Связанные красной нитью

      Глаза в глаза. Один с одинокой злостью, другой же, под натиском ситуации;— с благоговением. Один уже влюблён до потери пульса, другой мечтает сбежать куда подальше. Ситуация на редкость неоднозначная. Одного из них повязала судьба против воли, а ведь он даже не просил. Другой же ждал с упоением того часа, когда он встретит, ну, того самого.       Всё таки странная эта штука;— судьба. Она может развести по разные стороны двух возлюбленных, а может свести врагов по одну нить. Так и вышло сейчас. У обоих на безымянном пальце, едва помигивая, повязана красная нить. Чуть приглядеться, и видно как она стягивает их двоих между собой.       Один улыбается, так как давно ждал этого момента. Второй же смотрит из-под ресниц, еле сдерживая поток нецензурной брани. Смотрит так, злобно, то на мужчину перед ним (потому что мужчина, хоть и красивый, но всё-таки с членом), то на палец, на котором, красивым ободком, нить красная. Смотрит ещё раз на парня, имя которого даже не спросил, а тот весь светится, руку прижимая к себе поближе. Улыбается. Ярко так, как солнышко.       Вообще, день, когда нить сводит двух людей вместе, считается самым лучшим в жизни. Только встречаясь взглядом соулмейты сразу чувствуют, что человек перед ними «тот самый, и никак иначе». Звёзды там, фейерверки, мишура.        —Я Тэхён,— говорит солнце напротив,— а тебя как зовут?       —Чонгук,— говорит тихо, и косится так, знаете, подозрительно, слегка пренебрежительно.       Чонгук, вообще-то, добрый малый. Старшим всегда помогает, в семье все дела переделывает. Его любят все-все вокруг. Даже парень перед ним, улыбается смотря на него. Конечно, может не по этому улыбается, а потому что день счастливый. Солнышко светит, птички поют. Чонгуку, по хорошему, тоже стоит улыбнуться, чтоб хоть как то повежливее, но улыбаться совсем не хочется.       А Тэхён стоит, видит что парню перед ним тяжело. Это сразу было понятно, когда они только пересеклись взглядом, и увидели, что нить натянулась. У того перед глазами вся жизнь пролетела, и коту понятно, что ждал он далеко не Кима. Какую-нибудь хорошенькую девочку, можно женщину, которая бы заботились о нём. Но не мужчину. Тэхён и не расстраивается даже. Да, грустно немного, но нет ничего непоправимого. Главное в человеке ведь — душа. А, Тэхён уверен, душа у него хорошая. Со своими заморочками, конечно, но добрая. Он, в своей жизни, мухи не обидит.       —Тэхён, давай знаешь что,— начинает Чонгук, а у человека напротив, от слегка удрученного тона, уже сердце сжиматься начинает,— давай мы забудем об этом, ладно?       — Но, почему? — Парень смотрит на Чонгука глазами своими большими, не понимает ничего, — нас же сама судьба связала, то что мы ещё не знакомы, это ведь ничего не значит, — продолжает он, всё так же прижимая руку к груди,— у нас ведь так много времени, чтобы наверстать упущенное, и.       —Тэхён, — Чонгук перебивает парня, руку свою убирая за спину, — у меня девушка есть, другая, которая мне нравится.       Парень напротив молчит, лишь глазами его сверлит, изучает. Ну и что? Какая разница, какая там девушка? Да будь она тысячу раз хорошенькой, Тэхён ведь тоже неплохой. К нему привыкнуть нужно, узнать его поближе, а уже потом отказываться. Не так же сразу.       —Но ты ведь меня даже не знаешь, — говорит парень, немного покачиваясь из-за нервов.       —Оно и к лучшему, — говорит лицо напротив, протягивая руку, правую, чтобы похлопать по плечу, — меньше привязанностей, меньше проблем,— старается улыбаться, хотя всё равно немного злиться, не на Кима, на судьбу, — не нужно никого разочаровывать, я просто не по парням, — добавляет он, — ты красивый, и всё такое, но не для меня.        Тэхён кивает. Глазами своими всё ещё смотря на мужчину впереди. Молчит. Чонгук, напоследок потрепав того по голове, уходит. Парень смотрит вслед, рука у груди начинает побаливать. Он смотрит на неё, красная полосочка на пальце все еще блестит. Ярко-ярко.        Ким не может точно сказать, сколько он простоял на той улице. Минуту, две, двадцать. День, не под стать настроению, был солнечный, тёплый. Легкий ветерок. По краям от дороги деревья — зелёные.  И пахнет вкусно. Начало мая, день, когда он встретил свою судьбу, был одновременно и самым прекрасным и удручающе безнадежным. 

