Тормоз

В тот злополучный день, когда в общий чат их группы скинули темы для курсовых, Минхо несся к ветеринару с Дори подмышкой. Дори уже второй день почти ничего не ел и блевал дальше, чем видел. В итоге оказалось, что он каким-то образом умудрился залезть в шкафчик с запасами сладостей и сожрать протеиновый батончик. Не критично, но приятного мало. Вишенкой на ебучем батончике стало сообщение от старосты в личке: мол, пока ты там где-то прохлаждался, все нормальные темы уже успели разобрать, тебе осталась последняя, в ближайшее время нужно связаться с научным руководителем, да упокой господь твою несчастную душу. — Иллокутивная семантика текстов городской среды Ирландии, блядь, — воскликнул Минхо, делая еще один — агрессивный — глоток пива. — Из всего этого я понял только «тексты» и «Ирландия», — Крис положил руку на его плечо и слегка сжал в сочувствующем жесте. — Я тоже, — в голосе Минхо слышались отчаянные нотки. — Еще и научник такой мудила, нихуя не объяснил, просто дал свой почтовый ящик, дедлайн и все — плыви, сосиска. — А кто у тебя? — Профессор Гвон, старикашка с кафедры перевода. — А они там все гниды, ничего удивительного. — Самое ебнутое в том, что нужно анализировать всякие таблички на улицах и дорогах, меню в кафе, рекламные объявления, всякое такое, то есть по сути надо чуть ли не самому в Ирландию ехать и это все искать. В интернете нихуя на эту тему гуглится, только диссертация самого научника. Я в такой жопе. Лицо Криса вдруг осветила улыбка, как будто ему пришло невероятное озарение. На какую-то секунду Минхо почти позволил себе поверить, что его друг сейчас одним махом своей мощной руки избавит его от проблемы. Хорошо, что лишь почти. — У Джисона есть родня в Ирландии. Он там этим летом был. Хочешь, попрошу его тебе помочь? — Какой еще нахуй Дж… Джисон? Твой сосед? Нет. Нет-нет-нет. Я лучше сам в Ирландию скатаюсь. Или нахуй. Или отчислюсь и пойду в цирковое. — Зачем тебе в цирковое, если ты уже ведешь себя, как клоун? — Крис осуждающе покачал головой и ойкнул, получив кулаком в плечо. — Он классный парень и с радостью тебе поможет. — Классный гетеро-парень. — Почему ты так в этом уверен? — У него была девушка в прошлом году! — У меня тоже была девушка. Что за бифобия? — Мой гей-радар сразу на тебя сработал, так что аргумент не засчитывается, разговор закрыт, а у меня закончилось пиво. Тебе еще взять? Да, может быть, Минхо позорно слился, а Крис его очень осуждал, но это все не имело никакого значения. Важно было то, что Минхо еще год назад успел словить абсолютно дурацкий краш на абсолютно дурацкого Хан Джисона, когда случайно забрел на концерт в честь посвящения в первокурсники на журфаке и услышал, как тот играл на гитаре и пел. Что-то такое до ужаса сопливое, совсем не во вкусе Минхо. Но в чужом голосе было одновременно столько силы и тепла — несочетаемое сочетание — что Минхо почему-то остался и дослушал до конца. На Джисоне были широкие спортивки, кроссовки жутко-зеленого цвета и кепка козырьком назад. Он был бы ходячим недоразумением, если бы не очаровательная улыбка, которой он наградил всех зрителей в конце выступления. Губы Минхо тоже невольно расплылись в глупой улыбке, но он быстро себя одернул. Джисон был нелепым, но жутко милым. И таким же жутко гетеросексуальным. Минхо радовался, что они учились на разных курсах и факультетах, но все равно почти каждый день ходил в столовую на большом перерыве. Только чтобы купить Милки Уэй, конечно же. За месяц наблюдений выяснилось, что Хан почти никогда не ел в столовой — только по вторникам и пятницам. Так что Минхо тоже стал ходить туда по вторникам и пятницам. Как влюбленная школьница, которая бегает на переменах попялиться на старшеклассника. В конце концов, в его группе были одни девчонки — на них особо не попялишься. «Привет, Минхо-хён! Крис дал мне твой номер и сказал, что тебе нужна помощь с курсовой. Я был бы очень рад оказаться тебе полезным. Когда тебе было бы удобно встретиться? Хан Джисон» Голова шла кругом: то ли от количества сослагательного наклонения в сообщении Хан Джисона, то ли от факта, что ему написал Хан, мать его, Джисон. Минхо несколько минут гипнотизировал телефон и сообщение в пуш-уведомлении, пытаясь решить, что сделать сначала: дать пиздов Крису за самоуправство (и суток не