Moon Child

      Ректор вышел на подъемник и, постучав в микрофон, начал говорить: — Поскольку скоро День рождение декана факультета культуры и искусств, и после он уходит на пенсию, студенты нашего многоуважаемого университета должны будут играть свои роли на протяжении трёх недель. А какие будут роли, вы узнаете сами. — мужчина протянул коробку с бумажками. — Играть нужно честно. Чем правдоподобнее, тем лучше. Некоторые ученики были не в восторге, кому-то было все равно, а кто-то с радостью похлопал. — Учителю драматургии будет очень приятно, что его ученики приготовят ему такой сюрприз. Студенты по одному выстроились в очередь к мужчине, чтобы взять свой клочок бумаги. Это длилось чуть ли не больше часа. Децзюнь нервно посмотрел на Джено. Его ладони вспотели. Ли в ответ неловко улыбнулся, намекая на то, что после этого им нужно поговорить. — Что там у тебя? — спросил Ренджун, заглядывая к Сяо, но тот сорвался с места и подошел к Джено. — Ну что? — гладил по плечу омегу альфа. — Джено, я попал. Капитально. — Цзюнь повернул бумажку, и вампир смог увидеть надпись: «Молодой отец». — У меня не лучше. Я вампир. — Складывается такое впечатление, будто мы играем свои настоящие роли. — омега закатил глаза и сложил руки на груди, обдумывая ситуацию. — Приведи Эрика в школу. — Это слишком рискованно. — прикусил губу молодой человек, но понимал, что по другому сыграть эту роль не получится. — А мне не нужно надевать пластиковые зубы вампира. — пошутил Джено, касаясь пальцами своих настоящих клыков. — Джено, сейчас не время для шуток. — Прости, малыш. Децзюнь с Эриком вернулись домой. Дядя Тэен уже накрыл на стол и поставил испеченный картофель. Мальчик захлопал в ладошки, радуясь, что сейчас будет кушать, тем самым заставляя Сяо улыбнуться. Как вдруг прозвучал стук в дверь. Старший омега пошел в коридор, чтобы посмотреть, кто же к ним пожаловал. Как только Ли открыл дверь, он увидел перед собой блондина, который, как будто, собрался в поход. — Здравствуйте. — Здравствуйте. — незнакомец говорил с французским акцентом. — Я заблудился, поэтому решил поискать укромное местечко, чтобы перекусить и немного передохнуть… Тэен прищурился, будто чего-то ожидая от этого мужчины. Но через несколько минут понял, что нет смысла об этом задумываться, так что впустил. — Проходите прямо по коридору на право. Мы как раз таки сейчас обедаем. Омега провел гостя на кухню, где две пары глаз уставились на блондина. — Садитесь. Чувствуйте себя как дома. *** Джехен стоял перед зеркалом и прихорашивался. На нем была белая футболка, поверх которой накинута охотничья куртка, обыкновенные джинсы и кроссовки. Мужчина накинул на плечи большой рюкзак, а затем, став ближе к зеркалу и сделав оскал, провел рукой перед лицом так, чтоб оно изменилось. Мужчина стал златовласым французом. Обратившись в летучую мышь, вылетел из открытого окна и полетел к недалеко расположенному дому. Там он стал человекообразным и, прочистив горло, ещё раз прорепетировал свою речь, добавляя французский акцент. Постучал в дверь и стал ожидать. Дверь открылась и перед ним появился мужчина лет сорока. Он кутался в вязаный кардиган и вопросительно смотрел на незнакомца. — Здравствуйте. — Здравствуйте. Я заблудился, поэтому решил поискать укромное местечко чтобы перекусить и немного передохнуть… Тэён пропустил его внутрь. Джехён начал рассматривать интерьер, который показался ему слишком бедным и унылым. Кажется, эта семейка не славилась богатством. Мужчина провел его на кухню, где вампир увидел однокурсника своего сына и маленького мальчика. — Чувствуете себя как дома. Джехён поклонился и наложил на тарелку небольшое количество картошки с салатом. Как ни как, а подавать вид, что ты упырь, нельзя. — Можно мне воды, пожалуйста. — попросил француз. А пока Тэён пошёл налить в стакан жидкость, Чон воспользовался возможностью рассмотреть Сяоцзюня и Эрика. Парень не обращал на него внимание, поедая вкусную еду, а вот ребёнок пристально взглянул на незнакомца. Мужчина улыбнулся ему и положил в рот кусочек картошки, еле пережёвывая. — Держите. — Тэён протянул стакан. — Спасибо. Вампир продолжил смотреть на мальчика, как он неуклюже насаживал вилку на испечённый овощ. — Рики, ежь аккуратно. — нежно попросил Сяо, гладя сына по голове. — Какой милый у вас мальчик. — обратился Джехён, засматриваясь на личико Эрика. Тот нахмурился и положил еду в ротик. Цзюнь неловко улыбнулся и переглянулся с дядей Тэёном. — Очень вкусно. — соврал вампир, притворно улыбаясь Тэёну. — Папа, я хочу ещё. — неожиданно сказал малыш, кладя вилку рядом с тарелкой и смотря на парня. Децзюнь окаменел, но решил не подавать виду, что он нервничает, поэтому просто наложил сыну ещё. От услышанного у Джехёна едва поднялись брови, и он мысленно ухмыльнулся. «Вот оно что». Коснулся своего кармана, где лежало несколько зубиков чеснока. У мужчины работала хорошая защита от чеснока, но вот у малыша нет. Ребенок начал кашлять, а на глазах появились слёзы. Тэён подорвался и подбежал к мальчику, поднимая на руки. Он дал ему стакан воды и какую-то таблетку. Затем неодобрительно взглянул на незнакомца. — Здесь пахнет чесноком. Он отходит…от вас. — Тэён заволновался, успокаивая Эрика. — А…простите, я просто очень люблю чеснок. Съел один перед походом. Извините. — Ничего. — тяжело выдохнул старший омега. Внезапно Джехён уловил на себе суровый взгляд Децзюня. — У вас такой красивый сыночек. Ваша копия. — успел притворно улыбнуться и положить в рот последний кусочек картошки. Изящно отложив вилку с ножом, встал. — Спасибо за ужин, мне было приятно побывать в вашем кругу. Вы очень добродушные люди. До свидания. Подобрал рюкзак и вышел на улицу. Как раз таки на улице Джехён сменил выражение лица на серьезное. — Чёртовы людишки…а этот омега паршиво готовит, меня сейчас вырвет. С тем малявкой стоит быть аккуратнее и с его батей тоже, уж больно он противен. Но зато я на шаг ближе к раскрытию этой тайны.