***

      Открыв входную дверь и зайдя в дом, Тэхён позволил себе, наконец, осесть, скользя спиной по входной двери. Мама, в детстве, говорила, что встреча с предназначенным судьбой — одна из самых волшебных на свете. Что в день, когда он увидит человека, колокола запоют в его душе, и останутся там на всю оставшуюся жизнь. Его прекрасная мама встретила своего избранного довольно рано, лет в пятнадцать, и с тех пор они не расставались ни на день. Тэхён с самого детства был окружён этой любовью, сам желая найти такую же. Но вот, встретившись лицом к лицу, он увидел злость и негодование. Тот парень, конечно, ничего плохого ему не сказал, даже старался быть помягче, но, как бы то ни было, он ушёл. Сказал, что влюблён в девушку и ушёл. Навсегда ушёл.        Разве может такое быть. Увидев всего раз, расстроится настолько сильно, что даже больно? Тэхён помотал головой. Судьбу обмануть всё-равно не получится. Тэхён на эту мысль смеётся. Громко так, заливисто. А потом плачет. От несправедливости. И из-за того, что Чонгук тот, вредный такой. Ким встаёт, разувается, снимает с себя кофту, проходит в свою комнату, укладывается на кровать, притягивая поближе игрушку (Мишку, которого подарил старший брат) и так и засыпает. 

***

      — Тэхён, — рука начинает тормошить плечо парня, вырывая того из мира сновидений, в котором он, задорно смеясь, бегал на берегу моря, в старом добром Пусане, где жила его бабушка, — Тэхён-а. ?       Рука тянется к глазам, потирая их. Взгляд, вначале расфокусированный, после начиная проясняться, цепляется за лицо человека, который его разбудил. Старый добрый старший брат.        — Сокджини-хён, — тянет он, глаза, почему то, снова начинают слезиться. Картинка расплывается.        Тот самый «Сокджини-хён», не ожидая слез, немного теряется, после, быстро притягивая брата к себе. Успокаивающе поглаживая по спине. Тэхён же, стараясь объяснить причину слез, начинает рассказывать сегодняшний день. И про то, что небо голубое было, и что солнышко светило ярко, и что птички пели, и что Чонгук его отверг. Кто такой Чонгук, Сокджин не знает, но, спрашивать не торопится, ждет когда Тэхён сам всё расскажет. Тот, правда, только ещё больше расходиться, и Джин уже терпеть этого Чонгука не может, хотя даже не видел его воочию.        — Ну, солнышко, давай переставай плакать, знаешь сколько у тебя таких Чонгуков будет? — Джин одну руку отводит в сторону, мол «смотри сколько», — найдёшь другого, хочешь?       — Чонгук будет один, только у него второй конец нити будет, — Тэхён шмыгает носом, смотря на руку брата, но немного улыбается, — другого не будет уже.        — Так ты встретил предназначенного? — Парень кивает, — а он ушёл? — Тэхён снова кивает, шмыгая носом, рукой вытирая слёзы с подбородка, боясь запачкать кофту брата, — ой, ну ладно тогда с ним, подумаешь — избранный, — юноша смотрит на старшего, не совсем понимает, как это «ладно с ним», если не ладно? — не обязательно же быть именно с тем, у кого просто такая же ниточка как у тебя, мм? — Тэхён смотрит на брата, слёзы уже не текут, — у меня вон видишь, пара тоже не с ниточкой моей, и что? — Тэхён смотрит, взглядом спрашивая «И что же?» — И ничего, сколько лет живем душа в душу, об истинном даже не вспоминаю, есть он где-то, ну и пусть будет, мне вот и так хорошо, — Джин улыбается, по доброму, притягивает брата ещё ближе, гладя руку тому на голову, поглаживая, — так что давай и ты не раскисай, не будет Чонгука, будет кто-то намного лучше, кто-то, кто в тебе души чаять не будет.        Тэхён неуверенно кивает, куда то в плечо, часто-часто. Дышит неровно, прерывисто, пытаясь восстановиться после потока слёз. Они, кстати, больше не текут. Пока что не текут.        — Я к тебе чего зашел-то, — начинает Джин, слегка отстраняясь от брата, — я тут тебе мяско приготовил, как ты любишь, в духовке запёк, с овощами, — мужчина улыбается, тоже ярко, широко, Тэхён, в ответ на это, тоже улыбается, тоже ярко, — пойдем?       Тэхён отвечает, через улыбку: «пойдем!»       Еда Сокджина всегда вкусная. Еда Сокджина для Тэхёна ещё и наполнена большой любовью. Парень ест за обе щёки, всё ещё улыбаясь. Джин, на это, ласково просит Тэхёна тщательнее пережевывать, гладя по голове. Мысли о неудачной встрече с соулмейтом уходят на второй план.        Сокджин начинает рассказывать про свой день. Он у Тэхёна преподаёт в университете физику. Студенты, как и все, кто встречается с Сокджином, души в нём не чают. Стараются не пропускать пары, хотя, как говорит старший, у многих с физикой натянутые отношение. «Главное, как говорят мне студенты, у них со мной отношения хорошие, а значит и с физикой наладятся». И смеётся так, забавно. Тэхёну нравится слушать о том, как проходит день у брата. Он всегда вставляет какие-то шуточки. Всегда разбавляет скучный рассказ жестами, мимикой. Всегда улыбается. У них, вообще-то, это семейная черта — улыбаться. Всегда ярко, всегда искренне.        Уходит Джин ближе к вечеру, обнимая брата, напоследок, крепко-крепко. Даёт наказ не «плакать», ерошит волосы и, после того как убедился, что все слова были услышаны, уходит. Тэхён обещает брату не расстраиваться. Даже держится весь оставшийся вечер. Засыпает пораньше, всё так же прижимая к себе мишку. Во сне он снова на берегу моря, издалека доносится сладкий запах персикового пирога, который готовила его бабушка. Она тоже там есть, улыбается, смотря как Тэхён, забавно размахивая руками, прыгает около берега, стараясь, чтобы волны не задели его. Смеётся, снова.        Во сне, Тэхён, улыбается. 