прошло с момента их последнего разговора!) или ответить Хан Джисону. «Привет! Спасибо, что откликнулся. Давай встретимся завтра в читальном зале на шестом этаже. Тебе удобно в три часа?» Минхо перечитал сообщение и подумал, что звучит слишком официозно. Добавил в конце эмоджи с улыбающимся котом. Джисон ответил утвердительно чуть ли не секунду спустя — караулил его, что ли? После этого Минхо позвонил Крису и покрыл его трехэтажным матом, который не оказал на него решительно никакого влияния. Крис прекрасно знал, что Минхо не очень ровно дышал к его соседу (тот сам ему по пьяни растрепал, а теперь вот разгребал последствия), и, видимо, решил таким образом над ним постебаться. Очень ловко он это, конечно, придумал. На следующий день, когда Минхо зашел в библиотеку, Джисон уже сидел в самом дальнем углу и тыкал что-то в телефоне. На нем была олимпийка и уже знакомые широкие штаны. Словом, он выглядел так, будто перепутал качалку с университетом. Минхо подошел к нему и неловко кашлянул, чтобы привлечь внимание, и Джисон тут же заблокировал телефон, поднял на него взгляд и встретил его самой лучезарной улыбкой, которую только можно вообразить. Казалось, когда Джисон улыбался — улыбалась каждая черточка его лица и весь мир вокруг заодно. Минхо обреченно подумал, что его слабое сердце не переживет эту осень. — Привет, я Минхо! Будем знакомы, — он протянул руку парню, и тот ответил энергичным рукопожатием. Пальцы Джисона были немного шершавыми, наверное, от постоянной игры на гитаре, а ладони — мягкими и теплыми. И Минхо совсем не нуждался в этой информации. — Джисон, приятно познакомиться! Крис часто тебя упоминает. «Крису надо салфеток в рот напихать», — сделал мысленную заметку Минхо. Он решил не продолжать светских бесед — они тут вообще-то по делу собрались. Минхо рассказал о теме своей курсовой и о том, что от Джисона требовалось, особо ни на что не надеясь. На удивление тот сразу же залез в галерею телефона, открыл папку «Ирландия 2015» и стал показывать ровно то, что было нужно: кучи фотографий с забавными объявлениями, необычными указателями, красиво оформленными меню в уличных забегаловках — в общем, богатая база для лингвистического анализа. — Если хочешь, я могу попросить друзей, они тоже походят и пофоткают что-нибудь такое. — Это было бы… здорово? — Минхо смотрел на Джисона и пытался понять, в чем подвох и почему он так запаривается из-за какого-то постороннего чувака. Решив, что терять уже больше нечего, Минхо спросил: — А английский ты хорошо знаешь? — Ну, вроде более-менее. Но ты, наверное, все равно лучше. Ты ведь на английской лингвистике, да? — Ага. Но я тут случайно оказался. В школе всю жизнь французский учил, а поступить туда не получилось. Теперь я здесь. — Страдаешь и проклинаешь мироздание? — Что-то типа того, — и Минхо впервые за пятнадцать минут позволил себе расслабиться и улыбнуться. — Спасешь меня от мучительной гибели? Я ни хрена не понимаю, что на всех этих вывесках и табличках написано. Мне бы хотя бы приблизительный перевод. — Без проблем. — Что ты хочешь взамен? — Не знаю даже... А ты готовить умеешь? Такого вопроса Минхо явно не ожидал и как-то немного ошарашенно кивнул. — Тогда будешь меня кормить. Мой желудок уже не выдерживает того количества лапши быстрого приготовления, которое я пытаюсь в него засунуть. А я больше ничего другого не умею готовить. Сначала Минхо подумал, что тот издевается, но Джисон выглядел ужасно несчастным, когда это говорил, так что его стало очень жаль. — Хорошо, я и так каждый день трех своих котов кормлю, будет еще один. Джисон, кажется, пропустил мимо ушей тот факт, что его только что назвали котом, и уловил только то, что его согласились бесплатно кормить. Глаза Джисона загорелись таким искренним счастьем, как будто ему предложили весь мир на ладошке. Когда Минхо тем же вечером позвонил Крису, чтобы напихать ему хуев в панамку, тот шутил, что это его шанс: всем известно про пресловутый путь к сердцу мужчины. Минхо и Джисон стали видеться три раза в неделю, потому что в остальные дни у них не совпадало расписание, а на выходные Джисон чаще всего уезжал к родителям в Ичхон (да, ему настолько не хватало домашней еды). У Джисона был кошмарный вкус в одежде, он постоянно крутил что-то в руках, потому что не мог спокойно усидеть