Немного другая реальность

Он пытался вдохнуть, распростёртый на операционном столе и сдавленный тяжёлым металлическим обручем в груди. Захваты крепко держали его на месте, лишая возможности выбраться. Минуту назад это, однако, не останавливало его от попыток брыкаться. Но потом Доктору надоело смотреть, как он корчится, и тот увеличил силу захватов, до боли сдавив скованные лодыжки и запястья и почти лишив неугомонного шакала способности дышать. – Ну теперь-то ты будешь более сговорчивым? – нетерпеливо взмолился Роботник, когда хрипы пленника затихли, после чего ослабил оковы, спасая того от удушения. Инфинит закашлялся, с трудом возвращаясь в сознание, и искоса взглянул на возвышавшегося над ним человека. – Ни за что. Я не хочу этого, – прохрипел шакал, сжимая в кулаки руки в ожидании новой порции пыток. Однако вместо того, чтобы дальше его мучить, Доктор отвернулся в сторону и протянул несчастно, почти беспомощно: – Ну и что мне с ним делать? Он отказывается! Сначала Инфинит подумал, что безумный учёный совсем тронулся умом и начал разговаривать со стенами. Однако почти сразу же его посетила мысль о собственном сумасшествии, потому что стена почти без заминки ответила. – Тебе настолько нужно его согласие, чтобы вживить этот сраный камень? Мгновением позже, правда, оказалось, что говорила не вертикальная поверхность, а удивительно хорошо (для своего окраса) спрятавшийся в тенях синий ёж. Герой, мать его перевернись в гробу, Мобиуса. Уперев руки в боки, Соник придирчиво щурился, разглядывая картину перед собой. И судя по тому, как он нахмурился и начал нетерпеливо пристукивать ногой, зрелище ему не понравилось. Непонятно, недовольство вызвал в нём вид прикованного к широкому столу морфа или, наоборот, кисло-расстроенная мина великого учёного, которому с какого-то рожна срочно потребовалось согласие пациента на проведение нежелательных модификаций его тела. – Эггман, чтоб тебя, ты злобный безумный гений или застенчивая медсестричка?! – воскликнул синий ёж, когда не дождался никакого внятного ответа, и выпрямился. – Я гениальный учёный! – в стиле оскорблённой невинности откликнулся Доктор Роботник и, скрестив руки на груди, эксцентрично фыркнул в сторону: – И мой гений подсказывает мне, что в нашем случае гораздо удобнее было бы добиться сотрудничества с моей... называя вещи своими именами, жертвой. Подавлять его сопротивление постоянно мне как-то не стоит. В этот момент кто-то коснулся его пальцев из-под стола. Инфинит вздрогнул и, убедившись, что "заклятые враги" на него не смотрят, тихо повернул голову в сторону от них. Разноцветные глаза внезапно столкнулись с алыми. Шакал дёрнул длинными ушами, едва не поставив их торчком в волнении, но черно-полосатый ёж вовремя тсыкнул на него, заставив утихнуть. О хвосте Шэдоу позаботился сам, крепко сжав свисавшую со стола его белую часть в ладони, чтобы тот не взметнулся от радости. "Потерпи ещё пару секунд. Я почти взломал эту штуковину" – одними губами сложил ёж, и Инфинит в ответ чуть заметно кивнул, почти только моргнув понимающе. – А мне какая разница? – тем временем фырчал на учёного синий ёж, ссора старых знакомых набирала обороты. – Ты хоть представляешь, как это уныло было – провести целых полгода в тишине и спокойствии? Я уже по горло сыт этой бытовухой, – он экспрессивно дернул рукой и шагнул вперёд, ступая под свет ламп, зелёные глаза угрожающе сверкнули. – Мне нужен конфликт! И я знаю, что тебе уже дохрена чего есть из разработок, что можно протестировать в бою! На последних словах Соник обвиняюще ткнул пальцем в сторону Доктора, заставив того отклониться назад и устало закатить глаза. – Если этот шакал усвистает от меня сразу, как я отдам ему Рубин Иллюзий, никакого эпичного противостояния не получится, – как маленькому, начал объяснять Роботник. – Тебе так хочется упустить такой ша- – Про упустить это ты верно сказал, – вдруг странно протянул синий ёж, с непонятным весельем взглянув учёному за спину. Слишком хорошо зная этого мобианца, Эггман тут же резко обернулся... и увидел только неожиданно пустой стол с аккуратно расщёлкнутыми оковами.

