Связанные красной нитью

      Юнги смотрит в стену, куда уходит красная нить и о чем-то много думает. Чимин сидит рядом и пожимает плечами: «ну да, а что такого». Юнги тоже хочется пожать плечами. На самом деле, в том, что у Чимина может быть соулмейт ничего такого, у него самого тоже имеется. Прикольная такая девчушка, время от времени ещё в кафе к нему заходит, чего-то шутит там, улыбается. Просто, неожиданно было узнать, что соулмейт Пака живёт у него за стенкой.       — Это какая-то проблема для тебя? — Спрашивает Чимин придвигаясь к минововму лицу и носом проводя по щеке. ­­      — Нет, ни в коем случае, — говорит тот в ответ и поворачивает лицо, внимательно изучая глаза напротив. В голове рождается мысль о том, что он хочет узнать человека напротив поближе, вызубрить всё что он любит, чем увлекается. —Хочешь на свидание со мной?       Чимин моргает несколько раз, прежде чем улыбнуться.       — Ты так романтично это предложил, я в шоке. — смеётся Пак, целуя щеку. — Хочу. — целует ещё раз, задерживаясь на несколько секунд. — Очень хочу. — снова припадает губами к щеке, поцелуями прокладывая дорожку к уголку губ. Юнги внимательно следит за действиями Чимина, стараясь дышать как можно реже. — Накорми меня, и приведи куда-нибудь ближе к воде. — Пак достигает губ Мина и целует, посасывая верхнюю губу, слегка царапая ту зубами. — Лучше к морю.       Юнги перестаёт себя сдерживать где-то в промежутке между верхней и нижней губой, кладя руку Чимину на шею и придвигая его к себе ближе, вторую руку укладывая тому на щеку и большим пальцем проводя по скуле.       Чимин еле слышно стонет в рот Мину, руками держась за его талию, хватаясь за кофту. Целовать Юнги одно удовольствие, мелькает в голове у парня, когда поцелуй углубляется. Он приподнимает кофту и руками пробирается под неё, ноготками царапая бока. Юнги, на такое действие, рычит, кусая Чимина за верхнюю губу, тут же её облизывая. Мужчина спускается с поцелуями на шею, перемещаю руки на спину Пака и аккуратно укладывая его на кровать.       Футболка оказывается рядом с кроватью спустя несколько секунд, и Юнги спускается с поцелуями к соскам, кусая один из них и слегка оттягивая. Чимин дышит прерывисто: дыша то слишком часто, то наоборот задерживая дыхание, хватаясь руками за волосы Юнги, слегка их оттягивая.       — Ты такой сладкий. — Шепчет Мин, проводя языком от груди до пупка. — Такой красивый. Юнги смотрит на Чимина снизу вверх, его глаза красиво обрамляют ресницы из-за чего цвет кажется еще более темным и глубоким. Пак смотрит в ответ и наслаждается открывшимся видом.       — Мне нравится то, как ты выглядишь сейчас, — говорит Чимин отчего Юнги ухмыляется. — Я могу смотреть на тебя так почаще.       — А можно? — Чимин приподнимается на локтях, наклоняя голову в бок.       Юнги улыбается и приближается к лицу Пака и коротко целует того в губы.       — Не знаю, посмотрим, как пройдет свидание, вдруг ты резко осознаешь, что я не в твоём вкусе.       — Думаешь осознаю? — Чимин смотрит хитро, прищурив глаза и, так же, как и Юнги ранее, клюёт того в губы.       — Надеюсь, что нет.       Юнги вновь сокращает дистанцию целуя Чимина.

