Вкус свободы

Потеря близкого человека, которого любишь всем сердцем… Что может быть хуже этого? Наверное уже ничего. Нанами всегда была жизнерадостной девушкой, улыбка никогда не сходила с её лица и каждый день был полон красок. В один момент весь мир стал серым. Она потеряла дом, родителей и своего любимого человека. Последнее её добило в край. Всего пару дней назад вернулся Микагэ, и она бы радовалась этой новости, если бы не одно но… Томоэ умирал, умирал от проклятия, умирал от того, что однажды пообещал ни в кого более не влюбляться, но он не смог. Нанами именно та, из-за которой он умрёт. Сделав всё возможное и вернувшись в храм, счастливых лиц обнаружено не было, более того, все кто находились там были поникшие. Момозоно сразу же поняла в чем дело. Ей хватило и пары секунд, чтобы осознать происходящее. Она не успела… Он… Умер… Шли дни, недели, месяца, но ничего не менялось. Ничего не менялось лишь только для богини, бывшей богини. Ныне за храмом следили Микагэ и Мидзуки. Нет, её вовсе не выгнали оттуда, наоборот, пытались поддержать и держать ближе к себе. Нанами сама отказалась от звания богини. Какая она богиня без своего Томоэ. Жила она в коморке, которую снимала за гроши. Всё что там было это завядший матрац, грязные окна, маленькая ванная комната и черно-белый выпуклый телевизор, который она ни разу не включала, да и местонахождения пульта неизвестно, но это её нисколько не волновало. В школу Момозоно не ходила с того самого дня. Возможно её отчислили, возможно нет, это всё более не имеет смысла. В один из таких обычных дней она проснулась в холодном поту. Её снился он и звал к себе. На и без того высохших глазах выступили слёзы, дышать стало больно, думать невозможно. Сколько времени прошло? Близится зима, ведь глядя в заляпанные окна она увидела белые маленькие комочки, падающие с небес. Это знак, знак что он её ждёт, что она ему нужна, это он её зовёт! Сколько бы времени не прошло, каждое действие привело бы к неизбежному… Прогуливаясь однажды поздно вечером по единственному мосту своего небольшого города, Нанами обратила свой взор на реку снизу. Она шумела и вода в ней стала куда холодней чем летом, температура постепенно близилась к нулю, а это значило, что скоро вся иссиня-черная вода станет твёрдой и прозрачной. Когда Момозоно опомнилась, она уже стояла на краю, держась за балку поблизости. Голос из головы стал громче и настойчивее звать её к себе. Ранее она пыталась противостоять ему, но с каждым разом это было всё тяжелее. Именно сейчас он впервые назвал её любимой, Томоэ, тот самый Томоэ которого она любит и будет любить. Что ей мешает раскрыть свои крылья, стать свободной? Ничего. Совсем ничего. Она хочет вырваться из этого тумана, пустоты, которые окутали её окончательно и бесповоротно. Спасение из этой пучины было одно. Нанами давно раздумывала над этим, хотя нет, скорее собиралась с мыслями. Она не помнит когда в последний раз улыбалась, а сейчас, беззвучно уронив слезу, улыбнулась. Совершив один шаг вперёд, всего лишь один шаг, она почувствовала вкус свободы. Нанами Момозоно летит. Летит в мир без страданий, в мир, где он всё ещё жив. И тут, она почувствовала неимоверную лёгкость. Она больше не падает, даже не летит. Родные руки окутали её в свои объятия. Это он, её любимый, Томоэ. Он не оставил её. Не сказав ни слова, Нанами лишь крепче обняла его. «Я скучала», — это всё, о чём та успела задуматься. Вся боль прошла, впереди только свет, мир обрел краски. Шум воды не прекратился. Пошёл снег. Она наконец-то почувствовала вкус свободы.