После

Солнце практически скрылось за горизонтом, осветив последними лучами небо, бросая багровые цвета на землю и полуразрушенное здание школы, когда Вики неслышно ступает к выходу, в надежде застать закат. Ей нравится смотреть, как багровые лучи медленно исчезают, уступают приходящей тьме, что укутывает землю. Все бессмертные, оставшиеся в живых, разошлись: кто на пост, кто на обход территории. После войны для тех, кому удалось выжить, наступили тяжелые времена. Привычного для них мира больше не было. Нигде. Осталось единое нечто, где сплотились выжившие ангелы и демоны. Они не победили, как и не проиграли. Ютясь в здании, где еще было хоть немного безопасно, периодически отражали атаки прислужников Мальбонте, а те словно не верили, что их предводитель мертв, и находились в каком-то трансе. Вики слышала разговоры, которые заставляли ее сердце сжиматься каждый раз. Кто-то говорил об уходе на Землю, кто-то же, что стоит выстраивать здешний мир заново. Мнения разделялись, и никто не мог прийти к единому. Бывших учеников старались огородить от этого, но все всё равно знали и слышали, и теперь смиренно ожидали, что будет дальше. Уокер неслышно вздохнула, прежде чем тихо отворить тяжелую дверь и взглядом уткнуться в широкую спину с черными крыльями. Она в сотый раз прошлась по ним глазами, утыкаясь в сломанное крыло, что так и не срослось правильно, и замерла на месте в непонимании, что ей делать. — Ты можешь остаться, Вики, я не против. Усталый голос, в котором нет и ноты недовольства. Вики колеблется еще несколько мгновений, прежде чем почти неслышно пройти и сесть на ступени рядом с демоном. — Прости, я думала, буду одна. Демон обернулся в её сторону, а излом его губ был похож на злую усмешку. Но Вики знала, что это не так. Она видела весь спектр его эмоций после битвы и знала, что сейчас он просто смотрит на нее. На секунду Вики ежится под его взглядом, но не двигается. Только вцепляется в свою юбку пальцами до побеления. Нарушает молчание только голос Геральда. — Ты ведь знаешь, я не против твоей компании. Он снова отворачивается, откидываясь плечом на железные перила, и выдыхает. Вики закусывает губу от волнения. Все слова, которые она хотела сказать ему после, но так и не смогла, постоянно вертятся у нее в голове, а стоит ей увидеть демона — она хочет к нему подойти, но не может пересилить себя. И именно сегодня этот момент так удачно ей подвернулся. Мужчина видит вопросы в ее глазах и кривит рот в усмешке. Шрамы, оставшиеся после битвы, пересекают щеку и верхнюю губу и бугрятся, создавая не самое приятное зрелище, но Вики завороженно наблюдает за этим. Она видит, что у него не работают некоторые лицевые мышцы и правая часть лица почти неподвижна. Это жутко. Но Уокер замечает в этом что-то, от чего не может оторваться. И мысли, что получил он эти шрамы, спасая ее, тоже никогда не покинут ее голову. — Я виновата. Геральд придвигается к ней, так что она может разглядеть в деталях его кривую рану, которая уродует всю картину его лица и которая, скорее всего, не заживет уже никогда, оставляя страшные рубцы на половине лица. Она хочет смотреть ему в льдисто-синие глаза, но больше косится в запавшее веко, которое помогала зашивать лично и которое он никогда не сможет открыть. Но она хотя бы старалась, так что глаз — это единственное, что выглядит аккуратным. Демон никогда больше не посмотрит на нее двумя глазами, но Вики нравится то, что она видит. Уокер думает, что она неправильная, что это ужасно, но ничего не может с этим поделать. Но Геральд знает, что ей нравится разглядывать его изуродованное лицо. И он позволяет ей это. Хотя остальные стараются не задерживать на нем взгляд. — Перестань. Тут точно нет твоей вины. Вики бесшумно выдыхает и замирает, когда Геральд берет ее ладонь в свою и несильно сжимает. Она прикрывает глаза и прижимается к демону, чувствуя, как мужчина тихо опаляет дыханием ее волосы. Вики расслабляется, только сейчас чувствуя, что Геральд не держит на нее ни обиды, ни зла за произошедшее.