Отголоски перемещения.

***

      Закипающая, пузырящаяся вода. Две ложки ароматного молотого кофе. Помешивать до готовности, но не дать убежать. Налить в кружку и добавить пол чайной ложки ликёра. Выпивая кружку, растянуть её на долгие полтора часа, чтобы заступореный мозг разработал план дальнейших действий. Нити расследования вели в никуда, ситуация – тупик.       Девушка в чёрной шерстяной водолазке, рукава которой были натянуть по самые пальцы, дабы согреть владелицу, стояла у пробковой доски. На ней были закреплены десятки, если не сотни заметок с фотографиями, газетными вырезками и стикерами, соединенные между собой в определённом порядке красной нитью. Но вот только эти нити ни к чему не приводили – местоположение, люди или хоть что-то, что могло бы указывать на местонахождение Эрика Леншерра в конкретной точке мира, попросту отсутствовало. Как будто мужчина был не металлокинетиком, превзошедшим Ω-уровень, но талантливейшим телепатом и эмпатом, превосходящим Эмму "Белую Королеву клуба Адского пламени" Фрост и Чарльза "Насилие – это не по моей части" Ксавье; который с помощью собственных способностей мог заставить подумать всё население Земли что его никогда не существовало, что его имя – пустой звук для истории, а его номер на предплечье – "ошибка молодости", бессвязанные цифры, но никак не "имя" в концлагере Аушвица, Польша. Мужчина исчез с радаров около 3 лет назад, но девушка потеряла его из собственного поля зрения только 7 месяцев назад.       Леншерр мог обмануть всех, но не Т/и.       Выпив горький кофе, обладательница телекинетики отвлеклась от просмотра карты на кофейную гущу, оставшуюся на дне бежевый керамической кружки: причудливые узоры, напоминающие эллипсы, молот и флаг вырисовывались на стенках, расползаясь и искажаясь с каждой секундой просмотра. Наверное, подростковые увлечения дали о себе знать, ведь Т/и Т/ф всерьёз собиралась распознать значения рисунков, увиденные на кофейной гуще во время... гадания. Другого выхода девушка попросту не видела – Церебро не находила Магнето вот уже 3 года, а её мутация не смогла распознать металлокинетика после "оборванной ментальной связи" – теперь у неё окончательно опустились руки. Вглядываясь в гущу в попытках вспомнить все трактовки, которые она активно заучивала в подростковом возрасте, девушку внезапно осенило: Круг. Флаг.       Чёртовы обозначения взаимосвязи двух людей, их влечения друг к другу. И это влечение явно закончится блистательной победой для одного и сокрушительным проигрышем для второго.       После осознания прочитанного, что-то в груди мутантки неприятно кольнуло. Оскорбленная собственной догадкой о том, что проигрыш предоставлен ей самой, она убрала кружку на мойку, к десятками других ей подобных.       Думай.       Мысли.       Ищи ответ.       Резкий стук в дверь. Упавшая с грохотом картина с гипсокартонной стены-перекрытия в коридоре только подтверждала догадки о невероятной силе стучавшего. Хэнк МакКой с её собственным братом к ней не планировали заходить, у Хоулетта к ней вопросов не было – долг она вернула ещё в прошлом месяце. Питер бы стучаться не стал, да и дверью пользоваться тоже не хотел – всегда лез по пожарной лестнице к ней в квартиру. Оставалась только одна догадка, и от неё были противоречивые ощущения: с одной стороны, девушка была рада, что наконец-то зацепилась не за очередную пустую находку, а за главный "?" на той доске; с другой – этот "?" сам пришёл к ней и явно не в настроении.       Стук повторяется. Минута затишья, тихий скрип дверного замка. Дубликат был только у Чарльза, но это точно не он. Догадка подтверждается через несколько мгновений:       Это был Эрик.