на месте, очень много болтал по делу и без и шутил шутки, с которых сам же громко смеялся. Минхо не переставал поражаться тому, что вообще в нем нашел, и всякий раз, сидя дома в одиночестве и пытаясь анализировать очередную их встречу, думал, что Джисон ему вовсе и не нравится. А потом снова видел его, сидящего на подоконнике у читального зала, ловил его улыбку, которая освещала все вокруг ярче любой самой мощной лампочки, и весь анализ шел к черту. А до чего очаровательно Джисон радовался, когда перед ним ставили очередной контейнер с приготовленной для него едой! Иногда Минхо запаривался: готовил кимбап, пибимпап или какие-нибудь хитровыебанные салаты. А бывало, так зашивался с учебой, что сил не хватало буквально ни на что, и тогда он делал обычные сэндвичи. Джисон на все реагировал с одинаковым, почти детским восторгом, так что Минхо был бы готов кормить его даже просто так. Спустя две недели после начала их совместной работы Минхо заметил, что Джисон стал часто рассматривать его, когда думал, что Минхо занят и не обращает на него внимание. Но стоило только посмотреть в его сторону, как он тут же отводил взгляд — как будто совсем не пялился мгновением ранее. Не очень понятно, что все это значило. Да и значило ли вообще? Может быть, Крис был прав, и Минхо своей курицей в кисло-сладком соусе все-таки добрался до чужого сердца. А может быть, он просто ебнулся, потому что гей-радар упорно продолжал никак не реагировать на Джисона. Как и сам Джисон на любые его намеки. — У тебя красивые руки. — А? — Джисон оторвался от телефона, в котором гуглил какой-то витиеватый ирландский диалектизм, и вопросительно посмотрел на Минхо. — Руки, говорю… красивые, музыкальные, — Минхо провел указательным пальцем по его ладони, наблюдая за реакцией. Подкат, конечно, был из разряда «у вас случайно нет капель для глаз, потому что я ослеп от вашей красоты», и Минхо этим не гордился, и даже представлял себе, как ржал бы сейчас Крис, если бы стал свидетелем… вот этого всего. Но хотелось прощупать почву. Джисон от физического контакта не дернулся, значит, отвращения или чего-то такого негативного не испытывал — и это было хорошо. Но и никакой особенной реакции на это тоже не последовало. — Ага, мне мама тоже так всегда говорила, поэтому в музыкалку отправила. Я сначала на пианино играть учился, но мне не понравилось, поменял на гитару. А потом… — и Джисон пустился рассказывать о своем музыкальном пути и даже показал несколько фото, где он, совсем маленький и с еще более пухлыми щечками, чем сейчас, сидел в каком-то крошечном зале и пытался удержать гитару, которая была вдвое больше него самого. Минхо невольно улыбнулся. — Сыграешь мне что-нибудь? — Минхо попытался еще раз пойти в наступление. — Скоро буду на концерте играть в честь юбилея журфака. Могу тебе билет достать. — Да, это… Это было бы здорово. По большому счету, уже через месяц отпала необходимость в постоянном присутствии Джисона: они собрали необходимый и весьма обширный практический материал, Джисон помог с переводом, а написание теории и собственно лингвистический анализ были задачами самого Минхо. Но они почему-то продолжали встречаться трижды в неделю, Минхо продолжал приносить ему еду, и они сидели за одним столом, занимаясь каждый своим делом. Иногда Минхо уточнял значение какого-нибудь слова или просил помочь с переформулировкой особенно замудренного куска текста — у Джисона хорошо получалось простыми словами писать о сложных вещах. Так что технически их посиделки все еще можно было отнести к работе над курсовой. Может быть, Минхо даже специально порой тупил, делал медленнее, чем мог, и спрашивал всякие глупости. Может быть, ему нравилось видеть, как загорались глаза Джисона каждый раз, когда он оказывался ему полезным. Больше всего эта ситуация развлекала Криса, который звонил Минхо каждые выходные и выслушивал его жалобные стенания. — А потом я спросил у него: твои родители случайно не пекари? А он такой: нет, мама у меня учителем в школе работает, а батя автобус водит. И начал мне про них рассказывать. Я скоро ебнусь. — У тебя какие-то устаревшие подкаты, Лино. Поэтому и не работают. — Мамка у тебя устаревшая. — Вот об этом-то я и говорю… Как-то Минхо принес капкейки с нарисованными глазурью сердечками. Джисон был настолько поглощен