Его место в моих воспоминаниях

На следующиее утро, нет трели моего "любимого" будильника, а лишь нежное и тихое над ухом : — Антош, Тоша, вставай, а то мы в школу опоздаем. - сначала мне показалось, что это сон, бредовый сон. Но открыв глаза вспомнил, что все же ночевал не в своей квартире. Я только сильнее закутался с головой в одеяло и повернулся на другой бок. — Антош, ну что ты, как маленький? Вставай, давай! - Арсений Сергеевич сдернул с меня одеяло и откинул его в сторону. — Ну, поднимайся, я там блинчиков наделал - он сел на край кровати и стал аккуратно, медленно гладить меня по голове, перебирая волосы, которые слегка завились. Ну ради блинчиков, можно в принципе и посмотреть на мир. Я с трудом открыл глаза, слегка щурясь, от удивительно яркого солнца за окном, которое просачивалось сквозь полу-прозрачные шторы, попадая мне на лицо своими лучиками. Вот так бы каждый раз просыться на УДОБНОМ диванчике, с блинчиками и тихим шепотом, а не орами и в сумотохе собираться, чтобы быстрее свалить. От сюда бежать не хотелось. Здесь хотелось остаться. Сон все никак не хотел меня отпускать и признаком этого был зевок, достаточно большой, который я успел прикрыть ладонью. Под солнечными лучами я сладко потянулся, заводя руки за голову, и похоже растягиваясь в легкой улыбке. — Божечки, а мордашку то состроил, как у кота. - прошептал Попов, наверное думая, что я этого не услышу, одновременно вставая с кровати и направляясь к двери. — Чего....? - он сравнил меня с котом? Надеюсь показалось. — Чего, чего, Шастун? Кушать иди и в школу - командир херов, но то, что меня назвали котом немного подняло настроение. Хотя утром его не бывает от слова совсем. Я забежал в ванную, чтобы по-быстрому смыть с себя остатки сна. Но под теплыми водяными струями глубокие раны, которые я оставил еще тогда спасая друга, (в большом количестве) из-за того, что постоянно хотелось плакать, плакать из-за мыслей и неизбежности. А плакать - позорно, ты показываешь свою слабость, люди могут найти эти слабые точки и надавить на них еще сильнее. Либо просто не заметить, это уже как повезет. Даже если я был один, я старался не плакать, хотя безумно хотелось. Потому что, это позор перед самим сабой. А он к сожалению самый страшный. В некоторых местах кровавые и опухшие, линии безумно щипали. Хотелось разодрать кожу ногтями, вспиться до костей. Но я упорно стоял над, уже горячими, струями воды и до побеления костяшек и полулун на лодонях от ногтей, сжимал кулаки. Ну губа по классике пострадала, настолько я хотел приглушить крики, которые вырывались не из глотки, а из самых недр. Пусть и снова ощущаю этот проивный металлический вкус во рту, но я не опозорился. Надеюсь прокусанная губа не испортит вкус сегоднешнего завтрака. Я вышел из ванны с полотенцем на плечах, так любезно предоставленным мне Арсением Сергеевичем, которым я минуту назад вытирал уже прилично отросшие волосы, из-за этого они нелепо вились на кончиках. — Так, садись, сейчас чай налью. - Попов отвернулся к столу и начал этот завораживающий процесс. Я ничего лучше не видел, чем человек заваривающий чай. Передо мной уже через минуту стояла чашка, вкусно пахнущего зеленого чая с сахаром. Он запомнил какой я люблю чай! А в середине стола, так аппетитно дымились блинчики. Пока Пидор отвернулся я захотел ухватить один раньше времени, но он оказался слишком горячим. — Ай, ай, ай - я перекидывал горячую вкусняшку из рук в руки, стараясь этим снять болезненное жжение. — Так, руки прочь! Мне немного осталось. Имей терпение - он ударил деревянной лапаткой мне по рукам, тем самым высвободив блинчик, отправив его к своей семье. Было грусно лишиться завтрака, пусть и ненадолго. Что больше всего повергло меня в шок, так это то, что учитель стоял в