***

      Чонгук просыпается первый, и аккуратно, чтобы не разбудить, потягивается, вытянув руки над головой. Тело приятно побаливает, а в голове возвращаются воспоминания о прошлой ночи. Чон улыбается сам себе, бросая взгляд на мирно спящего Тэхёна. Солнечные лучи красиво ласкают оголенные участки кожи. Ресницы слегка подрагивают в моменте выдоха.       Чонгук встаёт с кровати спустя пять минут, когда его живот урчит в желание что-нибудь перекусить.       Аккуратно перешагнув Тэхёна, парень направляется на изучение дома, чтобы отыскать сначала ванную, а потом уже и кухню.       Ванная комната оказывается совсем рядом со спальней. Небольшая комнатушка в светло-зелёных тонах. Душ вместо ванны и шторка с узором из травы.       «— Как раз в его стиле: чисто и свежо. — думает Чонгук, оглядываясь вокруг».       Чонгук неторопливо чистит зубы, рассматривая в зеркале отражение: растрепанные волосы, шея в красных пятнах и блестящие глаза.       «— Никогда не думал, что буду рад тому, что пересплю с парнем, — Чонгук наклоняет голову вниз, сплевывая зубную пасту из рта. — А тут и глаза светятся и вчера я был вполне себе рад».       Девушка, которую Чонгук показывал Тэхёну месяц тому назад уже давно позабыта. В голове по кругу ходит один худощавый юноша, который, поначалу стесняется всего и улыбается постоянно, а потом наступает ночь и его глаза резко темнеют, улыбка сменяется на усмешку, от чего он становятся ходячим сексуальным желанием.       «— Ханна Монтана какая-то. — В голове вспомнилось, как Ким прижимал его к стене вчера вечером, а потом он возвращается в тот день как увидел его в кафе, и мысли немного путаются».       Чонгук заканчивает с чисткой зубов, ополаскивает лицо и снова возвращается в спальню, чтобы из шкафа, что находится рядом с кроватью, стащить футболку Кима.       Кухня у Тэхёна вся в персиковых тонах: кухонный гарнитур, холодильник, в стиле ретро имеет бежевый оттенок и отлично дополняет кухню. Белые занавески загораживают выход на балкон и довольно неплохой вид на дома напротив.       Чонгук открыл холодильник и сильно удивился, когда увидел кучу разных контейнеров с едой. «Его кто-то кормит?» — первым пришло в голову к Чону, когда он взял первый попавшийся контейнер, на котором было написано — «Разогрей, а потом съешь!»       Однако взгляд упал на полку на дверце холодильника, туда, где расположились яйца и Чонгук улыбнулся. Стоит, все-таки, съесть что полегче.       — Не думал, что ты встанешь так рано, ради того, чтобы стоять у плиты.       Чонгук, погрузившийся в свои мысли, испуганно вздрогнул, от чего Тэхен рассмеялся. Сейчас, вновь посмотрев на Кима, Чон увидел ту самую яркую улыбку, к которой прикипел всей душой. Тэхен стоял в спортивных штанах и ярко-желтой футболке, волосы, так же как и у Чонгука, были растрёпанными.       — Ты встал. — Больше как факт, нежели как вопрос проговорит Чон, снимая с плиты сковородку. — Я как раз закончил с яичницей.       — Пахнет вкусно, — Тэхен пожал плечами и подошел ближе, вставая напротив Чонгука, сразу же протягивая руки к щекам Чона, — надеюсь на вкус будет тоже чудесно.       — Врядли можно испортить что-то столь же лёгкое, — парень улыбается и коротко целует Тэхёна в уголок губ.       — Ты удивишься.       Киму нравилось смотреть на Чонгука. Нравилось видеть как он моргает, как морщит носик, когда о чем-то думает, и как улыбается, когда радуется. Вот сейчас, например, Чонгук широко улыбался, смотря на Тэхёна в упор, глазами изучая его лицо ещё тщательнее, чем делал это ранее.       — Я бы сказал, что хочу смотреть на тебя сильнее, чем есть, однако, мой живот скоро съест себя сам.       Тэхен на это смеётся, запрокидывая голову и отходя назад, пропуская Чонгука к столу.       Завтрак в компании Кима, Чону нравился. Тот знает много всего интересного и, казалось, хочет поделиться этим со всем оставшимся миром. Он говорил про художников, перебегая к литераторам, а потом, словно вскользь упоминал какие-то моменты из своей жизни, от которых у Чонгука вырывался заразительный смех.       Чонгук ушёл спустя полтора часа и сто поцелуев. Тэхен, смотревший в окно, как парень покидает территорию его дома, грустно поджимал губы, хотя глаза его горели счастьем.       От: Тэхени.       «Угадай что?»       Ким направился сообщение Юнги и заблокировал телефон, направляясь в стороны спальни, присаживаясь на, все ещё, разобранную кровать.       Ответ пришёл спустя пять минут.       От: Юнги-хен.       «Судя по тому, что Чонгук сейчас хихикает в трубку Чимину, все прошло замечательно»       От: Тэхени.       «В трубку Чимину?»       «ЧТО?»       «Ты у Чимина?»       «ЧТО?»       Тэхен нахмурил брови и сощурил глаза в ожидание ответа от Мина.       От: Юнги-хен.       «Да, я смотрел с ним фильм, и вот ты пишешь тут»       «А ещё»       «Ты в курсе, что у Чимина есть соулмейт»       Тэхен, на последнее сообщение, неловко посмеялся, представляя каким способом об этом мог узнать Юнги. Но потом, вспомнив, что Намджун живет в соседях от Чонгука с Чимином, засмеялся ещё раз, поджимая губы и вздыхая.       От: Тэхени.       «Ну да»       «Это вроде как Намджун-хен»       «Но у него есть Джини, ты же знаешь»       После последнего сообщение экран загорелся входящим звонком от контакта «Юнги-хен».       — Ты звонишь, чтобы спросить почему я не говорил, так, хен? — Тэхен, сняв звонок, первым делом решил разведать обстановку. На заднем фоне слышался громкий смех Пак Чимина.       — Почему все всегда все знают кроме меня? — Обиженным голосом проговорит Юнги, от чего Тэхен неловко улыбнулся, словно человек на том проводе мог его видеть. — И давно ты в курсе, друг?       — Я бы не сказал, — прошептал Ким. — Может больше недели, может больше двух, тут так сразу и не скажешь.       — Ясно.       На проводе повисла тишина. Чимин что-то пытался сказать Тэхёну, прежде чем Юнги, наскоро попрощавшись, положил трубку. Тэхён ещё долгое время смотрел в экран смартфона, размышляя о прошедших днях в его жизни. Вот он идёт домой после работы, птички поют, трава зеленеет, солнышко ещё светило тогда очень ярко. А вот он стоит на против незнакомого молодого человека и улыбается широко, радостно. Чонгук, в тот момент, был настолько не рад всему этому, что Ким до сих пор не хочет вспоминать его слова.       Тэхён ёжится, вспоминая их первую встречу, откидываясь назад на кровать и накрывая рукой лицо. На губах появляется усмешка и Ким начинает тихо смеяться. Он поворачивается лицом к подушкам, придвигая к себе ту, на которой спал Чонгук, крепко её обнимая. Запах едва уловимый: ягодный шампунь, которым пользуется Чон смешался с запахом лаванды, которым пахнет порошок Тэхёна.       Ким закрывает глаза, вспоминая вчерашний вечер. Светящиеся глаза Чонгука, его звонкий голос, когда он смеётся, и тихий шёпот, когда ему хорошо. Его руки, которые со стороны кажутся грубыми, на самом деле были очень нежными, а губы самыми сладкими на свете. Тэхён, конечно же, утрировал, но в его свете, всё было именно так.       Чонгук, пришедший домой и услышавший странные звуки, доносившиеся из его комнаты, которую он щедро пожертвовал Чимину, несколько секунд стоял столбом, с широко раскрытыми глазами, пытаясь придумать план побега. Всё решилось раньше, чем он успел подумать: Юнги, в какой-то яркой толстовке, вышел в коридор, рукой разминая шею.       — Не ожидал тебя тут увидеть, малец. — Говорит Мин улыбаясь уголком губ, от чего Чонгук снова словно впадает в прострацию.       — Это мой дом.       Юнги понятливо кивает и приближается к выходу, рукой слегка отодвигая Чона с дороги. Парень смотрит на него обескураженно, моргая глазами, пытаясь понять почему его тут не замечают. В коридор, вскоре, вышел и Чимин, облокачиваясь о стену, в начале коридора.       — Чонгуки, — говорит взъерошенное чудо, неловко поправляя футболку, натягивая её как можно ниже, — ты быстро.       — Меня не было сутки. — Чимин кивает головой, соглашаясь с парнем, и тот снова впадает в шок. Если в начале Чимину было неловко, то сейчас он уже вовсю улыбается, смотря на Юнги. — Я вижу, что ты не особо то и скучал по мне.       — Ты тоже эти сутки не обо мне думал, — Пак подмигивает Чонгуку и парень, в который раз за короткий промежуток времени столбенеет. Он же шёл, ну максимум минут тридцать, когда он успели всё разузнать, если сам ничего толком не говорил? Догадались? — До встречи, Юнги-ши. — Сладко говорит Чимин, когда Юнги открывает дверь, чтобы покинуть дом. Мин в ответ так же улыбается и кивает головой, на последок протягивая руку, чтобы потрепать младшего по голове, Чонгук на этот жест улыбается.       — Было приятно тебя видеть хён, теперь можешь идти.       Как только за старшим захлопывается дверь и Чонгук смог полноценно разуться и пройти в дом, Чимин тут же прилипает к его руке.       — Я хочу слышать всё!       Чонгук громко смеётся, когда начинает рассказывать момент, когда только подъехал, а потом все время широко улыбается. Чимин слушает внимательно, кивает часто и тоже улыбается. Чон светится во время того, когда рассказывает о поцелуе, и краснеет, когда говорит, что после они поехали к Тэхёну. Чимин поджимает губы, чтобы не рассмеяться, и притягивает Чонгука ближе, чтобы обнять.       — Ты ж мой маленький Гугу, — Чонгук, которого назвали Гугу, сощурил глаза, руками упираясь в грудь Чимину и стараясь того отодвинуть.       — Какой к чёрту Гугу? —Чимин, в своём желание обнять Чонгука, всё-таки преуспел, укладывая свой подбородок тому на плечо. — Всё прошло хорошо, в любом случае.       — Я рад, правда.

