Строгие рамки

Мудрость гласит, что жизнь подобна реке. Порой размеренная, спокойная, а иногда трудная, жестокая, полная острых камней, скрытых под водной гладью, и неизвестно когда ей вздумается поменять своё течение. Что ж, в жизни господина Камисато так и случилось. С юных лет Аято был окружён любовью. Его мир был полон ярких красок. Родители, несмотря на свою занятость всегда находили время для сына. Каждый вечер они собирались вместе, ужинали, общались, смотрели на звёзды. Не было места одиночеству. Даже в их отсутствие, о мальчике всегда заботились слуги. Как же ему льстило имя «Господин Аято», но, несмотря на свой статус, он всегда оставался добрым и честным, относясь к прислуге с уважением. Дни беззаботного детства были прекрасны. Тогда Камисато не думал, что может быть по- другому. Нет, он вовсе не был глупым ребёнком, знал и гордился тем, что займёт пост главы клана, но не знал о предательстве, тревогах и том, что репутация может быть хрупкой, как лёд в весенние дни. Когда Аято подрос, отец взялся за его учёбу. Теперь у него не было времени на веселье и игры с сестрой. Он узнал, что стать главой- это намного большая ответственность, чем представлялось раньше, но это не пугало. Наоборот, парень грезил о том, как станет великим лидером, будет заботиться о своём народе и займёт почётное место в Комиссии Инадзумы. Отец очень гордился своим преемником, видя его сосредоточенность и пыл, с которым он постигает сферу политики. Такому и клан доверить не страшно. Беда пришла откуда не ждали. Один из слуг предал семью Камисато, передав секрет ковки мечей вражескому ордену. С того дня, их репутация пошла прахом. Только ленивый не сочинял байки о содружестве клана с Фатуи, да и последние уж слишком разошлись.Частые нападения посеяли хаос на улицах города. Аято знал, что такое возможно. Но не думал, что это произойдёт с его семьёй, с его Инадзумой. После смерти родителей всё стало ещё хуже. И без того шаткое положение в Сёгунате было подорвано становлением Аято во главе клана. Сколько же проблем это принесло. «Сопляк- лидер Камисато? Как же!» «Не справится.» «Не сможет. " «Не готов.» Все только и ждали оплошности. Здоровье Аято сильно ухудшилось после того рокового предательства. Он стал тревожным и дёрганым, никому не доверял, уволил почти всю прислугу. На публике появлялся только по делу, был холоден в разговоре и всегда держал дистанцию. Единственными, кому он мог довериться были сестра- Аяка и Тома, который не единожды доказывал свою преданность клану. Работа тоже внесла свои правки в жизнь молодого Камисато. Он почти не выходил из кабинета, чем сильно беспокоил сестру. Нередко она видела его спящим на рабочем месте и всегда укрывала измотанного брата одеялом. В стороне не оставался и Тома, который не мог видеть бледного, худого господина. Он готовил для него еду и неизменно относил её в тот же кабинет. Когда Аято просыпался, обнаружив на плечах тёплый плед, а на столе данго вместе с излюбленным баббл- чаем, на душе становилось тепло, да и работа шла легче. Даже огромная кипа документов таяла на глазах, под рукой оживающего главы. Забота творит чудеса. Отпускать Аяку было трудно. Девушка решила помочь Люмин- путешественнице из другого мира, найти брата. Сперва она колебалась, но Аято был согласен с её решением. — Иди, посмотри мир, сестрёнка, ни то станешь как я — Шутил он — Помощь- благое дело, а обо мне не беспокойся. Следующим утром младшая Камисато уже уходила в даль, за девушкой- рыцарем, оставляя позади родное имение. Тоска. Когда дела клана пошли на поправку, привычное недоверие к людям сменилось болезненным желанием общения. И если раньше рядом была сестра, то теперь, Аято стало совсем одиноко. Даже когда удавалось поговорить с кем-то, к нему всегда обращались: «Господин Камисато». Как же осточертел этот официоз. И как он гордился этим раньше? Тома очень гордился тем, что служит самому влиятельному клану Инадзумы. Он был предан своей семье и никакие слухи не могли изменить его решения. Работу ему можно доверить любую, от стрижки садовых кустов до охраны имения. Держался всегда строго, был отлично знаком с дисциплиной, нередко помогал с документами. Благо главы Камисато- его долг, и Тома с ним справляется. С уходом госпожи Аяки, он стал замечать странности в поведении господина. То он попросит называть его «Биг Чиф», вместо привычного обращения, то приготовит какое-то невообразимо- странное блюдо, от дегустации которого даже знаменитое самообладание Томы даст трещину. Порой он даже побаивался Камисато, но знал, что тот очень много работает, и старался не обращать внимания на эти мелочи, оставаясь верным слугой. В один из вечеров, Тома принёс ужин Аято в кабинет и застал его спящим. Юноша мирно сопел, уложив голову на стол. Не желая будить господина, слуга осторожно поставил поднос с едой рядом и хотел было удалиться, как вдруг услышал: — Тома. Тот вновь обернулся и увидел, что глава вовсе не спит, а его лицо украшает мягкая улыбка. — Я разбудил вас? — Обеспокоенно спросил рыжеволосый. — Нет. Останься. — Как пожелаете. Тома встаёт справа от стола, как солдат по стойке «смирно». — Садись со мной рядом и раздели трапезу — Велит Камисато вкрадчивым голосом. — Мне это не позволено, господин. — Аято, прошу. Тома опять удивлён. — Нет, я же ваш слуга, так неправильно. — Ты не слуга — Аято встаёт из- за стола и подходит к Томе, заглядывает в глаза — Ты- член моей семьи. Неизвестно, что это было, то ли блажь, то ли последствия одиночества, но Камисато протягивает руки и крепко обнимает стоящего перед ним юношу. — Благодарю тебя за всё. Ты единственный, кому я доверяю. Тома застыл в нерешительности. Это странно, это не дозволено, и даже назвать господина «Биг Чифом» было бы легче, чем позволить себе такую вольность, но тот так трогательно к нему прижался, что руки Томы сами- собой смыкаются на его спине. Почувствовав объятия, Аято совсем обмякает, уткнувшись лицом в чужую шею. — Рабочий кабинет- не самое лучшее место для еды. Давай пойдём в трапезную и как- следует поужинаем, а после полюбуемся звёздами. — Хорошо, господин...Нет, хорошо, Аято.