Аномальный

Холодный дождь бил крупными каплями по асфальту. Все ускоряя свой ритм, он заставил всех присутствующих, забывших зонт, на улицах Сан-Франциско промокнуть до нитки, но по правде говоря, главному герою этой истории было не до них, а уж в тем более не до подобного природного явления. Мальчик, на вид лет 13, прятался в одном из переулков центрального района города, прикрывая абсолютно белоснежные волосы руками. Опустив голову в колени, тот словно пытался сдерживать слезы, которые все же время от времени слетали с белых ресниц, пока поодаль несколько потоков людей с черными зонтами, разбегались словно муравьи по своим делам. На дворе 1868 год, что прошел год с введения Закона об уродах на территории Соединённых штатов, который и закрутил судьбу мальчика альбиноса, заведя в этот злосчастный переулок. "Меня зовут Джошуа Льюис и я самый счастливый человек во всем мире" - так он мог бы выразиться год назад, но не сейчас, точно не в этот момент. История берет свои истоки еще с того светлого времени, когда Джошуа считал себя по-настоящему счастливым, имея семью, состоящую из матери - женщины с таким же цветом волос, ресниц и бровей, подрабатывающей ткачихой на одной из тихих улиц города, отца - достаточно сурового, но справедливого и чуткого мужчины, возложивший на себя ответственность обеспечивать их семью, насколько мог, а через некоторое время и младшего брата - еще совсем маленького мальчика трех лет с добрыми голубыми глазами, как у матери, которые так и сияли на фоне белоснежных ресниц. Те времена, когда деньги не управляли благополучием и взаимоотношениями их семьи, а родители клялись друг другу в вечной любви в болезни и здравии превращаются скорее в светлую память о "былом", ведь на сегодняшний момент все было иначе. Джошуа плакал под дождем, словно надеясь, что тот в силах замаскировать слезы скорби и обиды, ведь все то, чем он дорожил и любил, разрушилось в одно мгновение - в то самое, когда объявили о вступлении в силу "Закона об уродах". Не мудрено, что "аномально" - белый цвет волос мальчика посчитали чем-то неестественным, от чего подобным жестоким приговором, разрушили все его настоящее и будущее. Мальчик не видел матери уже почти год, и к сожалению, сомневается, что сможет сделать это снова. Отец бросил ее, как только обрушившиеся на его плечи долги, стали превышать доходы, после чего светловолосый так и не смог ее больше увидеть, в основном, из-за запрета отца, который считал, что вместе они точно пропадут. Переступая через себя и собственные чувства, Джо так и продолжал подрабатывать в качестве наёмной силы, передавая все заработанное отцу, в надежде, что эти деньги, который младший зарабатывал кровью, потом и слезами будут использованы во благо, к примеру: на продукты, одежду, или как раз на лекарства, которые были так необходимы маленькому брату Джошуа, подхватившему страшное заболевание - оспу, однако все заработанные гроши, уходили на выпивку, которой отец альбиноса сильно увлекся, находясь в состоянии затяжной депрессии. Пока "глава семейства" продолжал напиваться до потери рассудка, мальчик безнадежно осознавал, что денег на лечение совсем не хватает, а маленький брат находился на последнем издыхании, что его совсем юный организм так и не смог преодолеть пожирающую изнутри болезнь. Он скончался. Казалось, хуже уже быть не может. Отчаяние накрыло Джошуа ударной волной от скорби, страха, горечи потерянного и от ощущения, что больше его ничего не сможет по-настоящему порадовать, воодушевить, утешить... Подобные навязчивые мысли все продолжали терроризировать сознание юноши, пока тот рыдал над бездыханным телом родного брата. Теперь он потерял еще одного близкого человека. Семья распадается на его глазах, а самое обидное, что пробивает до глубины души, так это то, что Джо никак не может повлиять на изменение ситуации в лучшую сторону, несмотря на все прилагаемые усилия. По ощущениям, он словно пытался сдвинуть с места гору, которая продолжает стоять на месте, не смотря на ужасную моральную и физическую боль, изнуряющая его тело, забирая все жизненные силы, тем самым пробуждая все более настойчивое желание сдаться, опустить руки, поставить точку.. Но даже не это событие заставило юношу сломаться, хрустнуть, словно зубочистка или же ломкая ветка, осознать, что существование его окончательно потеряло смысл.. Сегодняшний день, как любят говорить