***

Проснувшись утром, Чону почувствовал лёгкую боль на теле. Хотя он не был пьян, но едва помнил, что было той ночью. Парень подошёл к зеркалу и увидел на себе красные засосы и укусы. Омега подметил, что чувствует себя как-то по-другому. Легче, что ли. Юноша накидывает атласный халат и видит, что из кармана выпал кусочек бумаги. Раскрыв его, увидел номер телефона и имя «Юкхэй». Чону ухмыляется, направляясь к мусорной корзине, но в какой-то момент передумывает выкидывать. Что-то его сдерживает. Бумажку он кладет обратно в карман и спускается на первый этаж. Родителей, как всегда, дома не наблюдается. Желудок непривычно скручивает и Ким тянется к холодильнику, чтобы достать оттуда ризотто, приготовленное слугами пару часов назад. Достал блюдо из микроволновки и начал есть. Медленно пережёвывая, понимал, что к нему приходит память и он постепенно вспоминает моменты прошлой ночи. «— Дяденька, сделайте меня вампиром». Чону зашипел, мысленно матерясь. В его голове остался образ Лукаса, его накачанный торс, большие плечи, невероятно красивое лицо и большой член. Все как Чону любит. Парень подавился, осознавая, о чем сейчас думает. — Какого чёрта этот выродок делает у меня в голове?! Небось чем-то зацепил…да никогда в жизни! Юноша съел уже добрую половину порции, как вдруг понял, что его желудок сильнее скручивает и он всё ещё чувствует голод. Омега бежит к раковине и его выворачивает наизнанку, он выплевывает остатки пищи, чувствуя неприятный привкус. — Блять. — вытирает рот рукой, дыхание сбивается. Хлопает себя по бёдрам, опускает руку в карман и достает оттуда свёрток бумаги. Набирает номер телефона и оставляет контакты. — Хм, — скалится, — может, притвориться добреньким придурком, чтобы подцепить очередного богатенького идиота? Рассматривает гостиную, что была связана с кухней и столовой, чей интерьер напоминал стиль модернизма. Звучит смешок и Чону набирает что-то в своем айфоне. — Мне то, по факту, деньги не нужны, но скажу, что живу за счёт родителей. Он точно поверит…дурачок.

***

Лукас приземляется на высокий стул на кухне, вертит в руках кружку кофе. Мужчина чувствует, как телефон в его заднем кармане жужжит. Достает его и видит сообщение от незнакомого человека. Из ванной выходит Джехён, вытирая рукой лицо и болезненно смотря на брата. На нем ещё была та одежда, которую он одевал для образа, но лицо было свое. Мужчина чувствовал себя очень плохо, поэтому просто поднялся на второй этаж. Юкхэй вернулся к телефону, открывая сообщение.

unknown: Дяденька, я чувствую себя очень плохо. Что мне делать?

