Четыре Великих Бедствия

Меня уже давно сьедают мысли о четырёх демонах из небожителей. Да, о тех самых четырёх бедствиях. Поэтому я решил, что пора прояснить всё для всех и разобрать их по кусочкам. Для начала, имена и прозвища. В новелле Мосян 4 Великих Бедствия, они же непревзойдённые демоны, что считается самым высшим рангом, но, как говорила Лин Вэнь, одного из них приписали туда просто для количества, ведь: «Четверых запомнить легче, чем троих.» Итак, у нас есть: 1. Хуа Чэн, он же Собиратель Цветов под Кровавым Дождём. 2. Хэ Сюань, известный как Черновод. 3. Безликий Бай или же Белое Бедствие. 4. А также Ци Жун, Лазурный фонарь, плывущий в ночи. Начнём, пожалуй, с Собирателя Цветов под Кровавым Дождём, всеобщего любимца. 1. Хуа Чэн Непревзойдённый демон, Собиратель Цветов под Кровавым Дождём, получивший такое имя в тот момент, когда защитил от кровавого дождя нежный цветок, накрыв его зонтиком. У него довольно интересная история, и довольно запутанная. Многие даже не заметили некоторых деталей его биографии, и именно поэтому я буду обьяснять всё максимально доступно. Жизнь (и смерть) Хуа Чэна построена на Наследном принце государства Сянь Лэ, Се Ляне. Почему? Когда Хуа Чэн, будучи ребёнком, свалился со стены, в тот момент его поймали крепкие руки кронпринца. И тот был ласков к нему, в отличии от других людей. Это всё промелькнуло в первом же флэшбеке Се Ляня, то есть во втором томе. То, что люди явно не любили маленького Хун-Хун-эра, как его называла мать, было слишком заметно. Например, из-за его глаза. Гетерохромия, довольно редкое явление, испортило мальчику жизнь. Ведь если один глаз был вполне обычного цвета, то вот второй был ярко-алым, из-за чего мальчика называют дьявольским отродьем. В общем, жизнь у Хун-Хун-эра вот вообще не сахар. И тут появляется он, человек, который без раздумия прерывает церемонию, хотя это вроде и грозит несчастьем, и спасает его, кого-то столь не важного! А потом так по-доброму относится… Тут идёт вопрос: «а как он свалился?» Во время праздничного шествия в честь праздника середины осени мальчик взобрался на стену, окружающую столицу, в надежде, что от этого обзор на шествие улучшится, но не удержался на стене и упал. И в следующий момент его поймал отыгрывающий небожителя Се Лянь, прервал шествие. Кстати, маленький фактик, о котором многие забывают: Хуа Чэн поднял потеряную бусину Его Высочества, и потом она стала неотьемлемой частью его образа. Принц действует аккуратно и не хочет вредить ребёнку (Хун-Хун-эру сейчас около 10-11 лет), и действует ласково и нежно, что покоряет маленькое сердечко мальчика, не знавшего (или уже не помнившего) заботы. Потом случается очень неприятный момент. Кузен кронпринца, Ци Жун, разозлённый тем, что какой-то оборванец посмел испортить его царственному брату церемонию, да ещё и хватался за его прекрасные одежды, полностью их испачкав, выкрадает мальчика и суёт в мешок, который привязывает к карете. После «весёлой поездочки» Хуа Чэна вновь спасает Се Лянь. Мальчик, конечно, искалечен, но несмотря на это даже не плачет от боли. Что говорит о его высоком болевом пороге и выносливости. После Се Лянь с ребёнком, Фэн Синем и Му Цином возвращаются на гору, где самосовершенствовался принц. И в тот момент вся нечисть, запертая там, вырывается из плена и окружает мальчика. Потом уже наставник Се Ляня, он же советник, пророчит малышу плохую судьбу. Ребёнок, приносящий несчастья. Но Се Ляню как-то фиолетово на это всё, потому что тот ребёнок. Все говорят, что этот мальчик приносит несчастья, но его Высочество и не думает над тем, чтобы бросить ребёнка. Но тот, боясь того, что действительно навлечёт на принца несчастья, просто убегает прочь. А Се Лянь в скором времени забывает странного ребёнка. Зато маленький Хуа Чэн — нет. По флэшбекам дальше мы узнаём, что спустя некоторое