фартуке, в розом в клеточку. Милинько. Я конечно этого сразу не заметил, зато теперь чуть ли не задыхаюсь от смеха. Такой вроде большой, брутальный дядя, с прессом и сильными на вид руками, готовит блинчики в розовом фартучке. Может это уже какое-то психологическое отклонение, но это мне показалось смешным. — Что тебя так рассмешило? - тепло и ели слышимо спросил он. Ведь кухня была наполнена разными звуками : щкворчание на сковородке блинчиков, кипение чайника и какая-то незамысловатая, тихая музыка из телевизора, висящего прямо над головой Арсения Сергеевича. Так уютно мне не было еще нигде. Даже дома у Димки, хоть он и его родители, считались этим самым уютом. — Да так, ничего - я положил голову на ладошку, рассматривая за окном, начинающийся дождик. Хотя несколько минут назад светило слепящее солнце. — Всë, можешь брать. Но аккуратно! Очень горячие - он отвернулся, чтобы снять фартук и помыть жирные из-за масла руки. — Может сметаны, варенья, сгущенки? К блинчикам? - предложил учитель, стремительно уходя в сторону холодильника, и начиная там активно копаться. — Можно варенье? - пробурчал я с набитым до отказа ртом. У Попова явно золотые руки в плане готовки. Блинчики - изумительные. Румяные, не подгорелые, нето ,что моя яичница по утрам. Блестят на солнышке от масла и пахнут на всю квартиру. — Так, варенье осталось только сливовое - ответил Арсений Сергеевич, все еще находясь головой в холодильнике. Я застыл, даже перестав жевать тесто во рту, в голове взрывались яркими пятнами флешбеки : * * * Маленький Антошка в коротких шортиках, которые не спасают, не от злодейки крапивы, не от злючих комаров. В тоненькой футболке. И ярко красной панамке на резиночке, гоняется за бабочками с совком по всему двору, пытаясь поймать хотя бы одну. Чтобы посадить в банку, поставить ту на полку, любуясь ей перед сном. На даче у Яна было место, где можно было вдоволь набегаться, малыш этим и пользовался. Конечно, мучая насекомых. — Тошка, Тош беги сюда! - крикнул дядя от куда-то из сада. Антон всегда слушался его, поэтому второй раз повторять не нужно, он кинул сачок на травку и побежал на голос. Ян стоял с большой карзинкой и стремянкой. В точно такой же панамке на резиночке, только побольше. — Ну что, охотник? Поможешь мне добыть свежих слив для варенья? - Олеся, готовила редко, а если и готовила то либо слипшиеся макароны, либо доширак. Большего она не умела. Но варенье у нее было, лучше всякой вкусняшки. Антошка его очень любил, поэтому без колебаний начал помогать дяде. Шастун встал на стремянку, а дядя держал ее за ножки, чтобы страховать Антона, если тот вдруг начнет падать. Малыш аккуратно срывал каждую ягодку и клал в карзинку, о чем-то живо рассказывая дяде. Они почти набрали полную, как их позвала Олеся: — Мальчики, обед готов, давай, идите кушать! - от неожиданного звука, Антон пошатнулся на лестнице чуть ли не грохаясь с нее, если бы не дядя. — Опять эти ее слипшиеся макароны и пересоленный рис - надулся мальчик сладывая руки на груди и показательно отварачиваясь в сторону. Как только спустился с лестницы. — Может лучше варенья поедим, я щас быстро блинов наделаю. А обед собакам соседским выкинем. Только тёте не говори, хорошо? - шепотом предложил Ян, подмигнув в конце предлодения глазом. — Давай! - от радости, Антоша часто часто закивал головой, почти роняя панаму. — Тогда...