Lulu: Давай встретимся в центральном парке возле входа. Лукас видит омегу, одетого в легкое костюмное платье и подходит. — Юкхэй, я не знаю что делать! Мне слишком плохо. — кричит рыжий, цепляясь за руку альфы. Все окружающие слышат его вопли и перешептываются. — Для начала, успокойся. Давай присядем. Мужчина ведёт его к ближайшей скамейке, касаясь худой талии. Чону смотрел на вампира полными жалости глазами, всё ещё переплетая пальцы вместе с его. — Пока у тебя начальная стадия вампиризма, старайся как можно меньше употреблять пищи. — Но так я умру с голоду! — На смену еде приходит жидкость. Будь то вода, кофе или чай. Лучше всего, конечно же, кровь, но пока тебе будет достаточно красных напитков, например, гранатовый сок, фруктовый чай… — Вино. — в надежде подметил омега, смотря на Лукаса снизу вверх. — Хороший вариант, но лучше не злоупотреблять. Чону про себя закатил глаза. Он потянулся в кожаную сумочку взять сигарету. Его руки дрожали. — Будешь? — протянул Юкхэю, на что тот отодвинул тонкую кисть парня и ответил: — Я не курю. Ким пожал плечами, проговаривая про себя «Ну как хочешь». — Твой организм постепенно будет охлаждаться, это норма. И ещё. Ты будешь меньше спать и это тоже нормально. Омега захныкал, отворачиваясь и делая затяжку. Юкхэй тем временем внимательно вглядывался в острые скулы Чону, смотрел на его пухлые губы, которые так и манили ещё раз поцеловать и тонкие кисти рук, что мужчина был годен искусать прямо здесь на людях Он понимал, что уже послезавтра уезжает в Китай домой и ему будет трудно справится с прощанием. Вампир очень не хочет его покидать, уж больно глубоко засел в его сердце этот юноша. Лукас тяжело вздыхает и трет ладони друг о друга, продолжая смотреть на обвивающие окурок красные губы. — Да выкинь ты эту дрянь! — альфа не выдерживает, забирает сигарету и тянется через парня к мусорке. Чону резко к нему поворачивается и чувствует прикосновение чужих губ. И он не отстраняется. Улыбается в поцелуй и вовлекает сильнее, обнимая шею Вона худыми руками. — Чону, прости…но это долго продолжаться не может. Скоро я уезжаю домой, и наши пути разойдутся. Так что советую тебе меня забыть. — Лукас встаёт и отворачивается в сторону ветра. Ким незаметно скользит ладонью по лавочке, поднимаясь к холодной руке Лукаса. В его каштановых глазах блестят слёзы и он умоляюще смотрит на стоящего мужчину. — Юкхэй, нет. Я без тебя не смогу. Я без тебя не справлюсь…прошу, останься. Ради меня. Именно такие слова давили на мозг вампира и ему становилось ещё больнее и сложнее принять решение. — Но я же тебе сейчас практически все рассказал. — прямо отрубил брюнет. — Лукас! — Чону снова цепляется за рукав пиджака, не давая вампиру сделать шаг вперёд. Он рыдает, шмыгая носом и что-то мямлит себе под нос. — Извини, Чону. Но моя семья важнее для меня. Я верю в то, что ты сам справишься. Ты ведь вовсе не глупый мальчик. Вон напоследок гладит рыжую макушку плачущего омеги и уходит, оставляя парня дрожат в истеричном гневе. *** — Эрик, малыш! — зовёт Сяоцзюнь сына из гостиной, раскладывая вещи на диване. По паркету слышен стук тапочек и в комнату забегает четырехлетний ребенок, садясь на диван и вопросительно смотря на парня. — Что такое, папочка? Сяо улыбается и тянет перед собой белую недавно утюженную рубашку, отвечает на вопрос. — Пойдёшь сегодня со мной в университет? — Почему? — Будешь играть моего сына. — Но папа… — опускает голову мальчик, заливаясь краской и вспоминая, как опозорился перед воспитателем. — Не волнуйся, малыш. Другие подумают, что это постанова. От этих слов Рики засиял улыбаясь. Ему не доставалось два передних зуба. — Но Рики, будь осторожен, ладно? — взъерошивает отросшие волосы мальчика. — Не переигрывай. — Так мне можно называть тебя папой? Децзюнь беззвучно кивает и переодевает домашнюю майку на белую рубашку. — Но Джено отцом в школе называть ты не имеешь право. Эрик нахмурился и сложил крошечные ручки на пузике. — Ты всё ещё обижен на него? — Сяо садится рядом с сыном, обнимая того за спину. Видит тихий кивок и поджимает губы. — Но он извинился. Он очень тебя любит и скучает. — Я не верю. Я хочу, чтобы ты иглался со мной. Не с ним. — плачет ребёнок, глядя на взволнованного папу. Его губы по-детски дрожат, а капли слез оставляют следы на недавно купленной пижаме. — Мой мальчик, мое ты сокровище… –Ты любишь его больше чем меня! Такие слова задевают Децзюня, он резко вцепляется пальцами в плечи сына, притягивая к себе и обнимая. — Больше так не говори, понял? Не делай папе больно, малыш. Я вас обоих очень сильно люблю и не хочу терять, услышал? — омега вытирает большим пальцем мокрые щеки Эрика, заглядывая тому в блестящие глаза. — Прости, папочка. — обнимает парня первоклассник, и тут же добавляет. — На самом деле, я тоже люблю отца Джено. Сяо удивлённо смотрит на сына и слегка улыбается. — Мне стыдно, за то, что я обижался на него. — Ты же знаешь, что и я и он тебя простим. Ты самый яркий лучик солнца, что появлялся в нашей жизни.