время, когда Се Лянь возносится, мальчик приходит в обветшалый храм и приносит маленький белый цветок для принца. По-моему это была невероятно милая сцена. Разве что омрачило её то, что до этого другие дети жестоко обижали мальчика. Хун-Хун-эр, которого Се Лянь не узнал, догадывается о присутствии небожителя, и выкладывает свои чувства. На что Се Лянь, всё ещё юноша, не знавший забот, говорит: «Если не знаешь, ради чего жить, живи хотя бы ради меня.» И мальчик действительно живёт ради Его Высочества. Но это знают все. Идём дальше. Дальше идёт арка с Юнанем. Засуха, война… Так как это не относится к Хуа Чэну не в коей мере, пропустим подробности. Наш демон опять появляется в кадре в самой интересной части второго тома, где мне постоянно приходилось напоминать себе, что Хуа Чэну ЧЕТЫРНАДЦАТЬ. Пещера и цветочные демоны, совращающие Се Ляня и маленького Хуа Чэна. Кстати, фан-факт — когда на место действия прибегают Му Цин и Фэн Синь, один из них кричит: — Ваше Высочество?! Но он даже не дошёл до пещеры, и не видел Се Ляня в ней. А ещё мы помним, что цветочные демоны умеют перевоплощаться… Вывод. Голый Се Лянь, в которого воплотился один из демонов. Это был довольно смешной момент. Идём дальше. Се Лянь нахваливает навыки Хуа Чэна с саблей, Му Цин начинает ревновать, ибо те же слова принц говорил и ему, и выгоняет того с армии. Хуа Чэн на секунду теряет уверенность в принце, только чтобы узнать, что Се Лянь тут ни при чём. А дальше идёт страшная арка с болезнью тысячи лиц. Мы опустим этот момент. Во время войны Хуа Чэн погибает. Точно о его смерти неизвестно, но на фан-артах его изображают либо пронзённым стрелами, либо заколотым. А в дунхуа в опенинге есть момент, где Хуа Чэна обуяло пламя. Но это всё теории. Идём дальше. Четвёртый том. Хуа Чэн становится блуждающим огоньком, и его ловит какой-то странный типчик, дабы продавать фонарики с душами. И опять Се Лянь натыкается на Хуа Чэна, только в виде блуждающей души. Он освобождает души, но… Хуа Чэн не ушёл, и у них состоялся такой диалог: »…Подумав, принц всё-таки спросил: — И в чём же заключается твоё желание? Призрак ответил: — Я хочу защитить его. Часто у таких призраков посмертным желанием было нечто вроде «Я хочу сказать ей о своих чувствах», «Я хочу немного побыть рядом с ней», или даже более жуткое: «Я хочу, чтобы она отправилась за мной следом». Но «защитить»… Такое поистине встречалось редко. Се Лянь застыл в замешательстве и ответил: — Но ведь… ты уже не принадлежишь к этому миру! Призрак ответил: — И что же? — Если останешься по своей воле, не обретёшь покоя. Но призрака это совершенно не заботило: — Я согласен вовек не обрести покоя. Маленькая неприкаянная душа оказалась на редкость упрямой. Вообще-то подобные ему в девяти случаях из десяти становятся крайне опасными демонами. Но Се Лянь почему-то совсем не ощущал от этого призрака жажды убийства, так что беспокоиться не стал, только сказал: — Но если та, кого ты любишь всем сердцем, узнает, что из-за неё ты не обретёшь покоя, боюсь, это её опечалит, ведь она будет чувствовать за собой вину. Поколебавшись немного, призрак сказал: — Тогда я не позволю ему узнать, почему остался, и всё. — Если она будет часто видеть тебя, то рано или поздно поймёт. — А я не дам ему заметить, что оберегаю его, и всё.» Это было слишком горько для моего сердца, ладно? В следующий раз Се Лянь и Хуа Чэн встречаются, когда Се Лянь напивается и падает в могилу. Они не разговаривают, но эта сцена всё равно засела под моей кожей. Потом идёт, естественно, глава с теми самыми 33 небожителями, что издевались над Се Лянем. Нет, там ещё был и Му Цин, 34, но он не в счёт. Хуа Чэн вынужден смотреть, как его возлюбленного просто втаптывают в грязь, и он даже не может помочь. Я был невероятно рад, и злорадство так и изливалось из меня, когда я узнал, что те самые 33 бога в