***

      Юнги смотрел на машину, которую не трогал вот уже три месяца. Та покрылась слоем пыли, и белый цвет стал заметно темнее. Из вариантов было либо намыть самому, либо отвезти её в автомойку. Между тратой времени и денег, Мин пришёл к выводу, что пара тысяч вон не сделает ему погоды, если машину намоют люди, которые умеют и делают это хорошо.       Мужчина отвёз машину на мойку и направился на работу, пытаясь прожить этот день с мыслями о том, куда можно отвезти Чимина. Постоянно заходившие посетители толкали парня с одной мысли на другую. Например: парень в ярко-салатовой рубашке и соломенной шляпе, сподвигнул Юнги подумать о горах. Однако, мысль о том, что нужно будет подниматься куда-то высоко, да ещё и в жаркую погоду тут же затмили все плюсы данного времяпровождения. Девушка с яркой улыбкой и в желтом сарафане натолкнула Юнги на мысль о том, что нужно отвезти его куда-нибудь, где много солнца, чтобы можно было подольше погулять. Однако, там, где солнце, там же и солнечный удар, и перед глазами Мина тут же появилась картина, как их с Чимином свидание заканчивается неотложкой и мигалками скорой помощи. Однако, когда в помещение зашла семья с ребенком в нежно-голубом комбинезоне, Юнги вспомнил, как Пак говорил про то, что хотел бы съездить на море.       Перед глазами нарисовался пляж в Пусане, куда он в детстве ездил с родителями. Небольшой уголок, вдали от людей с очень живописной природой и большим деревом, сквозь которых просачивается солнечный свет.       День начал проходить спокойнее, когда Юнги распланировал свидание. В голове, то и дело, появлялись образы счастливого парня, который, широко улыбаясь, обнимал мужчину.       Юнги заехал за Чимином в районе двенадцати, чтобы успеть доехать до Пусана до темноты.       Пак вышел из подъезда в приподнятом настроении. На нём были черные джинсы с порванными коленками, которые красиво обтягивали стройные ноги, белый свитшот, спереди заправленный в джинсы и пальто в руках. В целом: Чимин выглядел потрясающе.       Юнги вышел из машины, спеша открыть Чимину дверь.       — Ты сегодня в рубашке. — Чимину окидывает Юнги взглядом и улыбается. — Тебе идёт.       — Ты красиво выглядишь, — Мин открывает дверь и жестом приглашает Чимина сесть, — я придумал, куда мы с тобой поедем, так что приготовься к долгой дороге.        — Звучит уже здорово, — Чимин тихо смеётся, усаживаясь на пассажирское сидение.       Юнги быстро обходит машину и садится за руль, пристёгивая ремень безопасности.       — Смотри, — начинает он, поворачивая ключ зажигания, — позади есть пакет, к них есть перекус на дорогу, можешь выбрать что-то, что придётся по вкусу. — Чимин поворачивается, оглядываясь на задние сидения и, увидев пакет, кивает. — Музыку хочешь сам поставить?       Чимин кивает часто, доставая смартфон из кармана джинсов. У него, для таких моментов есть подготовленный плейлист. Юнги тыкает на панель, включая блютуз, чтобы парень мог подключиться.       — Есть какие-то предпочтения? — Спрашивает Чимин, смотря на список песен и выбирая, что включить первым.       — Я послушаю то, что нравится тебе. — Прокрутив в голове то, что хочет больше узнать Чимина, решает предоставить выбор ему.       — Тогда, включим то, под что можно громко подпевать.       С первых нот Мин узнал песню, улыбаясь, выбору. В меру громкая, в меру суетливая песня, которая одним своим существованием дарила некую радость.       — You could lift you up, — начинает Чимин, и Юнги быстро подхватывает, пропевая следующую строчку, вместе с ним.       — I could show you what you want to see, and take you where you want to be.       