Голубые ушки

Наступили долгожданные выходные, родители Салли уехали на дачу, расположенную недалеко от города. Отец продолжал пытаться покрыть долги по работе, а Диана лишь беспокоилась о будущем своего беззащитного котёнка. Она прекрасно понимала, что дела идут не так гладко, как рассказывает ей альфа. Омега до последнего будет поддерживать мужа и семью, но при иных обстоятельствах девушка в серьёз задумается о разводе. Как ранее говорил Джонсон, в мире где всем управляют лишь инстинкты, найти альфу даже имея несовершеннолетнего ребёнка на руках будет не сложно. Достаточно лишь с уважением относится к решениям будущего супруга. На улице шёл сильный дождь, от чего в комнате было шумно, но всё же не так одиноко. Конечно, омега не ждал никого в такой день и был намерен отдохнуть от всех мыслей, что на протяжении всей недели так настырно кружились в голове каруселью. Но спустя пару часов в дверь постучали. Голубоволосый нервно вздрогнул и прижал ушки, шерсть на которых настороженно распушилась. Салли тихо подошёл к двери, не издавая ни звука. Домашний кот, напротив, почуял незваного гостя и поспешил в дальний угол квартиры.  — Кромсали!.. Я знаю, что ты там, будь хорошим мальчиком… Открой мне дверь… — Прозвучал грубый, прокуренный голос альфы. От которого омега на дрожащих ногах отошёл от двери. Забитый в угол, Салли дрожал от страха, каждая секунда могла стать последней каплей выдержки. Нечеловеческий рык ломал тело изнутри, заставляя крохотного омегу подчиняться. Телефон был единственным, что могло спасти Фишера в тот момент, только лежал он совсем в другой комнате. Омега громко и жалобно скулил, не желая такого исхода событий. Тело было порядком измотанно, но Салли продолжал сопротивляться, он плотно прижимал голубые ушки к голове. Это лишь на мгновенье давало омеге расслабиться.  — Быстро открыл эту чёртову дверь! — Терпение патлатого стремительно заканчивалось. Но ждать оставалось совсем недолго, дрожащая рука Салли уже послушно открывала замки. Альфа с ухмылкой переступил порог квартиры, закрывая за собой дверь. — Как долго. — Ларри рывком схватил омегу за шею. Острые когти впивались в бледную кожу.  — П-п-…прош-…шу… — Фишер слабо сжимал руку альфы. — Не ч-чем… д-дыш-… — Джонсон лишь жадно изучал голодным взглядом омегу.  — Кажется у тебя появились новые проблемы… мой щеночек. — Бархатный голос еле касался кончиков голубых ушек.  — Мне… м-мне страшно… — Вдоль белых шрамов стекали слёзы, обида разрывала душу на части. Омега хотел убежать настолько далеко от этого места, на сколько это возможно. Но у судьбы на этот счёт были другие планы.  — Ничего страшного ещё не произошло, маленький… Покажи мне свою кроватку. Если будешь меня слушаться, тоже сможешь получить от этого удовольствие… — Очередной низкий рык и Салли покорно ведёт Ларри к себе в комнату, губы дрожали от слёз, а коленки подкашивались от страха. Альфа повалил омегу на низкую, так и не заправленную с утреннего пробуждения кровать.  — Ларри! Я не хочу этого!.. — Салли не смог договорить, слова оборвались после звонкой пощечины, в глазах всё двоилось от слёз. Голубой хвостик испуганно метался по кровати.  — Скажешь хоть одно лишнее слово. И все в школе узнают какая ты шлюха… Тебя родители не учили, что маленьким детям к двери подходить нельзя? Давай я научу тебя… чтобы ты навсегда запомнил это. Не плачь. Первый раз всегда больно, я буду ждать того момента, когда ты сам приползёшь ко мне и будешь умолять вставить тебе как можно глубже… — С каждым словом на теле омеги оставалось всё меньше одежды, вместе с этим пропадала и надежда на спасение. «Неужели это всё правда… Я такой жалкий. Пусть это скорее закончится» — повторял в голове Салли. От железной хватки Джонсона болели запястья, сухие губы альфы ласкали худое тело омеги, впалые ключицы были покрыты глубокими укусами, а на шее красовались яркие, багровые засосы, налитые алой кровью на белой коже. С тонких губ омеги срывались неровные стоны. Салли редко поскуливал, продолжая умолять Ларри остановиться, но это лишь сильнее ласкало и забавило слух альфы. Грудь омеги вздрагивала от рваных вздохов.  — Тише… потерпи немного, сейчас будет хорошо… — Запах Джонсона полностью заполнил комнату, возбуждая рецепторы омеги, голубые волосы, неаккуратно раскинутые на подушке, продолжали привлекать хищный взгляд альфы. Ларри стянул кожаный ремень на достаточно измученных ранее запястьях.  — аа-аах!.. — Глаза блестели, делая широкие чёрные зрачки ещё живее и требовательнее. Омега инстинктивно прогнулся в спине.  — Нее~еет… давай попробуем по другому. — Альфа уложил Салли на животик. — Закрой глазки… — Омега внутри быстро поддался приказам Джонсона, не задумываясь не на секунду веки были приятно опущены. Салли торопливо сглотнул слюнки, облизнув бледные, дрожащие губы. Альфа незаметно поставил камеру на запись, после чего вновь припал к уху омеги.  — Ты стал такой послушный… У меня даже настроение поднялось. — Язык медленно скользнул вдоль внутренней стенки ушка. В ответ Салли нетерпеливо привстал на колени, коснувшись бëдрами торса патлатого. — Куда то торопишься…? — Альфа резко вошёл, придерживая дрожащего омегу под животик. Салли громко вскрикнул, острая боль, словно разряд прошлась по телу. Омега обернулся на альфу с растерянностью в глазах.  — Выйди!.. М-мне больно! — хриплые стоны не давали омеге договорить, жмурясь от неприятного чувства сзади он ничего не мог сделать, кроме как продолжать жалобно скулить. — Прекрати! Хв-…хватит! — Альфа со злостью ударил бедро голубоволосого, уткнув лицом в подушку.  — Ты кажется забыл. Что у тебя нет прав даже дышать без моего разрешения.! — Джонсон грубо двигался, толкаясь глубже, но этого по прежнему было мало. Стоны омеги заглушали тяжёлое дыхание альфы. Салли впился коготками в одеяло, желая лишь о глотке воздуха, рука альфы сжимая волосы не давала поднять голову.  — Плохой щеночек. Мы только начали, Кромсали… — Слова отрывками доходили до омеги, в то время как взгляд всё больше терял сознание…