чем-то в своем телефоне, что так и умял почти все, ни разу не отрывая взгляда от экрана. И только доедая последний вдруг заметил, что они были чем-то украшены. — Ой, а там что-то нарисовано было, да? Прости, я просто сегодня с утра не ел ничего, а они такие вкусные. И Минхо очень-очень хотел на него разозлиться. И если бы на его месте оказался кто угодно, он бы, пожалуй, так и сделал, но Джисон так искренне хвалил его еду и выглядел таким виноватым, что просто невозможно было испытать к нему что-то даже отдаленно похожее на злость. И при этом всякий раз, когда Минхо уже готов был сдаться, забить, поблагодарить за помощь и сказать, что в его компании не нуждается и вообще пусть чем-нибудь поинтереснее займется, делать ему что ли больше нечего… Так вот, всякий раз, когда такой момент наступал, Минхо снова ловил этот внимательный заинтересованный взгляд на своем лице, который прожигал в нем дыру. Минхо был уверен, что сам точно так же смотрел на Джисона, только тот со своей внимательностью наверняка этого даже не замечал. В очередную пятницу читальный зал практически пустовал. Джисон лениво развалился на соседнем стуле и воровато поглядывал на Минхо. За окном хмурилось небо, вот-вот грозился полить дождь, и настроение было совсем не учебным. — Слушай, а поехали ко мне? — произнес Минхо, поворачиваясь к Джисону и в очередной раз поймав его на разглядывании. — Котов погладишь. — А они на руки пойдут? — Ну, один точно пойдет, — Минхо ухмыльнулся. — Это хорошо. У моей бабули тоже кот был, ласковый такой, правда, усыпить пришлось в прошлом году. Имя у него еще такое смешное было — Тормоз. Ужасно хотелось уточнить, не потому ли, что тот тоже не понимал намеков. Ехали на метро недолго: Минхо жил вместе с мамой в небольшой квартире, доставшейся им по наследству от бабушки. Мама постоянно пропадала на работе, и Минхо еще со школы большую часть времени был предоставлен самому себе. Чтобы не было совсем скучно, он часто приводил домой друзей, но после выпуска из школы все разбрелись по разным городам, так что приглашать больше было некого. Так в доме Минхо появились три кота: Дуни, Суни и Дори. Дуни достался от друга, который уехал в другую страну и не смог забрать с собой животное; Суни нашелся в приюте, а объявление с Дори Минхо увидел в интернете и не смог устоять перед его несчастными глазами. Минхо был убежден, что по тому, как человек относится к животным, можно многое сказать о его характере. Конечно, это не значит, что все должны обожать котов (хотя, это приятный бонус), но как минимум — уважать их личные границы. Джисон неловко мялся у порога, пока Минхо сам не забрал у него куртку и не протянул свои пушистые тапочки. В университете он вел себя гораздо увереннее, и Минхо почему-то умилял этот контраст. С другой стороны, было ли хоть что-то в Джисоне, что его не умиляло? Вопрос, разумеется, риторический. После того как Минхо помыл руки и вышел из ванной, он хотел было позвать Джисона на кухню, но обнаружил его, сидящего в коридоре прямо на полу. Рядом терся Дуни и подозрительно обнюхивал незнакомца, который, кажется, даже дышал через раз. Джисон осторожно протянул ладонь в сторону кота, приглашая его познакомиться, и Дуни удовлетворенно ткнулся в его руку, давая разрешение погладить. — Ничего себе, он обычно никому не дается, — совершенно нагло соврал Минхо. Ему даже было почти не стыдно, особенно после того, как лицо Джисона озарила счастливая улыбка. — Чувствую себя особенным. — Ты такой и есть. — Так думает только твой кот. — И не только он, — с абсолютно недвусмысленной (как ему самому казалось) ухмылкой произнес Минхо. — Ну да, еще моя мама, наверное, но это не считается. Дети для родителей всегда особенные, да? — и не дожидаясь ответа, Джисон снова вернул все свое внимание Дуни. Минхо хотелось орать. На кухню по запаху разогретого пудэчиге пришли и остальные два кота. Сложно было сказать, от чего Джисон пришел в больший восторг: от супа, который, по его словам, на вкус был практически такой же, как готовила мама, или от котов, которые активно терлись у его ног и то и дело норовили запрыгнуть к нему на колени. Джисон, даже когда ел, много болтал, рассказывал про семью и родной городок, о котором Минхо раньше ничего толком не слышал, но все равно выглядел немного скованно, как