кто первый до дома! - резко предложил дядя, убегая вперед к виранде и малыш за ним... * * * — Пойдет - ответил я, как только прошел очередной флешбек. Как это надоело. После них остается болезненый осадок в районе груди. Покалываение в ребрах. Ну, а если кратко, мне это мешает. Вспоминать счасливые моменты неприятно. Тем более осознавать, что я больше не увижу его.. — Давай, кушай быстрее и поедем, а то опаздаем. - Арсений Сергеевич, сел напротив и с аппетитом начал уплетать еще теплые блинчики. С вареньем они казались божественные. А ведь по Пидору и не скажеть, что готовить умеет, тем более одиночка, это я выяснил по обстановке в квартире, одна щетка в стаканчике, минимальное колличество посуды, одно полотенце в ванной. В моих представлениях это запущенная квартира, с горой не мытой посуды, разбросанными вещами и пустых упаковок от дошика. Тут же все наоборот, все лежало строго на своих местах, по феншую или как там... Не суть. Даже пыль не летала. Я так не удивлялся даже, когда получил пятерку по истории. — Ты доел? - спросил учитель, уже опуская тарелку в раковину. Съел я конечно одну штучку, вкуснуюю, но мне хватит и этого. Молча качнув головой я пошел в ванную - переодеваться. А Арсений Сергеевич закрылся в спальне. Через десять минут, мы уже при параде закрывали дверь квартиры и бежали вниз по лестнице. — Шастун, где шапка, где куртка? - спросил Попов, выходя из парадной, находу открывая машину. — Шапка вот - я показал рукой на капюшон от худи - куртка вот - теперь на саму кофту. — Ты сейчас серьёзно? - из-под очков Пидор скептически осмотрел меня с ног до головы, что-то решив у себя в голове, подозвал к себе рукой. — Садись. - голос стал грубым и холодным. А дядька-то переобулся. Завел машину, вырулил со двора и поехал в сторону шараги. — После уроков зайди в мой кабинет, подождешь меня немного. - сказал учитель, выходя из машины. — Я могу пока погулять, а потом домой пойти - не хочу я еще несколько часов просидеть в школе, тем более с НИМ. — Нет. Шастун, тебе мало приключений? Скажи мне? Подождешь, ничего с тобой не станет. - он пошел вперед, а я пятился сзади, до уроков есть еще пятнадцать минут, могу покурить. Снять стресс, так сказать. На третьей затяжке из дверей пулей вылетела Ангелина, Поз и Маша. Первая фурией летела в мою сторону, а за ней пытался успеть Дима. — Мальчик, ты не прихуел!? - с налетом кричала мне девушка. Друг позади нее, давал мне знаки, размахивая руками о том, что нужно бежать. Но я приму свою смерть достоенно. Позу я хоть что-то объяснил, но чувствую это не сыграет роли. А вот Гелю оставил без объяснений. — Ну всё, успокойся - я затаптывал недоркуренную сигарету, готовясь успокаивать подругу. — Успокойся?! Серьезно?! Знаешь что? Пока ты где-то пропадал, я волновалась, Дима волновался! Мы все волновались! Ты хоть ему что-то объяснил! Хоть бы написал мне что ты живой, но нет. Мы сама конфеденциальность. А сейчас простое успокойся? Ты обесцениваешь чужие чувства или мне кажется?! Да нет, не кажется! Иди нахуй!! Видеть тебя не хочу! - она так же быстро, как и пришла, убежала в школу и трясло ее далеко не от холода, хотя та вышла в одном свитере. — Привет, я рада что с тобой все хорошо, и тоже беспокоилась - к нам размеренными шагами подошла Маша, как только ушла Казанова. Она говорила спокойно, будто извиняясь за подругу. — Привет, со мной все ок. Вы как? - бесспорно глупый и нелепый вопрос. — Ну Гелю ты наверное видел и слышал. Я терпимо, а у Поза сам сейчас узнаешь. Ладно, я пойду, но долго не задерживайтесь, урок через семь минут. - она развернулась и пошла готовится к уроку. Хоть она успела куртку накинуть. Как только та скрылась за дверями школы, на меня с объятьями налетел Поз. Пришлось нагнуться, но ради такого не жалко. — Ай, ты чего? - я расслабился и почувствовал сильный удар по спине. — Интересно, чего это я?! Может потому что мой друг пропал на неделю и от него не было ни слуха, ни духа? И что это еще за фраза "Я тебя спасал" че за хуета, Шаст? - тот тоже был в ярости, но скрывал это лучше, чем Геля. — Там, все очень сложно, рассказывать долго, да и на урок нужно. - я попытался сменить тему, но этот гад добьется ж своего. — Время у нас еще есть, я весь во внимании - мы не торопясь вышли из курилки. Весь путь от нее, и до кабинета я рассказывал Диме все, что случилось в ближайшую неделю, утаивая некоторые подробности. — Пиздец. Это ты из-за меня...?