Ты бы мог дать мне в кровати, но даёшь задания на парах

      — Господи, да перестань уже, — фыркнул Тарталья, прерываясь только на то, чтобы попить, — Ну, не понравился ему твой подкат с обливанием его одежды, что теперь? Честно говоря, я даже могу сказать, почему он не оценил твоих стараний.       Два друга сидели в одной из их любимых кафешек, обсуждая недавний феерический провал Скарамуччи. Пока Чайльд был заинтересован только в том, чтобы наесться, брюнет же просто, казалось, пришёл сюда дабы возмутиться, мол «Почему он не захотел переспать со мной, после того как я испортил его одежду?». А рыжему, естественно, приходилось все это слушать, так как он был потрясающим другом.       — Какой вообще придурок откажется от халявного обеда? — в который раз выказывал свое недовольство, — Я красивый? Красивый. Он любит парней? Любит. Я пригласил его в ресторан? Пригласил. Вот что ему ещё надо?       — Значит, ты отвратителен в постели, — усмехнулся Аякс, — Ай, блять, картошка упала…       — Чё, вообще берега попутал? — цыкнул темноволосый, — Давай начнём с того, что это он должен следить за процессом и удовлетворять меня, а не я. Или ты думаешь, что если подставить задницу под другим углом, то во время секса он вдруг получит прозрение и узнает все тайны Вселенной?       — Тоже верно, — зевнул Тарталья, — Тогда не знаю. Может, он реально боится за свое преподавательское место.       — Ты где-то видел, чтобы такие отношения запрещались?       — Ну, нет… Ай, отстань, я просто не знаю, что ему мешает. Может, ему чисто одноразовый секс нужен.       Скарамучча только скривился, откидываясь на спинку стула. Одна нога была закинута на другую, пока его руки были сложены на груди. Боже, он скорее подохнуть успеет, чем поймет, в чем проблема Каэдэхары.       — Да чё ты к нему прицепился? — вздохнул Чайльд, — Не хочет он, ну и пошёл нахер. Не знает, что теряет. А ты отстань от него, а то ещё вдруг накатает ректору о домогательствах с твоей стороны, ха-ха.       — Блять, ну ты не понимаешь, — ответил брюнет, начиная яростно жестикулировать, — Во-первых, он красивый и хорош в постели. Видишь? Это уже прогресс. Во-вторых, это преподаватель литературы, ёпт твою мать! Ты вообще видел, какие у меня по ней оценки?       — Э… Хорошие?..       — Блять, в смысле, ладно, скажу по другому… Ты видел, какие у меня знания по ней?       — Вопросов нет.       — Вот именно, — продолжил темноволосый, — Я могу просто заработать себе на автомат и дело в шляпе!       — А не легче просто начать читать и слушать то, что задают?..       — Блять, ты тупой?       На самом деле, проблема была вовсе не в том, что Скарамучче было элементарно лень изучать материал, вовсе нет. Все легко и просто — у него была ужасная память. По сути, он читал, но уже через некоторое время не мог сказать, что там было. Ну, в общих чертах мог, но эти общие черты никому нужны не были. Парень мог ответить только на основные вопросы, о которых много раз говорилось в произведении, но вот запомнить что-то большее он не был готов. Поэтому и дела с литературой у него были не особо в порядке. Можно даже сказать, он отчаялся после того, как прочитал одно и то же произведение три раза, а на следующий день не смог ответить на вопрос по поводу его сюжета. Так что для Скарамуччи было обычным делом забыть что-то. Помнится, как в прошлом он забыл имя Тартальи и несколько минут активно пытался вспомнить как к нему, нахуй, нужно обращаться. И раз уж ты даже имя лучшего друга забыть можешь, то о литературе вообще речи и быть не может. Собственно, это была одна из самых важных причин, почему ему нужен именно Казуха.       — Ладно, ладно, — примирительно поднял руки Аякс, — Может когда-то настанет день, когда я застукаю вас в аудитории за… э-э, анальным проникновением.       — Можно как-нибудь без твоего участия?       — Я бы не отказался.       — Ну тогда буду с нетерпением ждать.       Тарталья на это только насмешливо фыркнул, лениво кладя в рот картофелину, как вдруг его глаза резко открылись, а сам он чуть ли не подпрыгнул на месте.       — Сука, я забыл выключить утюг!

