Не интересует

— Ну что же ты опять здесь сидишь, — послышался откуда-то сверху мужской взволнованный голос. — Спокойно, — просто ответил ребёнок, не отрываясь от книги перед глазами. «Загадки со спичками» — книга, что овладела интересом постоянно скучающей Наото Широгане. Ей нравилось представлять все представленные в книжке схемы, прикидывать, как и куда стоит передвинуть ту или иную спичку, чтоб стояло точно в ряд… она даже пробовала построить незамысловатые фигуры из настоящих спичек, однако, когда дедушка поймал её за этим занятием, сильно наругал. Наото не понимала обеспокоенности мужчины, ведь она не поджигала деревянную палочку с шариком красного фосфора на верхушке, не размахивала бездумно огнём. Она решала задачки из книжки. Что может быть безопаснее, чем картинки на бумажных листах? Поэтому все догадки и предположения были вырисованы у неё в старой, пожелтевшей от времени бумаге: дедушка нашёл некоторые не начатые, не исписанные от корки до корки тетради у себя в шкафу. Широгане рисовать совершенно не умела, поэтому на каждом листе были изображены простые палки, и если бы в эту тетрадь заглянул человек, не понимающий, что же эти чёрточки собой представляют — он бы растерялся. — Погуляй, милая, — всё так же обеспокоенно предложил в который раз дедушка. В его голосе отчётливо слышалась грустная усталость… Вот уже как два года она живёт с дедушкой — известным детективом — после гибели своих родителей. Девочка плохо их помнила, но иногда ей было интересно послушать истории дедушки. Иногда даже её пробирала детская печаль, что обычно возникала у детей при желании поиграть с родителями, что всё время находились на работе… Она их не знала, однако она скучала и дорожила теми людьми, о которых так много узнала по рассказам дедушки. Наото любила «скрываться» в своей тесной, но уютной кладовой дедушки. Её комната находилась рядом с гостевой, и комната та была много просторнее, чем кладовая : она была светлой, с большим для такой маленькой девочки диваном и роскошной кроватью, с элегантным чёрным постельным бельём. Напротив кровати висела картина. Девочка постоянно смотрела на неё, когда ложилась спать и пугалась — хрустальная ваза с тремя одинокими цветами на холсте казалась ей человеческим черепом при выключенным свете, поэтому она всегда крепко жмурилась и отворачивалась к стене, засыпая. Но больше она любила спать именно в кладовой — ей нравилось изучать забытые дедушкой вещи, множество оставленных им книг, банки с химическими веществами (Наото решила для себя, что те нужны для расследований), и старенький фотоальбом. В фотоальбоме хранились совместные фотографии её родителей, и Наото любила изучать эмоции на лицах матери с отцом. Они выглядели счастливыми, и девочка узнавала истории, что рассказывал ей дедушка, на фотоснимках. Фотоальбом лежал у неё под кучей книг, развивающих логику, что она намеревалась прочитать. Наото не любила гулять и в принципе не интересовалась происходящем на улице. Каждый раз, что она оказывалась на улице, был по инициативе дедушки или же из-за трепетного её желания отправится с дедушкой на дело. Недавно он впервые взял внучку с собой, и Широгане ещё долго не могла заснуть той ночью, ломая мозг над мотивами преступника, не в способности скрыть свой искренний восторг. — Почему ты больше не берёшь меня с собой на расследования? — с жалостью в голосе спросила девочка, откладывая книжку в сторону. Она знала ответ заранее, и как бы ей не было горько от осознания, что какие-то предрассудки могут влиять даже на отношение её любимого дедушки к ней, Наото уже предвкушала: «Девочки твоего возраста должны с ровесниками мороженое кушать, а не выискивать правду о чьей-то смерти.» Дедушка никогда не говорил ей это прямо, он, как и сейчас, просто отводил взгляд и мотал головой, уходя от вопроса. Но эта фраза всегда витала в воздухе — особенно, когда дедушка встречался со своими приятелями по работе. Кому нужна обуза в виде юной девочки на месте преступления? Но у юной девочки не было больше интересов, кроме как восстанавливать хронологии действий преступника. Как бы странно то не звучало… — Я погуляю в парке, — подала голос Широгане, пряча взгляд в пол — совсем скоро этот жест станет одним из самых привычных. Взяв маленькую сумочку, которую девочка, с некоторой гордостью, донашивала после отца, Широгане отправилась в местный парк. Город у них был совсем маленький. Но даже так, Широгане знала далеко не всех жителей, если только взрослую их часть — те же самые лица постоянно с интересом вертелись около места преступления. Но