дети, более особенный, чем остальные 364 дня в году, ведь именно в этот день Джошуа появился на свет. Ровно 15 лет назад в городе Сан-Франциско родился мальчик альбинос. Мама малыша глядела на свое чадо влюбленными глазами, даже не подозревая, на какие мучения обрела несчастного ребенка, одним лишь рождением. Утро грядущего дня не предвещало ничего нового. Открывая глаза, мальчик лениво смотрел какое-то время на обсыпающийся от старости потолок комнаты, успевшей стать его собственной, и только спустя некоторое время подобного "втыкания", Джошуа вспомнил про свой день рождения, хоть мысленно и не придал тому большое значение, а на какой-либо подарок, даже не надеялся, особенно если учитывать то, сколько долгов отдает отец, только за его существование. Медленно поднимаясь с кровати, Джо невольно вновь осмотрел помещение, в котором проснулся: дешевый ковер, пустые белые стены, словно в палате психиатрической больницы, старый деревянный стол, подсвечник с давно сгоревшим фетилём свечки. На каждой из четырех стен были остатки прилипшей бумаги, ведь раньше их украшали яркие рисунки младшего брата, делая комнату более живой. Сейчас в ней ничего по-настоящему живого не существовало. В другом углу комнаты стояла одинокая односпальная кровать, когда-то принадлежавшая младшему члену семьи, но Джо накрыл ее простыней, дабы не встречать лишний раз в своем поле зрения. Наконец выбираясь из своей каморки, альбинос направился на кухню, через некоторое время встречая в пункте своего назначения отца. Тот на удивление, был даже менее угрюмее чем обычно. Почему-то у мальчика было ощущение, что старший даже не помнит, какой сегодня день, но ошибался: - С днём рождения. - произнёс мужчина хриплым голосом, невольно почёсывая затылок, пока Джошуа садился за стол напротив него. На столе юношу уже дожидался чай. Это было неожиданно, но приятно, что голубоглазый ответил с ноткой неловкости: - Спасибо, отец. - искоса наблюдая за всеми последующими движениями родителя, который, в свою очередь, поднялся изо стола, направляясь к одному из кухонный шкафчиков. Светловолосый тут же догадался, что намеревается сделать старший, от чего не сдержал воодушевленной улыбки счастья. Достав с верхней полки сахарницу из фарфора, украшенную красно-белыми узорами, мужчина поставил предмет посуды, наполненный сахаром доверху на стол, от чего зрачки голубых глаз Джошуа расширились. Из-за ограниченного семейного бюджета, их семья, или точнее то, что от нее осталось, экономили сахар как навес золота, и позволяли себе добавить его в теплый напиток только по праздникам, от чего Джошуа, будучи большим любителем сладкого, ждал этих особенных деньков с огромным нетерпением, правда из-за последних событий, совсем позабыл об ожидающей его привелегии. На кухне некоторое время царила гробовая тишина, пока глава семьи не кивнул, показывая этим, что младший может взять немного сахара, от чего голубые глаза загорелись огоньком воодушевления. Джошуа аккуратно дотронулся до фарфоровой крышечки сахарницы, словно боялся разбить ее одним лишь прикосновением, тем самым открывая для себя обзор на все то обилие сладости в посудине. Юноша некоторое время безмолвно рассматривал ее, уже мысленно представляя сладкий привкус во рту, от чего беря в руки фарфоровую ложку такой же расцветки из комплекта чайного сервиза, медленно набрал сладкий порошок внутрь ее. Приближая ложку к кружке с чаем, он бережно придерживал руку под ней, словно боясь просыпать хотя бы крупицу, казалось данной ему самим Господом Богом, радости жизни. В итоге, высыпая в теплый напиток большую половину, Джо специально оставил немного, дабы облизать ложку, тем самым почувствовав всеми рецепторами языка этот будоражаще-сладкий вкус, после растирая сладкий порошок и по собственному нёбу, дабы продлить удовольствие, прикрывая глаза от приятного ощущения сладкого во рту. Через несколько секунд Джошуа все-таки открыл глаза, невольно встречаясь взглядом с отцом, который все это время наблюдал за ним, что юноша невольно расплылся в добродушной улыбке, словно благодаря старшего одним лишь взглядом, пока тот не произнес нечто шокирующее для светловолосого: - Можешь взять вторую ложку, если хочешь.. Эта простая, как может показаться на первый взгляд, фраза, действительно повергла младшего в шок, что тот еще некоторое время смотрел на родителя удивлённым взглядом, даже невольно приоткрыв