Юнги подпевает больше Чимину, нежели песне. Голос первого звучит так сладко, когда он быстро проговаривает строчки. Пак пританцовывает руками на куплете, качает головой из стороны в сторону и широко улыбается.       — I could show you love, — продолжает Чимин, чуть выше основной мелодии, — In a tidal wave of mystery, you’ll still be standing next to me.       — You could be my luck, — Юнги пропевает последнюю строчку сам, Чимин внимательно слушает. — if we’re six feet underground, I know that we’ll be safe and sound.       Юнги широко улыбается, когда песня заканчивается и Чимин аплодирует.       — Мне нравится твой голос, — говорит Мин, спустя еще пару песен, которым Чимин так же активно подпевает, — я думаю, что все, кто его слышал — влюблялись в него.       — Ты мне льстишь, — Чимин отворачивается к окну, чтобы скрыть румянец на щеках.       — Вовсе нет, я вот уже.       Поездка от Сеула до Пусана заняла чуть больше четырех часов, за время которых Чимин успел спеть круг тридцати песен от веселых и задорных, до грустных меланхоличный, на которых нужно особенно тянуть голос (честно говоря, Чимину понравился комплимент от Юнги, поэтому песни он выбирал те, которых был уверен на сто процентов).       Мин Юнги припарковал машину недалеко от моря, вставая рядом с выходом на пляж, ставя машину на парковку.       — Так, — Юнги повторяет те же действия, которые делал при встрече с Чимином сегодня: обходит машину, открывает дверь, подаёт руку и улыбается. — У нас с тобой по плану небольшая прогулка и обед.       — Веди меня, я готов, — Пак кивает головой и вместе с Юнги идет к багажнику.       Мин достает еще два пакета, в одном из которых виднеется плед. Краем глаза мужчина замечает удивлённый взгляд Чимина и хитро улыбается, пожимая плечами.       — Это сюрприз.       Дорога до того самого места занимает пятнадцать минут, если идти быстрым шагом. Однако Мин Юнги торопится не хотел, поэтому, кивнув Чимину в сторону выхода на пляж, направляясь тихим, спокойным шагом.       По дороге, Юнги расспрашивал парня о его вкусах, узнавая всё больше и больше нового. Узнал о том, что Чимину нравится искусство и мелодрамы о настоящей любви: он посвятил целую речь дневнику памяти. Узнал про детство и о том, как они познакомились с Чонгуком. Говорил о том, что ему нравится дождь и, что он не особо любит жару, поэтому в особо жаркие дни предпочитает оставаться дома, заперевшись с мороженным в комнате и смотреть какой-нибудь сериал. Юнги смеётся, когда Чимин рассказывает про встречу с Намджуном, и ещё больше смеётся, когда он рассказывает про первое свидание Чонгука с Тэхёном.       — Здесь так красиво! — Первое, что говорит Чимин, когда они приходят на место.       — Мы часто приезжали сюда с семьёй, — рассказывает Юнги расстилая плед. — И пока наши родители были на основном пляже, мы с братом, так как не очень сильно любим толпу, убегали подальше, до тех пор, пока не наткнулись на этот уголок пусанского пляжа.       — Когда ты был здесь последний раз? — Чимин подходит ближе и помогает Мину выложить из пакета продукты.       — Может два, может три года назад, — Юнги пожимает плечами, — как только хён женился, он ездил сюда уже со своей семьёй, я не решился напрашиваться.       — Ну, теперь ты можешь брать меня с собой, — как только парни достали контейнеры, Чимин уселся на плед, оставляя обувь на песке, а ноги подгибая под себя. Юнги, на комментарий Пака улыбается широко и кивает.       — Это радует.       Ветер, ближе к вечеру, понемногу расходился, из-за чего дерево, под которым они сидели, шумно шевелило ветвями. Небо окрасилось в серые оттенки из-за облаков, и Юнги, на всякий случай, посмотрел ожидается ли сегодня дождь: телефон упорно показывал «солнечно».       