Это всё, что нам осталось

Арсений остановил машину под первым попавшимся магазином с парковкой. Резко стало плохо, а перед глазами всплыло всё то, что сейчас доставляло колоссальную боль. На глаза проступили слёзы, а лёгкие обдало аммиаком и обожгло горло серной кислотой. 《Антон лежал на рёбрах и смотрел какое-то шоу на телефоне. Арсений запустил пальцы в волосы и гладил лицо. Температура внутри давно перевалила за 42°, но сейчас она считается нормальной. Тело пронзало электрическими импульсами разной интенсивности. Хочется остаться в этом моменте навсегда. Всё так же лежать и обнимать то, что заставляет жить.》 Арсений сжал руль до побелевших костяшек. Все суставы сжались и рассыпались от испарившейся влаги. Кровь почернела, быстро отравляя организм. Она сжалась до антиматерии и выходила под кожу ржавыми иглами. 《Антон повалил Арса на снег, залез сверху и обнял руками и ногами, смеясь как ребёнок. Он вслепую тыкался носом в щеку в поисках губ. Его нос был холодный и мокрый. Может из-за этого Арсений называл его "мой котёнок". Мой котёнок. Это милое прозвище звонко отзывалось в сердце раскатом любви.》 Но сейчас он был готов умереть в эту секунду. "Мой котёнок" сейчас режет по сердцу ржавым наконечником стрелы. Острым камнем царапает кожу, оставляя за собой рваные раны. Прожигает новые пятна, которые сразу превращаются в кровавое месиво. Убивает. Уничтожает. Ломает изнутри. Травит. 《-Арсюш, ну как я без тебя? А чьи футболки я буду носить? - Антон с нежностью улыбнулся. -У тебя есть свои, солнышко. - Арс провёл большим пальцем по лбу. -Я всё равно буду носить твои. И штаны, и носки, и кофты. И телефон твой буду брать. -И обнимать будешь? -И обнимать. И целовать буду. - Антон сгрёб Арсения. - Я люблю тебя до потери пульса.》 Арсений поднял глаза вверх и сжал между пальцев волосы. Это похоже на приступ. Тяжесть в груди и горячий воздух, переполняющий каждый сантиметр. Арсений посмотрел на себя в зеркало. Оттуда на него посмотрел совершенно другой, незнакомый человек. Небритый, непричёсанный, с красными глазами и тонкой струйкой крови, которая стекает к верхней губе. Откуда? Ведь раньше у него никогда не было кровотечений. А это уже второй раз. 《Арсений что-то нарезал, пока Антон стоял рядом, опираясь на стол. Он пел песню. Homie. В городе, где нету тебя. Он смотрел на Арса и каждую буковку пел со всей вселенской нежностью, которая у него внутри. Пел и умолял, чтоб его город никогда не остался без Арсения. Знал бы он тогда, что песня окажется пророческой. Но тогда он смотрел на Арса как на солнце. Как на драгоценный камень. Как на самый красивый сапфир.》 -Хватит! Хватит! Хватит! - он закричал сам себе. - Пожалуйста, прекрати. Хватит. Я не могу. Я не могу. Не могу. Не могу. Не могу. - он завыл. - Пожалуйста. Я не могу. 《Антон открыл дверь в гримёрку и завис. В глазах пронеслись сотни солнечных зайчиков, а по телу рассыпались разноцветные пятна. Антон не сводил глаз с Арсения, который стоял к нему спиной. На рёбрах красовалась надпись курсивом "ЭтоМоё". Такая же была и у него. В том самом месте, скрытая от лишних глаз. Слева на рёбрах, ближе к сердцу. Та же надпись, что и на футболке Арса, которую он выпустил в преддверии его дня рождения. Подарок Антону. И извечное напоминание.》 Арсений потянулся рукой к рёбрам и сжал в ладони куртку. Сжал до боли в руке. Сжал до хруста в суставах. -Ты придурок. Ты ничтожество. Ты конченный долбоёб. Я ненавижу тебя, Арс, я ненавижу тебя. Я ненавижу тебя. * Арсений доехал до ближайшего хостела и первым делом поспешил спать. Но уснуть ему так и не удалось. Мысли затмевали остатки разума, заставив всю ночь ворочаться. Он до утра накидывал одеяло, стягивал его обратно, вертелся со стороны в сторону, вскакивал, бродил по комнате, постоянно дёргал шторы и смотрел на ночной город. Как за стеклом сотнями загораются и гаснут огни. Какие-то из них были фонарными столбами, какие-то окнами близлежащих домов. Некоторые были мимо проезжающими машинами. Даже ночью город ни на секунду не засыпал. Люди спешили, бежали куда-то навстречу друг другу, к тем, кто их ждёт. Но ему бежать некуда. Арсений собственноручно разрушил то, что заставляло жить, оборвал всё. Бросил и уехал, как трус и подлец. Как ничтожество, которое убегает вместо того, чтобы решить. Трус. Трус, который не смог найти в себе силы поговорить. Который просто ушёл, даже не попытавшись.