Не прогоняй меня!

Сознание возвращалось медленно. Я то выплывала из мрака, то погружалась в него вновь. И каждый раз вокруг меня царила полная тишина и тьма. Сначала я прибывала во мраке, мне было страшно, холодно и безумно одиноко. Я словно парила в бесконечности, сознание пыталось что-то понять, дать сигнал тревоги, заставить тело спасаться, но эта вязкая тьма не отпускала, обволакивала… Лучше бы я так и пребывала во мраке. В реальность меня вернула ноющая боль в запястьях, голова раскалывалась, перед глазами плясали красные точки. Вокруг по прежнему лишь тьма. Губы пересохли и потрескались, постаралась облизать их, но язык плохо слушался. Я полулежала на чем-то твердом и шершавом, на руках кандалы, сильно пахло тиной, но нигде не было шума воды. Не было ни звука, ни одного крошечного шороха. Я словно была замурована. Сколько я тут, в этом гробу. Может меня решили похоронить заживо? А может уже похоронили? - Помогите — я пыталась прокричать, но из пересохшего горла, безжалостно царапая нежную слизистую, вырвался лишь хрип. Надломленный шепот, совершенно не похожий на мой собственный голос. - На помощь! По щекам побежали теплые слезы, я попробовала подняться, но голова больно ударилась о камень, постаралась выпрямить ноги, все тот же камень. Мой гроб был небольшим, от силы метр на метр. Горло сдавило, как бы я не старалась воздух отказывался наполнять легкие, грудь горела огнем. Липкий страх, заполнял все мое сознание, коварными лапами хватался за ноги, поднимаясь все выше. Тело покрылось холодным потом, я не могла шевелиться, все тело сковало ужасом. Клаустрофобия… Я пыталась сосредоточиться на сердцебиение, замедлить его. Мне нужно сосредоточиться и заставить свое тело дышать. Но оно упорно отказывалось мне подчиняться, в голове пульсировала одна мысль. Меня похоронили. Я умру вот так, съежившись в этом проклятом каменном грабу. Кислорода перестало хватать, сознание медленно угасало, даря забвение. Я ожидала увидеть тьму, я хотела попасть в бесконечную бездну, где есть лишь холод, одиночество и страх, но в этот раз я была в другом месте. Глаза слезились от яркого света, неповторимо пахло сакурой, а босые ноги щекотала зеленая трава. Я медленно опустилась на колени, по щеке стекла слеза, потом вторая, третья и вот я уже рыдала, крича в никуда. Я злилась на несправедливую судьбу, на Максима за его безразличие, на свою глупость, что отказалась от предложения однокурсника. Боль раздирала грудь, мне было так страшно и одиноко. Я хотела домой к маме, в ее теплые и нежные объятья. Мне хотелось почувствовать ее руку глядящую меня по волосам, от ее рук всегда так вкусно пахло кремом «Бархатные ручки», что этот запах навсегда ассоциируется у меня с ней. А еще от нее пахнет теплом, едой и домом… Свет солнца кто-то загородил, подняв заплаканные глаза не смогла толком ничего разглядеть, кроме высокой, стройной фигуры парня, этот силуэт был смутно знаком. - Ты в порядке? - этот голос. Где же я его слышала? - А по мне видно, что я в порядке? - произнесла я немного раздраженно, указывая на свое лицо. Боль и отчаянье уступает место злости. Я встаю на ноги и замирая вглядываясь в каждую черту лица. Пере домной стоял сам Чон Чонгук. Я понимала, что это иллюзия, оптический обман. Игра уставшего мозга. - Я умерла? - Не думаю. - Чон слегка наклонил голову набок, прищурив глаза. - А почему ты должна умереть? - в его глазах светился интерес. - Меня похитили и замуровали в каменном гробу. - Не знаю почему я говорю об этом так просто. Потому, что это факт? Или из-за того, что повлиять не могу? - Но как ты можешь быть мертва, когда ты тут со мной? - Чон подошел ближе и я ощутила легкий запах пота вперемешку с ароматом грейпфрута. - Ты выглядишь очень живой и от тебя вкусно пахнет, что это за запах? - Гук принюхался подвинувшись еще ближе, тело отреагировало мурашками на исходящее от него тепло и силу. - А… Это сирень — я опустила взгляд на его грудь обтянутую тонкой тканью рубашки, мне кажется на нем пижама… Я медленно посмотрела на его лицо, в глаза, свет придавал им янтарный оттенок делая их светлее, красивые. Мне хотелось убедиться в том, что все это не лож, не мираж и не иллюзия. Подняв руку я очень медленно боясь, того, что он сейчас отстранится положила ее на груд парня. Под ладонью мягко, не спеша билось его сердце. - Может я и не мертва, но это все не реально. Ты не можешь быть тут, рядом со мной… - Почему не могу? - Он сказал это так же положив руку на мой пульс, кожу обдало жаром, его рука такая горячая… - Я тут с тобой… Все резко померкло, стало холодно и мокро. Кто-то больно ударил меня по лицу, сознание возвращалось стремительно, принося страх. Но чувство теплой руки и легкий аромат грейпфрута пробуждали злость. Я резко распахнула темно-синие глаза, брови хмуро сдвинуты. На меня противно улыбаясь смотрел клоун. Всю жизнь их терпеть не могла... - Очнулась, что прикажите босс — большой, в противном оранжевом комбинезоне клоун повернулся ко мне спиной обращаясь к человеку сидящему на красном троне. - Приведите ее в порядок, она будет выставлена сегодня. Мужчина стремительно поднялся и вышел. Меня больно схватили за локоть и дернули пытаясь поставить на ноги, но после каменного гроба они не хотели меня слушаться, по телу прошли миллионы иголок. Я пыталась рассмотреть место где нахожусь, но пазл не хотел складываться в картину, ускользая в пелене перед глазами. Темнота опять окутала меня, но в сад сакуры на этот раз я не попала. Перед наступлением полной темноты, в голове окрепла единственная мысль «Я не сдамся, буду бороться, чего бы мне это не стоило!»…