***

      Безысходность. Смятение. Страх. Боль. Желание нанести удар первой. Ощущение, что не можешь сдвинуться с места, потому что пригвождена взглядом этих ледяных и повидавших донельзя огромное количество боли. Т/и видит, сколько в них боли, но она скрыта за невероятной толщины полипластмассовой стеной – такой, до которой даже он сам не достанет.       А, нет. Не взгляд пригвоздил её; точнее, не только он. Она чувствует, как перекладины от изголовья кровати обогнулись вокруг её щиколоток словно анаконда, поджидающая жертву; Пара ножей для мяса останавливается за спиной Леншерра.       – Я смотрю, хватку ты не теряешь, Т/и. – Эрику не нужно поворачиваться назад, чтобы увидеть ту пару ножей. Средней тяжести предметы (до 5 кг) Т/и была способна поднять без особых усилий, так что ножи не составили труда. Это не было первой атакой на незваного, но желанного, гостя, это была подстраховка.       – Ты сам меня обучал этому, если тебя начала подводить память, мой друг. - Ни единый мускул на лице Т/ф не дрогнул. Этому тоже научил Эрик – федералы считывают не только вербальную, но и невербальную информацию. Это был период охоты на мутантов, поэтому была необходимость – создать образ "крепкого орешка". Непрошибаемой ледяной глыбы, не чувствующей ни эмоций, ни боли, ни усталости – ни-че-го. "Мраморная статуя без эфира и души – вот твой идеал." – говорил Эрик, когда девушка взбунтовывалась и утверждала, что ФБР ей не страшны и "Зачем мне это?!".       – Мне жаль, Т/и.       Резкая, глухая боль. Удар по коленному суставу. Т/и не успела среагировать. Видимо, Леншерр польстил ей своим приходом и словами о сноровке.       Хруст.       Брызнувшие из глаз слёзы. "Не я начала это, но мне это закончить". Если приходится драться с когда-то любимым, значимым в твоей жизни человеком, то это необходимо. Вынужденная мера.       Брат будет разочарован, если найдёт окровавленный труп в квартире родителей. "Нельзя отнимать у Чарльза последнюю надежду. Я не могу этого позволить. И ты меня прости, Эрик.".       Девушка отшатывается назад, теряя контроль над холодным оружием, висевшем в воздухе. Звонков падение металла. Леншерр устраивается где-то на животе Т/и, начиная серию оглушительных ударов по лицу. Скуловая кость, челюсть, сломанный нос, рассечённая бровь. Когда-то аккуратное, утончённое, но утомлённое лицо исказилось гримасой боли, отчаяния и запекшейся кровью.       В момент передышки металлокиннетика, девушка ловит контроль над небольшим проводком – наушниками на тумбе неподалёку и оборачивает их вокруг шеи Эрика. Он не останавливает своих ударов, но заметно ослабевает и упускать момент, когда чуть не сваливается с Т/и из-за кислородного голодания. Этого момента хватает, чтобы вскочить на ноги из захвата, ударить ладонями по ушам международного террориста и, не ослабливая утяжки наушников, дезориентировать противника. Пока он безуспешно пытается восстановить равновесие, телекинетик валит мужчину на спину точным ударом в солнечное сплетение ногой. У неё нет цели убить его, но сломать нос хотелось бы. Справедливость должна быть в этом мире во всех масштабах, верно? Она замахивается, ударяет точно в переносицу и слышит сырой, противный хруст. Кровь.       Эрик и Т/и смотрят друг на друга, как загнанные звери. Ищут в глазах другого(ой) то, что потеряли почти год назад. Во взгляде Леншерра проскакивает сожаление и боль утраты, но они отправляются за ту же стену, куда он прячет все "ненужные" эмоции. Он перехватывает захват и теперь сверху он.       – Чего же ты тянешь, Эрик..? Если пришёл мстить Чарльзу, так добей меня сразу. Укрась моей кровью дубовый паркет, пусть братец всё увидит своими глазами, а не через "фотокарточки" в мозгах ближайшего человека в 10 метрах от моей квартиры. – Хрипела девушка. Это не было похоже на тот изящный голос, которым она обладала раньше. Это был хрип, шёпот, да что угодно, только не её голос. Раздавленная, обреченная на такую жалкую смерть. Хотя её нельзя было назвать таковой – она умрёт в схватке с величайшим мутантом своего времени. "За это дают медальку..?" - усмехнулась мысленно девушка.       – Какая же ты всё-таки дура, Т/и. Не нужно было искать меня; не ходила бы ты по пятам за мной, мне бы не пришлось идти на такие радикальные меры. Ты заставила меня выйти из себя, это похвально, но не смей даже думать о том, что можешь превзойти меня. – Мужчина прищурился, практически шипя эти слова в паре сантиметров от лица Т/и Т/ф. Пара капель пота и крови попали на неё. Солёный привкус железа и смерть от рук металлокинетика, как иронично.       Тепло. Запах мускуса, морской соли, кофе смешанный с кровью. Разгоряченные губы, накрывающие губы девушки. Требовательный, настойчивый поцелуй. В него были вложены все эмоции: боль, страх, отчаяние, надежда, любовь и прощение. Весь спектр эмоций, которые испытывали Эрик и Т/и за этот непростой период в 3 года, был вложен именно туда.       Любовь, окрашенная в кроваво-красный цвет и практически канувшая в Лету, боролась с собственными бесами. Канцелярские кнопки полетели с доски и чудом не попали в двух людей, лежащих на полу и плачущих от переизбытка эмоций. Нити, когда-то соединявшие стикеры, фотографии и прочую макулатуру, порвались от натяжения. Ей и правда не нужно было его искать.       Он сам её нашёл.

***