Дорога на Эльдорадо: Добро пожаловать домой, или посторонним вход воспрещён

***

Головастик Цекель-Кан отрастил себе новую башню, как и положено неубиенному мудаку. — Я пришёл забрать вещицу, которая принадлежит мне, — рыгнул Кортес. — А с-с-схуяли она принадлежит тебе? — внезапно заговорил Элтон. Действительно. — Говорящая змея! — Мигель таращился на Змея своими зелёными глазёнками. … — Слушай сюда, гад. Я не уйду отсюда без «Мальтийского дьявола», ты понял? — Кортес рыгал перегаром. — Ты вообщ-щ-щ-е кто? — шипел Элтон. — Я — Эрнан Кортес, завоеватель и поработитель. Слыхал про такого? — Как же ты с-с-сподобился? Экс-с-сплуатировал рабочих, цепляяс-сь за устаревшие империалис-с-с-стичес-с-ские догмы, сохраняя с-с-социально-экономичес-с-с-с-ское неравенс-с-с-с-с-с-с-с-с-с-с-ство? — Нет. Джон пнул в живот Таннабока и залез в его модные шортики. Вжик-вжик. — Let's Get Dangerous! — облизнулся Джон, после мгновенной кульминации. … — Никак вы, блять, не поймёте… — Кортес нахмурился и поднял руку с мечом. — ¡Fuego! За спиной Кортеса образовалось целое полчище его солдатиков, и все с мушкетами. Ужас-ужас. Они как шмальнут! Бах-Бах-Бах! Ба-бах… Бах-Бах… Ба-а-а-а… Бах-Бах-Бах… А… Выстрелы были предупредительными, то есть в небо. — Убьём их, Повелитель! — злорадствовал Цекель-Кан. — Заткнись. Я тут командую, — Кортес дал ему по носу. … — Держись! — Джон прыгнул на голову Элтона и оседлал его. … — Что за чёрт… — Кортес судорожно скрипнул ресничкой. Здоровущая змеюка попёрлась в сторону Цекель-Кана и Эрнана Кортеса. Солдаты поднапряглись. — Да погодите вы, блять! Лять… Лять… Лять… — крикнула Чел. Эхо… Эхо… Эхо… Раздалось. Накал страстей на минуту угас, фугас мне в глаз. — Насилием ничего не добьётесь! Я предлагаю вам пойти на компромисс, — предложила она. … — Но… Это же мой кинжал, — расстроился Змей Элтон. — Пасть свою заткни! Он мой! — заткнул его Кортес. … — О боже… Джон, спускайся с Элтона, — Чел закатила свои окуляры. — А вы… Вы, блять, договоритесь по-человечески! — Не буду я с ним говорить! — Кортес надменно приподнял свою башку и отвёл взгляд. — С-с-с… Переговоры зашли в тупик. — А что, если распилить кинжал на две части? — вслух произнёс свои мысли Мигель. — Мигель, нельзя отдавать кинжал Кортесу, — напомнил ему Тулио. — Он же нас всех переебешит. — Я второй кусок хотел себе забрать. Тут Элтон не выдержал напора и просто сшиб Джона хвостом. — Не-е-е-ет! — стонал Джон. Змей всосался в его стальной хер, вырвал его нахер, и дело с концом. Джон сдулся, словно надувная кукла. Элтон привинтил кинжал своим змеином языком на свой худой конец, и всё. Теперь у него на хвосте, дескать, жало ошивалось, как у скорпиона. Первым делом он ужалил Цекель-Кана. Второе проникновение «Мальтийским дьяволом» в сердце снимало главный эффект — бессмертие. Это и яд, и противоядие, как шампунь «два в одном». Цекель-Кан рассыпался на глазах, превратился в пепел и вуаля. — Благодарю, Чел, с-с-с… Я вернул своё детище, — поблагодарил её Элтон. — Да-а… А-хах, пустяк, — махнула она рукой. … — Так не пойдёт! — начал горланить Кортес, но эту таракаху никто не услышал. … — Мои братья и сёстры вновь вос-с-с-станут, ш-ш-ш. — Что?! — вылупился Тулио. Элтон вонзил магический клинок в землю. Земля затряслась. Ну, и понеслась… Повылазила различная нечисть, в основном гадкие гадюки, тоже огромные и страшные. Апокалипсис! Армагеддец и пиздец. — Не один, так другой, — цыкнул Джон. — Нет в этом мире благоволения, нет хуя без добра. — Может быть «худа»? — Мигель поправил его. — Ну ты видишь мой хуй? — А… — Боги говорят, что в мире есть два типа людей: люди, которым судьбой предназначено величие, такие как Уолт Дисней… и Элтон. И все мы, остальные. Они называют нас — «неумехи и сапожники». Нас дразнят. Иногда мы близко подходим к величию, но никогда его не достигаем. Мы — просто пушечное мясо, — пиздел Джон. — Кто такой Уолт Дисней? — Не знаю. Змеи схавали половину солдат Кортеса, его же оставили на десерт. Он бился как воин, но всё равно… Стоп, он жив. Перерубил дюжину гигантских гадюк и поскакал к своему кораблю, отшвартовывать. Пресмыкающиеся духарились вовсю.

***