Шаст. Лучше бы меня грохнули в подворотне. Чем, чем это все... - на последнем слове прозвинел оглушающий звонок и в класс лениво побрели одноклассники. Первым уроком был русский, и увидив меня Воля очень удивился, но при этом улыбнулся. В середине урока, дав классу занятие, он попросил меня выйти, вместе с ним. — Божечки, Антон, ты жив? Неужели. Я то себе уже всего напридумовал. - он положил руки мне на плечи и бегал взглядом по лицу. — Да что со мной может случится? Не беспокойтесь даже. Что я пропустил? - нужно отходить от темы, а то Воля тот еще шпион. — С тобой, чучело, все что угодно может случится. А так ничего особенного, правда друзья твои всю школу на уши полняли. Каждый день про тебя спрашивали. - вот как, всё же правда волновались. — Ладно, пошли на урок, и так пропустил много - учитель подтолкнул меня к кабинету, открывая дверь. В целом уроки прошли неплохо, я гулял по знакомым этажам, обсуждая произошедшее в школе за неделю с Позом и Машей. Казанова же избегала нас, либо меня. Скорее всего второе, я честно не хотел ее обидеть, просто за меня так еще никто и никогда не беспокоился, было неожиданно. — Кстати, где Геля, что-то я ее не вижу? - в столовой ее не было, хотя ходила она сюда постоянно, кушала конечно мало, но хоть что-то, сейчас же ее вообще здесь нет. Сам я ковырялся ложкой в каше, даже не собираясь притронутся к ней, а лишь издеваясь. — Как ты пропал она даже к еде не притронулась, ну у нас на глазах ни разу. - странно, не могла же она это все из-за меня, такого не бывает. — Она всегда мало ела, сейчас вообще забила, сигареты одни стреляет и это максимум - Маш, а ты в курсе, что друзей сдавать плохо? — С ней позже разберемся. Ты почему не ешь? - спросил я у подруги, сидящей на против, которая так же как я ковыряла серую жижу. — Не хочу, потом поем - что-то мы все за одно стали? — Ну смотри у меня. Ладно пошлите, а то Попов пизды даст - дааа сейчас был урок у Арсения Сергеевича, последний на сегодняшний день. Общество ммм класс. Я зашел в кабинет и вольяжно раскинулся на своей парте. Крутя в руках одолженную Димой ручку. Весь урок я конечно же ничего не делал, кроме того, что думал "как помирится с Гелей ?" просто ее волнение, в какой-то степени забота,для меня была слишком неожиданна. Я понимаю ее реакцию. Но в тот момент я не мог ответить по другому. Максимум промолчать, но это тоже не то. Попробую поговорить с ней завтра,вдруг она остынет. За размышлениями я не заметил времени и звонок оглушительной трелью разнесся по школе. — Ребята, запишите домашние задание, и можете быть свободны. Досвидания - я начал судорожно собирать вещи. Хотя за эти сорок пять минут я ничего не трогал. И вот уже на выходе из класса, когда оставалось лишь дернуть ручку двери, меня позвал Пидор. — Шастун, а ты куда собрался, мы же договаривались что ты меня ждешь. Вот, будь добр, сядь на первую парту - произнес он, когда класс опустел. Я искренне не хотел просидеть здесь еще какое-то время, но и выбора у меня не было. И ленивой походкой я побрел к парте, на которую показал учитель. Арсений Сергеевич открыл электронный журнал и начал выставлять оценки за сегоднешние ответы. В ряд стояли как положительные, так и отрицательные отметки, к примеру как у Выграновского и его компашки. — Ну и чего ты сидишь? - неожиданно спросил Попов. Я в это время смотрел в окно, и не заметил как он закончил. — А, а что я собственно должен делать? — Тебе завтра в школу, делай домашку пока я проверяю тетради. - ЧТО?! Да я дз не делал