...

Компактно собрав лапы и руки, Инфинит сидел на спине аккуратно поджавшего иглы ежа, пока тот на умопомрачительной скорости нёсся по коридорам подземной базы злобного гения. Приятного в поездке на околозвуковой скорости было мало, особенно учитывая иголки, тычущиеся ему практически во все возможные места. Но шакал тихо терпел временные неудобства, надеясь, что это спасёт его наконец от нежеланной участи. С тех пор, как оказалось, что он единственный на планете морф, совместимый с неким прилетевшим из дальнего космоса камешком, его жизнь превратилась в какое-то вопиющее безобразие. Инфинит ненавидел все эти геройские разборки и погоню за финтифлюшками посильнее. Он бы с огромным удовольствием продолжил жить в стороне ото всех этих безумных вещей. Тихо, спокойно, в окружении своих друзей и верной стаи. ...но надо же ж было судьбе преподнести ему такой отвратительный сюрприз, который превратил его из никому не нужного морфа в ценный приз, за которым гонялись все видные лица планеты! Прошло не больше пары минут, как Шэдоу наконец вытащил его из стерильных подземелий базы гениального учёного. Они остановились, когда над головой появилось голубое дневное небо, а вокруг внезапно выросла лесная зелень и древесная чащоба. Инфинит медленно выдохнул и, уловив намёк в жестах ежа, слез с него. Ноги после поездки не удержали его, и шакал почти сразу же свалился на задницу. Услышавший это ёж обернулся к нему, смерил внимательным взглядом, и ухмыльнулся вдруг. – Так себе сервис, верно? – весело предположил Шэдоу, нарвавшись в ответ на усталую отмашку слабо дрожащей рукой. – Иди ты, – заворчал с лёгкой улыбкой шакал и совсем упал на спину. – Дай мне минуту отдышаться. – Если только минуту... – протянул ёж, внимательно оглядывавшийся по сторонам. Потом, убедившись, что пока рядом никого нет, он обернулся к растянувшемуся на траве шакалу, подошёл вплотную и, наклонившись, протянул ему руку, с явным намёком, что хватит тут валяться. – Теперь ты согласен пойти со мной? – выразительным тоном произнёс Шэдоу, напоминая о разговоре, состоявшемся между ними прямо перед похищением шакала. Инфинит напряжённо оглядел протянутую ему ладонь в перчатке, затягивая с ответом. Эти общеизвестные подушечки для иголок, что одна, синяя, что другая, которая с ним сейчас, спокойной жизни ему не обещали. Но этот, по крайней мере, не пытался подсунуть ему сомнительный артефакт с прицелом развязать с его помощью захватническую войну. – Я... – начал было шакал. Однако внезапно поднявшийся порыв ветра прервал его. Через мгновение Инфинит понял, что Шэдоу рядом с ним больше нет. Ещё секунду спустя до него дошёл грохот улетевшего на безумной скорости снаряда и треск переломленного пополам дерева. Рядом теперь оказалась невозмутимо застывшая фигура знакомого синего ежа. – Эй, Шэдс! – полностью игнорируя шакала, задорно крикнул Соник и встопорщил повыше свои острые иглы. – Тебе дедуля не говорил в детстве, что пиздить чужие игрушки нехорошо? ...обычный день на Мобиусе только начинался.