобой откроются еще многие двери. Молодец!       Сима продолжала старательно и благодарно улыбаться, хотя всю суть похвалы она осознает только намного позже. Тимуры проводили ее со сцены, и Снежина поковыляла к своему месту, с ужасом понимая, что дурацкая нога — хоть отрубай ее! — уже не ставится полностью на пол. Получалось идти только на носке, и Сима поймала взгляд Родригеза, который явно заподозрил неладное. А можно не надо? Не то что бы Серафима боялась белых халатов… ладно, она боялась их до истерики. Даже того маминого психолога заставляла переодеваться.       Но тут ее пришли спасать.       — Ну-ка, Славка, сдрысни, — как ни в чем не бывало потребовал Стас, вставая ей навстречу. И вроде просто за талию, а идти сразу стало гораздо легче. Слава, без разговоров, поскакал на ее место, а Марк передвинулся, так что теперь Симу торжественно усадили по середине. Не все поняли такой маневр, но явно догадывающийся Родригез поспешил немного разбавить обстановку:       — Стас, а ты в курсе, что индивидуальная рассадка у нас не по правилам?       — Да мне пофиг, — как ни в чем не бывало отозвался Костюшкин, садясь на свое место. Симины бедные ножки он закинул на свои, и она, страдалица, честно готова была его расцеловать. — Радость моя будет сидеть туточки, надоела мне наша мужицкая компания. А Славку в малинник.       — А ловко ты это придумал, — процедила Сима сквозь зубы, когда теплые руки ненавязчиво коснулись ее максимально напряженной икры. — Вначале я даже не понял… — Ой, как классно-то разминает, а там на сцену уже Толя идет, так что всем пофиг… — Слушай, молодец… — Все, отпустило наконец-то. И второй ноге как-то само собой полегчало. Сима чуть не расплакалась от счастья. — Я тебя люблю, честное слово, — выпалила Сима, собираясь опустить ноги на пол и сесть нормально, но Костюшкинская лапища на коленках помешала.       — Нет уж, сиди так, я ради тебя на такие жертвы пошел, со Славкой расстался, — трагично отозвался король не только дна, но и драмы. Сима хихикнула, а потом, повернувшись через плечо, неловко улыбнулась Марку, но Тишман явно все понимал и определенно не выглядел напряженным или смущенным. Прелесть какая.       Так что остаток выпуска Сима досмотрела в неожиданно удобном положении. Фаворитов в этот раз было не так много. Очень классный был Толя — чистая икона. Высокие ноты Славы заставили мурашки табунами бегать. Но особенно впечатлил Марк с великолепным французским, огненными танцами и самим великолепным выбором песни. Очень необычным был номер Юли Паршуты, но…       — Юлечка, прости, ты волшебница, — начала Сима, когда к ней обратился Батрутдинов, — но я терпеть не могу женский вокал.       Коллег по шоу порвало.       — Там аура плохая! — выдал Анатолий. — Сим, возвращайся обратно, дядя Стас тебя плохому научит! — А Сима ему в ответ только язык показала. Хрен она теперь отсюда свалит. Ну, по крайней мере на сегодняшний выпуск.       А еще была Диана. Просто Диана. По роскошному наряду Серафима ожидала как минимум Бейонсе, но по итогу Анкудинова весьма посредственно спела «Босую» группы «2Маши». Ну… мнение Симы о ней ни капли не изменилось. Супернизы вызывали приступ тошноты, слушать Анкудинову не хотелось от слова совсем, так что на протяжении всего выступления Сима старательно докапывалась до Стаса. И когда дело дошло до голосования, она легко, непринужденно и с чистой совестью объявила:       — Два — Диана Анкудинова, девять — Стас Костюшкин.       — А ты там хорошо устроился, чертяка! — поддел его уже Родригез.       В принципе, все высокие баллы Сима предсказуемо отдала «дну» — девять Стасу, восемь Марку, семь Славе. Ну, фавориты были очевидны… Шестерка досталась Толе, пять — Карине, четыре — Кириллу, три — Юле, ну а два, конечно же, Диане. Анкудинова ответила ей тем же, так что все традиции были соблюдены. Троица Паршута-Цой-Туриченко, как и договаривались, тоже поставили по двойке, хотя Кирилл очень извинялся, но Сима все еще была не против — на дне очень даже ничего. Слава подарил семерку, Марк — девять, Карина — ответную пятерку, а вот Стас… щедро отсыпал двойку.       — Нет, ну это два, дорогая, однозначно…       — Ой, если хотел, чтобы я тут осталась, мог бы просто попросить, — по-доброму проворчала Сима. Зато Славе девятку дал, в этом смысле к нему не придерешься, хотя Марк явно заслуживал больше шестерки.       В совокупности с девятью баллами от Стоянова выступала на бис сегодня Юля. Сима же, как оказалось, набрала меньше всех — плюс двадцать девять баллов всего. Зато это сыграло ей на руку. В первом ряду теперь сидели Дианочка, Карина и Юля. Вторую строчку занимали Толя, Слава и Кирилл… а Сима, как и хотела, осталась на дне вместе с Марком и Стасом.       Ну, в общем, хорошее шоу. Позитивное. Жаль только, что не успела в Диану туфлей пульнуть.