***

      — Спасибо за заказ, ваш напиток будет готов через семь минут, — Тэхён вежливо улыбается, протягивая покупателю чек, поворачиваясь после к кофемашине.         Он делает всё быстро, ловкими, заученными движениями. Горячий пар поступает в рожок, а затем, через молотый спрессованный кофе напиток попадает в чашку. Тэхён берет взбитые сливки, рисуя сердечко. Ставит чашку на блюдце, вытирает салфеткой лишнее. Рядом кладет пакетик сахара и ложечку. Дальше, ярко улыбаясь, возвращается к покупателю, ставя на стойку готовый напиток. Получает спасибо и кланяется в ответ. День проходит спокойно.        — Ты сегодня снова до вечера? — Голос раздается сбоку от Кима, тот, повернувшись, видит своего коллегу, который, приближаясь к нему, на ходу надевал фартук. Тэхён кивает.        — Я сегодня до закрытия.        — Отлично, я бы не хотел торчать тут один, если честно, — говорит улыбчивое лицо.        — Юнги-хён, если ты скучаешь по мне, — Тэхён придвигает ближе, кокетливо приподнимая брови, — ты всегда может мне позвонить.        — Я не скучаю, — Юнги старается говорить это как можно серьёзнее,  но на лице предательски расцветает улыбка, от чего юноша рядом начинает смеяться. — ну может немного.        Тэхён собирается сказать о том, как это мило, но тут слышится звон входной двери, и он поворачивается ко входу. Встречая нового покупателя. Улыбка, на секунду, спадает с лица, когда он натыкается на такой же удивленный взгляд напротив. Чонгук. Он, по правде, уже собирается развернуться и уйти, когда его, приобнимая со спины, ведут прямо к  стойке, чтобы сделать заказ.        — Мне пожалуйста американо, — говорит улыбчивый парень рядом с Чонгуком, — а этому суровом мужчине — карамельный латте, — суровый мужчина закатывает глаза, на что улыбчивый парень смеётся.         Тэхён, пытаясь сохранить лицо, печатает чек, выдавливая из себя ту самую вежливую улыбку и обозначая время приготовления. Чонгук избегает смотреть на Кима, от чего-то чувствую себя неудобно. Парень рядом вопросительно смотрит на них обоих, после отводя Чона к столику, по пути спрашивая что произошло.       Ничего. Думает Тэхён. Ничего не произошло.        Он делает кофе человеку, который влюблён в девушку, на котором, также, сейчас висит парень, обхватив руками талию. Вполне себе стандартная ситуация. Думает тот, пока делает кофе. Всё тоже самое: рожок, кофе, сливки. Он рисует не сердечко, звёздочку, но всё так же старательно. Снова натягивает улыбку, пока идёт к столу. Аккуратно ставит кружку рядом с… С кем? С парочкой? С друзьями? С Братьями? Кто они друг другу? На секунду бросает взгляд на Чонгука, тот, почему-то, открывает рот и здоровается:       — Здравствуй, — отвечает Тэхён, выпрямляясь и прижимая поднос к себе ближе. Чонгук думает, что это его привычка, когда он нервничает.        — Это Чимин, — говорит Чон, указывая на парня, — мой друг.        — Меня зовут Тэхён, очень приятно! — Мужчина кланяется, смотря на Чимина, тот улыбается.        — Мне тоже, — он протягивает руку, — мне тоже.        Чимин довольно милый, думает Тэхён. Он улыбается, когда спрашивает о Тэхёне, о том, как они с Чонгуком познакомились. Тэхён молчит, робко смотря на Чона.        — Встретились на улице, недавно, — Чонгук мнется, но потом добавляет, — красная нить привела меня к нему.        Чимин распахивает глаза, прижимая ладошку ко рту, а потом смотрит на Тэхён, сочувствующе так. Тэхён теряется под этим взглядом. Потом его зовёт Юнги, и он очень этому радуется. Прощается с парнями, кланяется и уходит, краем уха улавливая: «Это тот самый, которого ты отшил?»        Да, думает Тэхён, он меня отшил.        К концу смены, людей нет. Потому он, на пару с Юнги, начинает прибираться, потихоньку собираясь домой. Юнги рассказывает о своём недавнем выступлении, отвлекая Тэхёна от ненужных мыслей. Тэхён слушает как старший исполнял свои любимые песни, бегая пальцами по клавишам фортепиано. Как он рассказывает, о том, что рад поступлению в консерваторию и, заодно, приглашает Тэхёна как нибудь посетить его выступление. Тэхён соглашается и благодарит хёна за приглашение.        — Ты ведь, — говорит Юнги, опираясь на швабру, — ещё ни разу не был на моём выступлении? — Тэхён кивает, — ну вот, оно у меня будет через два месяца, заключительное на этом курсе, придёшь?       Тэхён кивает. И ещё раз, и ещё. Он часто-часто кивает, убирая свою швабру и подходя к хёну поближе, чтобы обнять его. Юнги немного удивляется. После улыбаясь и прижимая парня к себе поближе. Тэхён, почему-то, плачет снова. Он вспоминает, как обещал брату не плакать больше, и расстраивается из-за этого ещё сильнее. Юнги лишь сильнее прижимается, руками водя по спине, успокаивая.       «Тише-тише». «Тише-тише». 