рот от неожиданности, все гадая: в чем подвох?.. - Возьми, возьми.. - повторил мужчина, словно подтверждая вышесказанные им слова, параллельно подвигая фарфоровую посудину ближе к именнинику, пока тот еще несколько секунд помолчал, словно анализируя все, что произошло, лишь через несколько секунд наконец выдавливая из себя: - Вы очень щедры.. - У тебя ведь юбилей, как никак.. Вот я и подумал.. - Но.. - хотел было возразить Джо, желая упоминуть отцу о всех прошлых юбилеях, состоявшиеся в кругу их семьи, во время которых больше одной ложки сахара не было дозволено брать никому, но тот не дал тому высказаться, добавив: - Бери, пока не передумал. Больше Джошуа не стал поясничать, быстрым движением набирая вторую ложку сладкого порошка. Плавными движениями размешивая сахар в кружке чая, Джо еще раз поблагодарил отца, одарив того своей солнечной улыбкой, которую, как казалось, можно было заметить на его лице впервые за долгое время после произошедших событий. Перед тем, как отпить столь желанный напиток, юноша, сложив руки в замочек, произнес шёпотом утреннюю молитву, благодаря Всевышнего за данные ему блага, после чего наконец принялся пить уже слегка остывший, но столь долгожданный чай. Но на этом приятные неожиданности и закончились, ведь когда парнишка открыл глаза, заметил в глазах отца слезы. Джошуа впал в ступор, ведь до этого момента он никогда не видел мужчину плачущим. Тот тут же вытер слезы, объясняясь: - Большой такой.. 15 уже. - Папа.. - с нежностью произнес белокурый, накрыв ладонь отца своей. Он хотел было ещё что-то сказать, но старший перебил его, резко поднимаясь изо стола: - Поехали со мной. - лишь ответил он, что Джо взглянул на него вопросительным взглядом. - Давай, живей. - лишь добавил он, что тут же повинуясь, парнишка быстро допил свой чай и направился вслед за отцом. Через несколько минут эти двое уже ехали в повозке. По правде говоря, юноша понятия не имел, куда они держат путь, пока отец будто специально молчал, не произнося ни звука. Джошуа не сдержался и спросил: - Папа, куда мы едем? - тот же продолжал молчать, словно партизан. - Или.. или это сюрприз? Да, точно.. - парнишка заулыбался. - Ну прошу, хотя бы намекните что это.. Я умираю от любопытства.. В ответ вновь молчание. Мужчина лишь смотрел в сторону, крепко сжимая челюсти, словно сдерживая эмоции, что только сильнее озадачило младшего: - Вы в порядке? - обеспокоенно спросил он, что наконец смог вытащить из отца несколько слов: - Сойдет.. Просто.. - он словно сглотнул ком в горле: - Я лишь хочу сказать тебе одну вещь.. - мужчина наконец перевел взгляд на сына: - Надеюсь, ты сможешь меня простить.. Джошуа все ещё непонимающе разглядывал его, пока тот не выкрикнул кучеру: - Остановите повозку! - вот теперь белокурый осознал все. Как только они остановились, "водитель" схватил парнишку за шкрику и попытался вытащить из повозки: - Нет, нет, отец! Папа, прошу не надо, отпустите меня! - все кричал Джошуа, но родной отец лишь отвернулся. На глаза мальчика начали наворачиваться слезы.. Теперь он понимал, почему старший плакал утром: "Большой такой.." "Можешь взять вторую ложку.." - все отдавались эхом слова родителя, пока парнишку все же не вытолкнули из повозки, что тому лишь осталось смотреть как стремительно та удаляется все дальше и дальше... Так вот, возвращаясь назад.. Джошуа плакал посреди переулка. Теперь дороги назад не было.. Юноша оказался один посреди огромного города и людей, которые вряд ли будут благосклонны к его жёстокой судьбе.. Однако тот даже не подозревал, что ошибался. Шепча в быстром темпе молитву и надеясь лишь на Бога - "единственного", кто ещё не отвернулся от него, Джошуа невольно вздрогнул всем телом, как только услышал строгий голос над своей головой: - Что это ты здесь делаешь? - парнишка быстро поднялся с земли, сложив руки вместе, боясь смотреть на неизвестного господина: - П-простите, сэр.. - выдавил он своим дрожащим голосом. - Я заблудился.. - Это место не для таких бродяг как ты.. - послышалась в ответ, что Джошуа лишь сильнее опустил голову. "Аномальный..." - все крутилось у него в голове, ну а куда дальше закрутит его судьба было неизвестно.. Однако, когда рука незнакомца подняла его голову за подбородок, а его пронзительные светлые глаза принялись осматривать его лицо, Джошуа почувствовал как внутри что-то вздрогнуло. Все же, его молитвы были услышаны..