класса с четвертого. У меня тетрадей то толком и нет. — Ну что ты смотришь на меня такими глазами? Будто призрака увидел. Тут ничего страшного и мега-сложного нет. Давай, вперед - он с хитрой улыбкой отвернулся обратно к компьютеру, паралельно поправляя очки за оправу. Первым на завтра стояла алгебра. Я успешно как открыл, так и закрыл учебник. Потому что там написанно все, точно не русскими буквами и даже не английскими. — И чего ты закрыл? Почему не делаешь? - ты то че лезишь. Сиди занимайся своими делами, чучело. — Потому что не знаю и не понимаю. - мне кажется достаточно весомый аргумет, что бы забить на нее. — Делай, что понимаешь - с этими словами он вернулся к работе. А я откинул портфель в сторону и с телефоном в руках развалился на парте. — Антон! Это как понимать!? - боже ну че ты орешь? Я же оглохну. — Вы сами сказали - делай что понимаешь. Я ничего не понимаю, а соответственно ничего не делаю - я развел руками, почувствовав себя победителем и уткнулся в телефон. — Значит так - на этих словах Арсений Сергеевич вырвал у меня из рук гаджет, сунув его в верхний ящик стола. — Пока домашнее не будет сделанно, ты лишаешься телефона. - хуясе, а ты кто мне, чтобы такими жесткими заявлениями раскидываться? Да, спас жизнь не только мне, но и Диме, приютил у себя, этим укрыв от родителей. Дал место для сна еще и накормил. И что? Телефон то верни. — Ну я же ничего не знаю, и сам не сделаю. — Хорошо, дома сделаем вместе. Но тогда ты сейчас ответишь на пару моих вопросов - он хитро и без доли улыбки посмотрел на меня, сложив перед собой руки. А я точно не на допросе? В какой-нибудь тюрьме для особо опасных приступников? Почему-то мне кажется, что да. — Смотря какие вопросы - да, я смелый, либо тупой, решать не мне. Он открыл тетрадь и начал ее проверять, через минуту задал вопрос. — Почему ты подрабатывал на той заправке? - глупый вопрос, но я был бы не Шастуном если бы не съязвил — Мне деньги нужно было вернуть - учитель посмотрел на меня ТАКИМ взглядом, что захотелось спрятаться под парту. Ледяные глаза выжигали душу. Ответ вырвался сам собой : — Диму спасал... - я взглядом сверлил парту, нужно куда угодно направить взгляд, но не на байкалы напротив. — Тааак это я уже слышал. Почему и главное от кого ты его спасал? — Арсений Сергеевич, почему вы это у меня спрашиваете? Почему хотите помочь? Зачем? — Антон, это моя работа, в ее обязаности, конечно, не входит спасение учеников, но тем немение я помог. Теперь хочу выяснить чем, а главное, где я именно помог. — Не волнуйся вся информация строго между нами, я просто оочень любопытный, рассказывай дальше. — Рассказывать долго.... - отходим от темы.. — Время у нас есть. - ответ из дешевых мелодрам по "Русскиму роману" хотя, чего я мог ожидать? — Ну начало это берет из детства. Когда я маленький был, батя взял долг у бандитов. Он думал бизнес откроет, денег много будет, он с мамой будет жить богато. Как в обычных мечтах у наркомана. Но в итоге его "бизнес" прогорел. И все оставшиеся деньги он потратил на дозу. Но деньги занятые в долг, нужно же было как-то отдавать. А шантаж на него не действовал. Ему было плевать на маму, хотя он ее любил, а на меня тем более. Когда я родился, он думал лучше отдать меня в детдом или сбросить с моста, но вмешался дядя и бате пришлось смириться, что у него есть я. Так как шантаж на него не действовал, они пришли ко мне, как к официальному наследнику фирмы дяди. Они думали раз я наследник, то и деньги есть, а вот нихуя. Ой... Ну так вот, они предложили мне помощь - машины воровать у их должников. А если сумму не отработаю убьют Диму. Можно сказать, что я его спасал от себя. - Учитель смотрел на меня с огромными глазами. Пусть я делал долгие паузы между предложениями, чтобы собраться