она совершенно не знала, сколько в их городке живёт ребят одного с ней возраста, поэтому девочка сильно опешила, увидев на качелях мальчика со странным цветом волос. Они цветом напоминали скопившуюся на тряпке пыль после того, как Наото протёрла книжки в библиотеке деда — непроизвольно девочка хихикнула. Никого кроме них на площадке не было, поэтому незнакомцу было странно услышать мягкий смешок — тот насторожился и остановил медленно раскачивающуюся качель сандалей. — Прости, я, должно быть, тебя испугала…— извиняющийся и на удивление вежливо произнесла Наото, не подходя к сероволосому мальчику близко. Она гордилась своей воспитанностью и чётким, громким голоском, а увидев во взгляде парня некое уважение с перемешкой со смущением, она выпрямилась и уверенно направилась к качелям. — Нет, здесь просто…никого нет…обычно, — скромно ответил мальчик, раскачивая качель заново, — я очень удивился!.. — Значит, ты всегда гуляешь здесь один? — К сожалению… — Наото услышала в ответе печаль, что свойственна только взрослым, которые обычно рассказывают следователям свою личную трагедию… а потом на них таким образом можно было составить досье. — Как вас зовут? — серьёзно спросила девочка, словно по экземпляру, сажаясь рядом, — и как давно вы здесь находитесь? — Ю…— отстранённо ответил мальчик, с удивлением разглядывая девочку, — ко мне никогда ещё…так вежливо не обращались. — Ю-кун, — с серьёзностью в голосе повторила девочка, — а меня Широгане Наото. Будем знакомы! Наруками Ю неловко пожал протянутую ему руку, ещё больше стесняясь некой официальности новой подруги. Наото же мысленно дополнила психологический портрет нового друга — говорит неуверенно, очень виновато улыбается, но смотрит с неподдельным интересом. Как оказалось, на площадку и вправду никто не приходил, и двое спокойных ребят смогли делиться историями друг с другом, не волнуясь о постороннем шуме и о том, что их интеллектуальные беседы может кто-то потревожить. Беседы они вели и вправду заумные — оказалось, Ю любил проводить всё своё свободное время за энциклопедиями, больше всего любил «листать картинки с кошками» и совсем не любил читать утренние газеты, что приносили в их дом каждое утро. Мальчик жил один — его родители постоянно были в командировках и почти не поддерживали связь с сыном. Широгане остановила себя от порыва воскликнуть «ты точно такой же, как и я!» и крепко обнять уже полюбившегося друга. Но девочке стало больно за Наруками, казалось, он и вправду тосковал и по-настоящему страдал в одиночестве. По дороге домой Наото думала, как бы вела себя она, если бы её родители были живы, но совсем бы не общались с ней из-за работы? Ответ крутился на языке — она отправлялась бы на расследования вместе с ними! Однако, через считанные секунды у девочки появился и новый ответ — девочкам нет места на подобного рода работе. Наруками был одинок, и, вспоминая смущённый смех мальчика, Наото внезапно почувствовала, что хочет слышать этот смех как можно чаще. Она назвала это простой эмпатией — в мальчике она начала узнавать и себя. Просто при других сложившихся обстоятельствах. — Чем занята, Наото? — Если бы тебе нужно было спрятать что-то драгоценное, куда бы ты это спрятал? — Что за вопросы такие… — старик с интересом взглянул на несколько исписанных внучкой бумаг, — точно не у себя дома… После этого Широгане ещё долго думала, почему же прятать что-то важное у себя дома лучше не стоит, но и до этого она планировала спрятать несколько из своих любимых книг на улице, сравнивая их точно с сокровищем. Целый день она придумывала карту, маршрут и не очень весёлые, но логичные подсказки для того, чтобы Наруками Ю смог поучаствовать в целом квесте. Ну, а потом ещё и пособирать любимейшие из головоломок девочки. Ей было даже жаль дарить такие занимательные задачки, но, поспорив с собой ещё полчаса, она пришла к выводу, что и так и так помнит каждую из них наизусть, а послушать ход решения мальчика будет намного интереснее. На следующий день девочка, не свойственно для себя же, с рвением ушла «погулять ненадолго, если что, я в парке!», оставив своего дедушку с улыбкой на лице. Наото поскорее хотелось гордо вручить маршрутный лист мальчику с пепельным цветом волос, хоть она и понимала, что это как-то совсем уж по-ребячески, а она участвовала вот уже в трёх расследованиях. Но об этом она тоже подумала — если бы она составляла что-то более серьёзное, Ю не смог бы разобраться в этом, ведь уже у него опыта в расследованиях не было… Мальчик в одиночку сидел на скамейке в углу площадки, смотря