***

Прислуга, держа алюминиевый поднос, подходит к длинному столу. Он наставляет бокалы и видит вампиров, что кланяются ему. Джено тянется за прибором, смотря что-то в телефоне. Делает последний глоток и говорит: — Я ушёл. — встал со стула, поправляя бархатную бордовую жилетку с белой рубашкой. Отец с братом лишь сопровождают его взглядом и продолжают наслаждаться напитком. Винвин медленно отпивает кровь с бокала, ложа руку на округлившийся живот. Он думает о том, чтобы Юта поскорей вернулся. Находится в обществе отца не очень-то приятно. Джехён пристально смотрел на старшего сына, сомкнул руки и подставил их себе под подбородок. Потянулся в карман и достал оттуда лист бумаги. Недолго шурша им, открыл его и протянул к Винвину. Тот нехотя оторвался от бокала. — Ты знаком с этим парнем? Сычен сжался от страха, но решил не подавать виду и произнес: — Всё что я знаю, это то, что он одногруппник Джено. — Не ври мне! — резко хлопнул ладонью по столу Чон, от чего бокал Винвина пошатнулся и упал. Кровь расплылась темным пятном по белой скатерти. — Я же вижу, что ты что-то скрываешь! — рявкнул вампир, вставая. Он ухватил стеклянную вазу с розами и кинул ее в стенку. — Говори мне всё, иначе я применю жесткие меры наказания. Винвин сглотнул, обнимая живот. На глазах появились капельки слез, но язык не поворачивался что-либо говорить. — Блядь, не беси меня! — Джехён подходит вплотную, хватая сына за горло и сжимая его. Омега даже не пытается сопротивляться. За столько лет он уже привык к насилию со стороны отца, к его помыканию. Взрослый притянул к себе младшего, пихая на стол и жестко нагибая. Нагнувшись к нему, убирает локон волос за ухо и шепчет: — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Мужчина резко срывает трусы под халатом и тут же втирается всем телом к нему. Винвин сдерживает слёзы и сглатывает, придерживаясь за окровавленную скатерть. Тут же чувствует резкую боль и сильнее сжимает ткань. Сколько бы вампир не говорил отцу остановится, тот его не слушал. Его постигает невыносимая боль и он сдается, не выдержав. — Отец! Остановитесь! — скулил омега. В ответ Джехён лишь прорычал и добавил скорости. — Ладно… — выдыхает младший вампир. — Я скажу. Только прошу, прекратите! Мысленно Сычен извинялся перед братом и тем маленьким мальчиком, которому он когда-то помог. Джехён остановился и отошёл от сына. Застегнул ширинку брюк и вальяжно вернулся на своё место, усаживаясь и пристально смотря на Винвина. Тот не спеша натянул нижнее белье и аккуратно сел. С его глаз капали слёзы, что ещё больше взбесило мужчину. — Ты ещё не устал реветь? Выкладывай! Омега всхлипнул и открыл рот, что выдавить из себя хоть что-то. — Это Сяоцзюнь… — снова всхлипнул. — А этот бастард? Кто он? — Я не знаю! — Хочешь, чтобы я повторил?! Кто он?! — Сын…сын Джено. Эти слова потрясли Джехёна и он удивлённо осмотрел вампира, сидящего напротив. — Мхм, вот оно как. — сложил руки и откинулся на кресле. На его лице заиграл азарт, и мужчина ухмыльнулся. — Почему ты просто не убил меня? — не выдержал Сычен. — Почему издеваешься и делаешь из меня морального урода? — вампир видел, как взрослый предательски молчит, не отрывая от него глаз. — Все из-за папы, верно? — Сычен едва ухмыляется и смеется сквозь слезы. — Не ввязывай сюда моего мужа. — шепотом произнес мужчина. Винвин быстро вышел из-за стола и побежал в свою комнату.