***

      Скарамучча скучающе передвигался по коридорам училища, пока его мозг напряжённо думал о чем-то.       Точнее, не о чем-то, а ком-то. А кто был этим счастливчиком, естественно, гадать не пришлось.       Сегодня брюнету посчастливилось встретить Казуху и тот, кажется, был в более менее сносном настроении. Точнее, сказать, какое оно, если честно, — довольно сложная задача, так как Каэдэхара только то и делает, что улыбается ночами напролет. Так что, по сути, тот предпочитал думать, что он был в неплохом настроении. Про кофе преподаватель, казалось, и вовсе забыл. При виде «неуклюжего» студента, что испоганил ему одежду, блондин, опять же, улыбнулся своей всепоглощающей спокойной улыбкой и ушёл, даже не пытаясь посмотреть на темноволосого подольше. И вот что это такое? Какого черта он вот… вот такой?! Ведёт себя так, будто он не со своим студентом переспал, а друга давнего увидел, честное слово! Брюнет уже согласен на любые эмоции со стороны препода, будь то хоть страх, хоть желание, хоть ненависть, хоть ещё не пойми какая херь, но не это вот… Он тут, значит, скоро на стену из-за него лезть будет, а этот вон — спустился с Небес и ему людские переживания ни к чему!       — О, Скарамучча! — радостно воскликнул кто-то рядом.       Голубоглазый удивлённо приподнял голову, встречаясь взглядом с Итто.       — Где друга потерял?       — Он с какой-то девушкой договаривается о свидании, — вяло произнес темноволосый, как вдруг заметил в чужих сильных руках какую-то коробку, — Что это?       — А, Камисато попросил передать литературнику новому, так вот, несу…       — Давай помогу! — тут же резко откликнулся брюнет, натягивая на губы улыбку, — Мне как раз нечем заняться… А так хоть доброе дело сделаю!       Физрук, казалось, от такого напора, мягко говоря, охуел, но все же спустя несколько секунд вопросительно-удивлённым тоном сказал:       — Если ты так хочешь?..       — Ты ведь мой друг, конечно, хочу!       — А, ну тогда ладно, — все-таки согласился Итто, отдавая коробку студенту, — Короче, поднимаешься на третий этаж…       Уже через три минуты довольный собой темноволосый поднимался по ступенькам, параллельно негодуя, что коробка, которая на вид была вовсе не очень большой, оказалась напичкана кучей книг, из-за чего размер не отвечал весу. На половине пути брюнет понял, что физкультура таки, видимо, и вправду вещь полезная, раз Итто нёс эти несколько килограммов с таким непринуждённым видом. Нет, ну донести это пол беды, а как бы войти так к Каэдэхаре, чтобы он выглядел при этом достаточно охуенно?       Перед дверьми кабинета Скарамучча отставил коробку на пол, разминая руки и приводя себя в порядок, после чего взял обратно вес на руки, локтем открывая дверь, а затем подталкивая её ногой. В итоге выглядело так, будто он с ноги открыл дверь.       Казуха поднял удивленный взгляд, глядя на то, как один из его студентов заходит в помещение с коробкой книг в руках, имея при этом максимально скучающий вид. Через несколько секунд товар плюхнулся на учительский стол, а сам доставщик расслабленно поставил руки наверх, начиная смотреть прямо в огненные глаза преподавателя, на что последний отвечал тем же.       — Я вам принес, — начал брюнет, ухмыляясь, — книжки.       Каэдэхара молча прошёлся оценивающим взглядом по студенту. Хоть голубоглазый и выглядел расслабленно, было видно, что он явно устал по пути сюда. К слову, сам преподаватель пытался понять, какого черта тут делает Скарамучча, если он ждал, в общем-то, Итто.       Пока пазл в его голове начал складываться, темноволосый, стуча указательным пальцем по коробке, спросил:       — Ну как? Не хотите мне что-то сказать?       Казуха вздрогнул, будто что-то вспомнив, и сказал:       — Да, извини. Спасибо.       Вопреки общепринятым меркам, голубоглазый продолжал стоять на месте, пока светловолосый сидел на стуле. Его бледные руки, что ещё несколько дней назад страстно держали своего студента за бедра, теперь сжимали какую-то бумажку.       — Я вам помог, — медленно начал Скарамучча, неотрывно глядя в чужие глаза. Ему чертовски нравилось видеть, как в обычно спокойных глазах переливаются разные эмоции. Он видел удивление, интерес, задумчивость, а ещё было что-то, что он просто не мог понять, как бы не старался, — А в ответ на свою помощь я могу, скажем, попросить вас… сходить куда-нибудь?       Чужой рот распахнулся, а в красных глазах он увидел понимание. В конце концов, преподаватель был не тупой, два и два сопоставить мог. Было ожидаемо, что блондин таки поймет то, что от него хотят добиться после стольких попыток пригласить Каэдэхару на свидание. Казуха молчал, но темноволосый мог увидеть, как шевелятся извилины в чужом мозгу, пытаясь что-то придумать. А Скарамучча просто улыбался. Он уже понял, что блондин был довольно вежливым и милым парнем, поэтому он просто не мог за просто так напрягать людей, всегда отдавая долг. О, чёрт, от этого человека так и шла такая аура. Светловолосому придётся только согласиться на предложение, так как выбора у него нет и он не пойдет против своих принципов ради того, чтобы лишний раз избежать студента. Это был гениальный план. И успешный, конечно же, ха-ха.       — Что ж... — медленно начал Каэдэхара, как вдруг он закрыл рот, моргая. Он снова начал о чем-то думать, а спустя несколько секунд он вновь вернул на лицо свою прекрасную отвратительную улыбку, что заставило брюнета начать волноваться. Неужели он о чем-то забыл?..       — Буду считать, что ваша помощь была своеобразным извинением за пролитый кофе.       Блять.       Светловолосый лучезарно улыбнулся, пока Скарамучча почти что хватал ртом воздух. Да ну блять, серьезно? Он так… он так тупо проебал все?! Что за издевательство, чёрт возьми?!       — Я думал, что тот инцидент был исчерпан, — несчастно выдохнул брюнет.       — Видимо, я очень злопамятный человек, и в душе я всё ещё хранил воспоминание о вашей невнимательности, — весело ответил преподаватель.       — Но… Мы ведь… — попытался как-то вернуть ситуацию под контроль, но, увы, понимание того, что он вновь проебался, довольно быстро было осознанно, а попытки исправить положение испарились.       2:0. Вот блядство.       Казуха наблюдал за тем, как разочарованный провалом студент закрывает за собой двери. Когда Скарамучча исчез из поля зрения, Каэдэхара приложил пальцы к вискам, массажируя.       — А ты все такой же целеустремлённый…