куда-то вдаль, и этот взгляд Широгане даже испугал, так смотреть тоже способны были лишь взрослые, которые потеряли что-то очень им близкое. — Здравствуй, Ю-кун, — вежливо поздоровалась девочка, скромно сжимая в руках потрёпанную папочку, — Что-то случилось? — Здравствуй… — мальчик печально оглядел девочку, не вставая со скамейки, — я сегодня…я сегодня уезжаю. — Уезжаешь? — Вчера родители вернулись из поездки, — совсем тихо начал Ю, так тихо, что Наото пришлось вслушиваться в каждое слово, и по сломленному тону друга ей стало по-настоящему тревожно, возможно, никакой квест уже и не понадобится, — Сказали, что нам срочно нужно переезжать в Нагано…почти в самые горы…я так… Наото неслышно положила все свои труды на скамейку, но сама сесть рядом не смогла, она никогда не умела общаться со сверстниками, не говоря уже об умении их поддержать. И с каждым словом голос мальчика с пепельным цветом волос начинал дрожать всё больше. Широгане привыкла видеть слёзы в отделении полиции, но она никогда не проникалась трагедией того или иного человека, ведь её заботой было найти виновника и внимательно вслушиваться в показания. Но когда перед тобой сидит мальчик, который еле удерживает слёзы обиды на то, что ему снова придётся остаться совсем одному — никаких расследований за собой это не вело. Это было и так понятно. И ей стало настолько же обидно, неужели она никогда больше и не увидит скромную улыбку мальчика с волосами пепельного цвета? — Ю-кун, — аккуратно начала девочка, по привычному опуская взгляд в пол, — мне… Мальчик задел папку рядом, желая встать со скамейки. Наскоро вытерев глаза рукавом голубой кофты, Наруками небрежно поднял файл, пытаясь отвлечься самому и не заставлять искать верные слова девочке, как это обычно делали его родители перед каждом уездом. — Это?.. Какое-то из твоих дел, Широгане-сан?.. — Э-это…— девочка, уже вовсе не с гордостью посмотрела на папочку в руках друга, рассказывать про некие сокровища и увлекательные расследования сейчас будет совсем не к месту, — можно и так сказать… если честно, Ю-кун, это для тебя…но, раз уж… — Для меня? — мальчик удивлённо посмотрел на подругу, открывая слегка раскрасневшиеся от слёз глаза, — Спасибо тебе, Широгане-сан, мне очень приятно! Наото с непониманием взглянула на мальчика — он ведь даже и не знает, что именно это за бумаги, но вот она, та скромная улыбка, тот как будто забыл о своём несчастье в миг, и девочка, в первые в жизни не думая, рассказала другу о квесте, и что даже если он не сможет найти её «сокровище», то можно без квеста, ведь она так хочет передать ему сами книжки… — Хорошо, я найду! — неожиданно для самого же себя ответил мальчик уверенно, — жди здесь… Ю побежал в сторону выхода из парка, Наото же с незнакомым для себя детским восторгом готова была бежать следом, будто если они не найдут «сокровище» как можно скорее, оно убежит. — Наото-чан! — позвал откуда-то малознакомый голос, — твоего дедушку срочно вызвали на работу, он просил передать, чтобы ты тоже отправлялась на участок, — старушка еле заметно скривилась, — как странно говорить это ребёнку. Девочка замерла, совершенно не зная, как реагировать. Она была рада — дедушка вновь просит её помощи, а значит, она вновь сможет поработать плечом к плечу с настоящими детективами. «Спасибо за то, что передали. Я немедленно туда направлюсь» хотела произнести юная расследователь, но всё так же лишь с некой опаской смотрела на женщину напротив. Куда же она сейчас пойдёт? Как же без неё справится Ю, он же просил подождать его здесь. И почему она не спросила, во сколько именно уезжает её новый друг? Отвлеклась на слёзы малознакомого мальчика, узнай бы это в полиции, точно засмеяли бы… может, ей и вправду нет места в этой профессии? — Хорошо… — вяло ответила девочка, твёрдой походкой покидая фыркнувшую в след старушку. Направляясь по знакомой дороге, она почувствовала стыд перед мальчиком с внезапно загоревшимися энтузиазмом глазами, готового пройти весь её квест будто на самый быстрые результаты, как какой забег… надежды на то, что она успеет точно к моменту, когда мальчик найдёт книги не могло и быть — дедушку никогда не вызывали на работу для дела на час. Значит, она и вправду в последний раз видела странные, цвета пепла волосы. «Прости, Ю-кун…» прошептала девочка, смотря на строгое, небольшое здание полиции. А на следующий день в парке никто уже не сидел, на скамейке лишь лежала папка с перемешанными в ней бумагами, но Широгане улыбнулась, увидев на самой первой странице: «Когда-нибудь верну. Спасибо, Широгане-сан»