будто лишний раз что-то задеть боялся. Очаровательно. Пока они ели, за окном пошел сильный ливень. — Слушай, я знаю, что тебе сегодня да и вообще уже не очень нужна моя помощь, но ты не будешь против, если я тут немножко посижу, пока дождь не закончится? Ты можешь своими делами заниматься, я могу тут на кухне… — тараторил почему-то очень смутившийся Джисон. — Хани, все хорошо, — Минхо положил ладонь на чужое плечо и аккуратно его сжал. Сочетание ласкового прозвища и прикосновения произвели магический эффект — Джисон наконец-то заткнулся и посмотрел на Минхо. И Минхо был готов поклясться, что на какую-то долю секунды Джисон перевел взгляд на его губы, но тут же отвел в сторону, как будто сам этого испугавшись. За окном прогремел гром, и Джисон вздрогнул. — Грозы боишься? Джисон кивнул. Минхо убрал руку с его плеча, но встал из-за стола и потянул за рукав в сторону комнаты. Следующие два часа они сидели бок о бок на кровати Минхо и смотрели «Актрису тысячелетия» через маленький экран старенького ноутбука. Джисон периодически дергался от особо громких ударов грома, и в какой-то момент Минхо воспользовался случаем и взял его за руку, не отрывая взгляда от экрана. Джисон сжал ее в ответ и даже несколько раз провел большим пальцем по коже Минхо, но повествование настолько его захватило, что он, кажется, практически сразу забыл о том, что они — вообще-то — за руки держатся. Как хорошо, что он выбрал аниме, которое смотрел тысячу раз, иначе в таком состоянии ни черта бы не запомнил. Когда пошли титры, Джисон отпустил руку Минхо так легко, как будто ничего и не было. — Хорошее аниме, только грустное очень. — Я рад, что тебе понравилось. Можем как-нибудь еще повторить. — Да мы же вроде уже закончили с твоей курсовой… Ну, в смысле, мне кажется, моя помощь уже не нужна. — Ты можешь просто так приходить. — Зачем? Все, это была последняя капля. Минхо сделал глубокий вдох и выдох. — Ты мне нравишься, Джисон, — тихо произнес Минхо. — Спасибо, хён. Ты мне тоже! — Да блядь, ты мне как парень нравишься! — Ну… так я и есть парень. А как кто я тебе могу нравиться? — Абсолютное непонимание на лице Джисона доводило до отчаяния. Губы слегка надуты, брови нахмурены — как будто тайну вселенной постичь пытается. — Господи ты боже мой, что ж ты сложный такой? — воскликнул Минхо, схватил Джисона за горловину футболки и резким движением прижался к его губам. Джисон, на удивление, среагировал почти моментально: тут же обвил одной рукой за шею и начал активно отвечать на поцелуй. Минхо ожидал, что ему сейчас либо треснут по морде, либо еще минут десять будут соображать, что произошло, и придут к выводу, что Минхо случайно зацепился за одеяло и упал губами на его губы. Такой энтузиазм максимально сбивал с толку. Не то чтобы Минхо жаловался, конечно. Спустя черт знает сколько времени, когда они оторвались друг от друга, Минхо увидел лишь блаженную улыбку на лице Джисона и ни капли растерянности. — Минхо, так ты в меня тоже втрескался? — Что значит тоже? Ты разве…? — Слушай, ну а зачем бы я с таким энтузиазмом какому-то незнакомому чуваку помогать решил? Я тебя еще в прошлом году на концерте заметил, но все стеснялся подойти. А потом узнал, что ты с Крисом дружишь, в прошлом месяце взял у него твой номер, и тоже не смог первым написать, а потом с этой курсовой и… — Стоп-стоп-стоп. Ты хочешь сказать, что Крис все это время знал, что ты на меня запал? — Ну да, с сентября. Все настаивал, чтобы я с тобой заговорил, но я как-то не мог без повода. От количества полученной информации за последние пять минут было физически плохо. Но разборки с Крисом подождут. — Хани, ну а ты сам почему на меня никак не реагировал? Я к тебе все это время пытался подкатывать! И хоть бы раз! Хоть что-нибудь! — Когда это ты ко мне подкатывал? Минхо возвел руки к небу, мучительно застонал и уткнулся лицом в подушку. Щеки горели, уши горели, все внутри горело. Джисон провел ладонью по его волосам, убирая прядь с лица. — Мне казалось, ты просто шутишь, — признался Джисон. — Я тебе капкейки с сердечками принес! Кто такими вещами шутить будет? — Вкусные были капкейки. Сделаешь еще? — Джисон засмеялся. — Только если хорошо попросишь, — Минхо хитро ухмыльнулся, надеясь получить еще один поцелуй. — Сделаешь еще, пожалуйста? — Господи, за что мне это…