Чимин включил музыку, пока они разговаривали, чтобы на фоне было что-то мелодичное и тягучее. И пока Дэвид Кушнер пел про то, что он «Mr. Forgettable», Юнги внимательно слушал рассказы Чимина о его жизни, так же рассказывая ему о своей.       — И вот в день, когда я смотрел на то, что делаю, — говорит Юнги, рассказывая о своей работе, — я решил, что кофейня это именно то, чем я хочу заниматься.       — Та кофейня твоя? — Чимин садится настолько ровно, насколько позволяет осанка и внимательно смотрит на Юнги, тот пожимает плечами. — Почему же ты стоишь за кассой?       — В чём смысл мечтать открыть кофейню, если всё, что ты делаешь — это следишь за бумажками? — Чимин качает головой «не знаю». — Смотри, первой моей мыслью было то, что я хочу создать что-то, что будет радовать людей, а второй было то, что я хочу быть тем, кто их радует. Поэтому я, так же как и мои сотрудники, вписал себя в график меняясь между Минхёком и Тэхёном.       — Вау, — только и говорит Чимин, поворачиваясь к морю и следя за волнами, которые то и дело омывают берег.       — Думаю, — продолжает Юнги, — я просто люблю то, чем занимаюсь.       — Это здорово, правда, хен, это очень здорово.       Чимин улыбается, когда Юнги продолжает рассказывать про кофейню, было видно, что мин действительно влюблён в то, что он делает. Чимину нравилась эта его черта: относится с особым трепетом к дорогим его сердцу вещам. Пак поймал себя на мысли, что тоже хочет стать дорогим сердцу человеком, чтобы Юнги так же рассказывал и о нём, говоря с кем-либо.       Время за разговорами стремительно летело к ночи. Солнце, заходящее за горизонт, наплывшие тучи окрасились в разные цвета. Песня сменилась на «Body Talk» от Jvmie. Под красивый голос, смотреть на Юнги, чей взгляд был устремлен вперед было сплошным наслаждением. Острая линия челюсти, аккуратный небольшой нос, длинные, пушистые ресницы.       Чимин приближает лицо ближе к Юнги, утыкаясь носом в шею и втягивая запах. Вкусно. Мин задерживает дыхание, слегка наклоняясь в сторону к Чимину.       Пак руками тянется к Юнги, прижимая его к себе ближе, вдыхая запах глубже, наслаждаясь. Мин дышать загнанно, сердце внутри колотится быстро. Припев песни разгоняется и Чимин тянется к губам Юнги, сразу же языком проскальзывая внутрь, изучая.       Мужчина отвечает на поцелуй сразу же, руками усаживая Чимина к себе на колени. Ветер, который расходится, приятно холодит разгоряченную кожу. Чимин перекидывает ногу через Юнги, полностью садясь на его бёдра, и снова тянется за поцелуем.       — Ты такой… — Пак пытается подобрать эпитеты, но подходящих слов не находит, поэтому проговаривает все, что знает. — прекрасный, волшебный, потрясающий.       Юнги тихо стонет от голоса Чимина, который шепчет ему комплименты между поцелуями, руками спускаясь к бёдрам, поглаживая рельефы мышц.       Чимин ловко расстёгивает пуговицы на рубашке, наконец-то прислоняясь руками к обнаженной груди, с восторгом смотря на бледную кожу. Взгляд метается от соблазнительной шеи к пупку и обратно.Парень наклоняется ниже, засасывая кожу около кадыка.       — Ах…       Юнги шумно выдыхает, перемещая свои руки на ягодицы и сжимая их. Чимин, тем временем, спускается ниже. Ветер путает волосы, поэтому он поправляет их ладошкой, откидывая, при этом, голову назад. Мина от такого Чимина ведёт. Он приподнимается, перемещая руки на спину юноше и притягивая его к себе, целуя с такой страстью, на которую только может быть способен. Оттягивает нижнюю губу зубами, глаза не закрывает и смотрит прямо в глаза Чимина, которые темнее чем ночь.       — Юнги~я, — шепчет Чимин, — ты такой замечательней.       Говорит парень и вновь углубляет поцелуй. Руками спускаясь ниже к ширинке, расстёгивая на ней молнию.       — В пакете, внизу, — хрипло говорит Юнги, рукой указывая на пакет, что лежит рядом с пледом.       — А ты подготовленный, — усмехается Чимин и тянется к пакеты, выуживая оттуда пачку презервативов и смазку.       — Я. Я предполагал, что такое может быть.       Чимин укладывает предметы рядом, и снова возвращается к поцелуям. Спускаясь от губ к шее, и обратно.       Чимин возвращается к молнии спустя пять поцелуев, стягивая с Юнги штаны и белье и откладывая на дальнюю часть пледа, повторяя те же действия и со своими штанами и бельём.       — Я давно этим не занимался, — говорит Чимин, наливая смазку на свои руки, — поэтому подготовка может занять какое-то время.       — Я хочу помочь, — говорит Юнги и тянет руки к тюбику в руках Пака, тот же, хитро улыбаясь, не даёт забрать.       — Лежи и наслаждайся тем, что видишь.       — Господи. — Юнги простанывает это слово, от чего Чимин смеётся.       — Думаю, что буду получше.       Обильно смазав пальцы, Чимин тянется рукой к заднему проходу, аккуратно нажимая на дырочку, и проталкиваясь первый палец. Пак заламывает брови и прикусывает губу: Юнги снизу просто умирает. Его член уже больно стоит, а свободная рука Чимина неспешна надурачившиеся, повторяя тот же темп с пальцами внутри себя. Мин укладывает руки на талию Чимина, фиксируя того на месте.       — Нравится? — спрашивает Чимин, прикусывая нижнюю губу.       — Черт, конечно нравится, — то, что видит Юнги, можно списать на сон, — ты бы видел себя сейчас. Ты просто прекрасен.       — Тогда приготовься, потому что я хочу, чтобы ты сейчас меня трахнул, вместе со всем тем, что ты хочешь мне сказать, — Чимин облизывает губы, когда вынимает пальца и берет в руки презерватив, — так что я хочу слышать это все.       — Я умру сразу же, как только войду в тебя!       Пак смеётся, смотря на Юнги. Тот выглядит зачарованным, следя за тем, как парень приподнимает бедра и, помогая себе рукой, усаживается на член Мина.       Губы Чимина складываются в букву «о». Он громко, не сдерживая себя, стонет.       Юнги опускает свои руки на руки Пака и укладывает те, себе на грудь, говоря о том, чтобы тот держался. После он возвращает руки на бёдра, и аккуратно приподнимает того, сразу же опуская обратно.       — Такой красивый. — говорит он, делая первый толчок.       — Такой нежный. — говорит Юнги делая второй толчок, уже более интенсивный чем первый.       — Такой волшебный, — говорит Юнги, ускоряя темп, отчего Чимин закидывает голову назад. Из его рта вырываются громкие, высокие стоны. И у Юнги перед глазами разворачивается настолько развратная картина, что рассудок теряется.       — Смотри на меня, Чимин, не отводи взгляд.       Пак глазами находит глаза Юнги, и старается удерживать зрительный контакт, так же приподнимая бёдра, и возвращая их назад.       — Да, — хрипит Мин, сильнее впиваясь пальцами в бёдра юноши, — вот так, смотри на меня, только на меня.       — Хорошо, хен.       Движения Мина быстрые, однако он старается следить за спектром эмоций на лице Чимина, чтобы, ненароком, не сделает ему больно.       Чувствуют скорую разрядку, Юнги одной рукой тянется к члену Чимина, двигая рукой в такт своим движениям. В уголках глаз у Пака появляются слёзы, и он наклоняется ниже, целуя Юнги, языком проходясь по нижней губе, а после по языке, беря того в свой роти посасывая.       Кончают они почти одновременно: сначала Юнги, а вслед за ним, спустя пару движений и Чимин. Пак аккуратно слезает с Юнги и ложится рядом, тяжело дыша.       — Вид, здесь, живописный такой.       Мин, повернув голову к Чимину, тихо смеётся, целуя того в щеку.       — Ты прав, — отвечает Юнги, — ты абсолютно прав.