***

      — Мне, пожалуйста, двойной американо, — говорит, лучезарно улыбаясь, Чимин. Тэхён теряется.        — Будет готово через семь минут, — Ким печатает чек, краем глаза замечая, что парень его изучает.        — Ты учишься где-то? — Тэхён удивлённо смотрит на парня, тот продолжает, — Выглядишь довольно молодо.        — А, да, учусь, — Ким собирает волю в кулак, улыбаясь, — я на художественном. Тут просто подрабатываю, — Чимин кивает, — а вы?       — Ты, — поправляет его Чимин, — я учусь на политическом, не так интересно как у тебя, но тоже что-то, — Тэхён кивает, улыбается, и вновь возвращает внимание к кофе-машине, — Чонгук, кстати, учиться на вокальном отделение, — Тэхён замирает, — он хороший, на самом деле.        Ким доделывает кофе, ничего не отвечая на фразу про Чонгука. Чимин его понимает, прекрасно.        — Он просто испугался, — парень устраивается поудобнее на стуле около стойки, — просто не ожидал, что спустя двадцать лет гетеросексуальной жизни, судьба его столкнет с парнем, — Тэхён молча подаёт ему чашку кофе, — Спасибо, — Пак  благодарит парня, притягивая чашку поближе, — я его уже отругал за это.        — Спасибо? — Тэхён,  если честно, даже не знает, что на это ответить, поэтому просто благодарит, вежливо улыбаясь.        — Я это не к тому, что меня благодарить надо, я к тому, — Чимин смотрит в глаза Тэхёну, отвечая на его улыбку, — ему нужно время, чтобы принять это, он же теперь знает где ты работаешь, он подойдёт, — Парень вопросительно смотрит на студента с политического «не так интересно, но тоже что-то» и ничего не понимает, о чем и говорит тому, — Я имею в виду, что когда он придет, дай ему шанс, ладно?       Тэхён, так ничего и не понял, но кивнул, мол «да, если придёт, то поговорим». Чимин улыбается. Он просит его номер, потому что «Ты такой хорошенький, я хочу с тобой подружиться». И улыбается.        День, сегодня, ярче, чем вчера.