с мыслями, но он не перебивая и не отвлекаясь он слушал мой монолог. — Кхм, а с родителями, как обстоят отношения? - он дебил, я же только что сказал, что батя хотел от меня избавиться и до сих пор хочет. Ну ладно повторю для одаренных. — Мать с батей бухали все время, что я себя помню. А папка и не только. Ну били меня, орали, оскорбляли, из дома выкидывали. Ничего криминального. - все тоже они делают и сейчас. Ничего не изменилось, правда теперь меня не кому спасти. Раньше это делал Ян... — Собирайся. - резко сказал Пидор и начал собирать свои вещи в сумку, не забыв про мой телефон. — Куда? — Антош, не тупи, домой - я устал - дальше дорога была как в тумане, не помню как добрался до квартиры, переоделся и сел на кухню с теплым чаем в руках. Из-за поворота ленивой походкой выплыл Попов, мягко забрал у меня из рук чашку, поставив ее на стол. А сам наклонившись обнял меня крепко, но аккуратно. Живот от такого жеста скрутило, руки затряслись сами собой. Кажется, что этого мне не хватало всю жизнь. Меня обнимали Дима, Геля, Маша, но это сосвем не то, ощущается по-другому. А в обьятьях с учителем, как бы это странно не звучало, я чувствовал себя в безопасности, вот чего я хотел очень долго. Пусть и не от этого человека. Это тепло мне не дарил никто. Спустя несколько минут Арсений Сергеевич отстранился, и похоже, что заметил в уголках моих глаз застывшие слезы. — Антош, ну ты чего? - он обеспокоенно бегал глазами по моему лицу, которое вот вот могло утонуть с лезах, а их с каждой секундой сдержать их было все труднее. Опустившись на корточки, он взял мое лицо в руки и большими пальцами смахнул влагу с глаз. — Не растраивайся, держи салфеточку, конфеточку и пошли со мной. - он буквально всунул мне в руки салфетку и показал на глазки, а с конфеткой я сам догадался, запихал ее в рот, а фантик в карман. Получалась нелепая картина, я с заплакаными глазами, с конфетой за щекой и шмыгающим носом. Прекрасно. Я меньше всего хотел, что бы это увидел именно Арсений Сергеевич, но судьба та еще сучка. Я не заметил как Попов довел меня до дивана и мягко усадил на него. Я лег, накрывшись одеялом и поудобнее устроив подушку. Арсений Сергеевич погладил меня по плечу, не отрывая взгляд с моего лица. Он еще немного посидел и порывался уже уйти, но так не хотелось снова оставаться одному. — Арсений Сергеевич, посидите еще со мной, пожалуйста - я схватил его за руку, умоляя только лишь видом остановитьсяя. Растрепанные кудри, синяки под глазами, сами глаза красные от слез, прямо как и кончик носа с родинкой. Большая для меня футболка оголила ключицу, от которой ползла тень по всему плечу. Да и кости сильно выделялись на фоне бледной кожи. — Хорошо, но можно я лягу? - я лишь кивнул, не думая о последствиях в тот момент, не о том, как завтра буду гореть перед ним от стыда. Просто хотелось еще немного человеческого тепла рядом. Попов лег рядом не укрывшись одеялом, а лишь прижавшись ближе ко мне, чтобы не упасть. Поправил одеяло и оставил руку у меня на талии, при этом обнимая. Когда я начал проваливаться в дрему, почувствовал, что моя голова опустилась ниже и находилась на уровне груди учителя. Я почувствовал запах, который сводил меня с ума еще в детстве : кофе и мята.... Похоже он заметил, что я вдохнул глубже, чем обычно и сказал мне тихим шепотом : — От тебя пахнет сигаретами, мне не очень нравится, прекращай, пожалуйста.... - и мирно засопел под боком. Я последовал его примеру. Не обратив должного внимания на его слова. Утром я проснулся от движения рядом, похоже Арсений Сергеевич устал лежать со мной и решил отправится к себе. Он перед уходом поцеловал меня в макушку, потрепал по волосам и вышел из комнаты.... Но после я снова провалился в сон, не хочу сейчас думать ни о чем...