конце концов «погибли», ну или исчезли, ладно, из-за Хуа Чэна. Отомстил. И правильно сделал. Так, что-то я отвлёкся… После идёт сцена встречи с Безликим Баем, на которой эта… Не буду говорить. Этот демон узнаёт о душе Хуа Чэна, но ничего не делает… И это довольно странно, но не суть. Мы пропустим момент сопровождения Се Ляня в храм и последствующую душераздрирающую сцену. Могу лишь сказать, что Хуа Чэну явно было невероятно больно видеть такое, и это привело к тому, что его душа окрепла. Ну и он сжёг нафиг всех тех людей, что сделали Его Высочеству больно. А сейчас переходим к моей любимой части. У Мин. Или же «без имени», «безымянный». Се Лянь, слишком уставший от всего, лишившийся друзей, родителей, пережив страшную боль, почти-что становится Белым Бедствием. И возле него стоит У Мин, его преданный верующий, готовый ради принца на всё. А сцена с цветком меня вообще в слёзы повергла… Дальше идёт довольно непонятная для многих сцена с проклятием, которое принимает на себя Хуа Чэн вместо принца. Его душу должно было разорвать на куски. Но как-то же он вернулся, верно? Давайте подумаем. Хуа Чэн — невероятно сильная душа, отказывающаяся уходить из мира из-за Се Ляня. Потом вспомним то, что у демона есть свой прах, и пока прах не уничтожить, демон не умрёт. Хотя я считаю, что если уж душу развоплотить, то и прах не поможет… Но не важно. Хуа Чэн борится за свою жизнь, его душа сильно повреждена. И тут открывается гора Тунлу. Насколько мы знаем из канона, Хуа Чэн, будучи очень подбитой душой, сопровождает группу людей на горе, и в конце концов на них нападает нечисть. Чтобы защититься, нужно создать оружие, но для создания сильного оружия требуется жестокая жертва. То есть нужно было пожертвовать людьми. Но он этого не сделал, вместо этого буквально вырезав себе тот самый алый глаз. Из-за чего и был создан Эмин. И я уверен, что сабля — продолжение своего хозяина, ибо его кровь и плоть. То есть это не просто магическое оружие с душой, а прямо кусочек души Хуа Чэна. И вы меня не переубедите. И тут люди скипают тот факт, что Хуа Чэн, будучи повреждённой душой, возносится за то, что защитил людей ценой жестокой жертвы с его стороны. Что-то вроде великомученика. Дальше нам не говорят, но я подозреваю, что Хуа Чэн, узнавший о том, что Се Ляня на небесах нет, просто посылает небожителей далеко и надолго и низвергается с небес. Но это теории. Кстати, я забываю упомянуть, что Хуа Чэн на горе Тунлу провёл практически два десятилетия. И в это время тот делал что? Правильно, ваял статуи Его Высочества, рисовал фрески и учился управлять своими силами. Тот факт, что он в Печи провёл десять лет, меня почти убил… Дальше появляется Хуа Чэн уже в образе Непревзойдённого Князя демонов, Собирателя Цветов под Кровавым Дождём. Что он делал все те 700+ лет после печи? Наверное, обустраивал Призрачный Город и искал Се Ляня. Нет, я его конечно люблю, но его уровень обожание Се Ляня меня слегка пугает… Это уже одержимость. Уже в настоящем в самом начале он нам представлен как юноша, имеющий парочку комплексов. На это указывает его вопрос у Се Ляня: «Что, если я уродлив?» Милый мой, ты прекрасен, поверь. Да и то, как он боится прикасаться к Се Ляню, как смущается от всего, хотя это и не сильно заметно. Эх, и это непревзойдённый Князь Демонов… Хочу напомнить тот факт, что он отдал свой прах Се Ляню, не сомневаясь в этом ни мгновения. Если бы принц захотел убить его, Хуа Чэн и не возражал бы, потому что его собственная жизнь для него не важна. Могу ещё сказать, что когда он рассыпается бабочками в конце, он продолжает быть уверенным в том, что вернётся. Потому что Се Лянь принял его чувства и прах Хуа Чэна очень надёжно спрятан… У Се Ляня. В общем, всё его существование помешано на принце, и это в той же мере пугает, в коей и восхищает. Ну что ж, до следущего непревзойдённого!