Другая История

Она шла по темному коридору Хогвартса. Нравилось ли ей гулять по темноте, где единственным источником света были факелы? Нет, скажу я вам. Но Гермиона Грейнджер тем и была знаменита, что ставила свои обязанности и долг выше каких-либо страхов или нежеланий. На данный момент ее задача заключалась в патрулировании коридоров. В отличие от покойного профессора Снейпа, идя по коридору, Гермиона очень надеялась, что никого не встретит. Процесс снятия баллов не доставлял ей удовольствия, даже со Слизерина. Год назад она была бы рада словить кого-нибудь из них с поличным. Нет, она не была злой. Просто это был практически единственный способ отплатить представителям зеленого факультета за "грязнокровку". Прощать непростительное – это хорошо, но все мы люди грешные и Гермиона, конечно  же, не исключение... "Прошла война, и все так рады. Убили лучших, добили гадов", - приходят на ум слова какой-то магловской песни. И эта самая война изменила многое, если не сказать практически все. Сейчас Гермиона не хотела встретить представителей Слизерина, ибо это были уже не те задаваки, хвастающиеся своей чистокровностью, а дети, которых заставили стать взрослыми раньше времени. Чьи-то родители в Азкабане, чьи-то убиты… Хочешь, не хочешь, а приходится уже за что-то отвечать. Да, остальные факультеты понесли не меньшие потери, но они ведь победители, у них все козыри в руках. А что осталось у детей, которые были всего лишь детьми своих родителей? У детей второкурсников, которых пинают за то, что его убитый отец Пожиратель Смерти? Справедливо ли это?.. Разные мысли бродили в ее голове, но путались с привычными понятиями. Пожиратель Смерти - плохой, сын Пожирателя - тоже плохой. - Что ты тут делаешь? - спросила Гермиона у парня. Лица она не видела, только силуэт. Он сидел в темноте, у погашенного факела, прямо на полу.  - Сижу. Ты что не видишь, Грейнджер? - устало ответил он.  Этот голос ей хорошо знаком. Сколько раз она слышала, как он не говорил, а практически выплевывал ей в лицо до слез обидное "грязнокровка". Но сейчас не было того яда в голосе, не было презрения, даже намека на попытку унизить ее. Была усталость и... безразличие?  - Люмос, - сказала она и направила палочку на лицо Малфоя.  Она не могла объяснить зачем, но ей было необходимо увидеть его. Возможно, дело в знаменитой поговорке: "Держи друзей близко, а врагов еще ближе". А может в мимолетном порыве, который одолевает каждого из нас по необъяснимым причинам.  - Грейнджер, ты издеваешься надо мной? – спокойно спросил он, закрываясь рукой от света.  Но ей было достаточно нескольких секунд, чтобы хорошенько рассмотреть его. Мягко говоря, вид его был неважным. Нет, с одеждой и прической все было в порядке, но лицо выглядело исхудавшим, под глазами залегли круги, а сам взгляд был полон тоски и отрешенности. - Прости, - зачем-то сказала она и потушила палочку, но зажгла заклинанием факел над его головой.  Теперь свет не светил ему прямо в глаза, а всего лишь освещал черты его лица.  - Малфой, если ты сейчас же уйдешь к себе в спальню, то я сделаю вид, что тебя здесь не было и не сниму баллы с твоего факультета.  Гермиона удивилась не меньше Драко тому, что сказала. Она собиралась сказать, что снимает с него баллы за то, что он покинул спальню после отбоя, но очередной порыв все изменил. - Грейнджер, мне не нужна твоя жалость, - брезгливо фыркнул он.  Ну, что, Гермиона, ты удивлялась странным интонациям в голосе Драко? Вот, пожалуйста, милочка, ты вернула прежнего Малфоя! Ты задела его гордость и самолюбие. Жалость от грязнокровки вроде тебя - фу, какой позор и унижение чистокровного волшебника! - Я никуда не пойду. Можешь снять все баллы с моего факультета: мне все равно, - снова безразличный тон.  - Малфой, ты, кажется, забыл, что баллы твоего факультета также важны, как и твои отметки, ведь это решает твое будущее и...- решила напомнить ему Гермиона, но он ее перебил. - Твое будущее. Все это решает твое будущее, Грейнджер. Мое уже решено, - эта фраза прозвучала как-то слишком обреченно.  Девушка немного удивленно смотрела на парня. Он тяжело вздохнул и спросил: - Грейнджер, неужели ты веришь в справедливость? - Я не только верю, но и знаю, что она есть. Аресты преступников доказали это, - уверенно сказала она. Зачем она заменила "Пожирателей Смерти" на "преступников", она не могла точно сказать. Наверное, потому что перед ней сидел Пожиратель Смерти собственной персоной с меткой на руке. - О, ну конечно! Как же я не догадался!? - язвит как раньше, отметила  она про себя. - Скажи мне, о мисс Справедливость, за что посадили моего отца? - Во-первых, он Пожиратель Смерти, - начала она.  - Отлично, я тоже, - снова перебил он ее. - Во-вторых, в отличие от тебя, - выделила она особой интонацией, - он совершил ряд преступлений. - Какие именно, Грейнджер? В чем он виноват? - он говорил с ней таким тоном, словно она пыталась доказать ему, что Воландеморт воскрес и решил заняться благотворительностью. - Он служил Воландеморту, более того был его правой рукой, - отчеканила она в ответ. - А может левой рукой или мизинцем на правой ноге? Откуда тебе знать это, Грейнджер? Не помню, чтобы ты приходила на сборы Пожирателей Смерти. - Но это обще... - Общеизвестный факт, - закончил он за нее. - Ты ведь это хотела сказать?.. Хорошо допустим, министерство лучше меня осведомлено о роли моего отца в делах Воландеморта. Но что ты можешь сказать на счет причин? - Твой отец поддерживал его идеологию, - Гермиона отвечала, и ей не нравилось, как она это делала. Слишком уж это было похоже на то, как она отвечает учителям на уроках материал, который вызубрила. - Грейнджер, с тобой невозможно разговаривать! - воскликнул Драко, не скрывая раздражения. - Ты отвечаешь, не задумываясь. Включи мозги! Ты ведь не дура! "Драко Малфой только что сказал, что я не дура? Ущипните меня: это сон!"- подумала девушка. Не сводя глаз с слизеринца, она переваривала только что полученную информацию. "Наконец-то, пошел мыслительный процесс!"- подумал парень, который тоже не отрывал своего взгляда от грифиндорки.  - Хорошо, Малфой, давай подумаем вместе, - сказала она и опустилась на пол рядом с ним. - Если твой отец не поддерживал идеологию Темного Лорда, то почему он столько лет служил ему? - На самом деле мой отец фанател от этой идеологии, - заметив, что девушка собирается открыть рот, Драко сразу же сказал. - Подожди, Грейнджер, давай ты не будешь меня перебивать? - она в ответ кивнула. - Отлично... Он фанател от нее в молодости. Как он мне говорил, тогда ему казалось это здорово: мир, в котором правят только маги. Мир, где не нужно скрывать, что ты волшебник, не нужно подстраиваться под маглов... Но со временем он начал понимать, что маглы нужны и мир без них будет однобокий. Мы ничем не будем отличаться друг от друга. Ты - маг, я - маг... А так я - чистокровный, ты - маглорожденная, Поттер - полукровка. Он никогда не называл ее маглорожденной, всегда только грязнокровка да еще с какими-нибудь красочными эпитетами типа лохматой, кривозубой, вонючей и так далее по списку. А тут маглорожденная. Это было так… непривычно. - Почему он не ушел от Лорда, если его взгляды поменялись? - спросила Гермиона, чтобы вырвать Драко из его собственных мыслей, в которые он внезапно ушел.  - Ты такая наивная! - сказал он, усмехаясь. - Я порой удивляюсь, как с твоей наивностью и доверчивостью ты прошла через войну. Наверное, нужно отдать должное Поттеру и Уизли... Метку отец уже получил к тому времени, как разочаровался в "мире только для магов". Но не это было основной причиной, по которой он остался при Лорде... Мой отец очень дорожит семьей, - глянув на Гермиону, Драко сказал удивленным голосом. - Да, Грейнджер, мой отец тоже любит меня и маму, как и твой отец, как и отец Поттера и даже как Артур Уизли... Воландеморт не прощает тех, кто решает его покинуть или отказывается присоединиться к нему. Уход от него означал бы не только его гибель, но и мамы, и мою... Конечно, можно было бы поступить столь же благородно, как и родители Поттера... Папа сказал, что он бы с радостью умер таким способ, так как это освободило бы меня от принятия Метки и службы этому сбрендившему  змееподобному. Так он, кстати, своего "любимого" лорда называл. Но вот загвоздка! Моя свобода, таким образом, значила бы смерть не только моего отца, но и моей матери. А он очень сильно ее любит. Поэтому он служил у Воландеморта ради того, чтобы она жила... Вариант перебежки на сторону Ордена Феникса мой отец тоже рассмотрел и у нас с ним был долгий разговор, почему он от него отказывается. Мы вообще очень часто и много разговаривали до того, как его посадили в Азкабан... Он сказал, что шансы Ордена Феникса победить близки к нулю. Папа считал, что Поттер, пусть его величают избранным, всего лишь мальчик, а Воландеморт - взрослый мужчина с огромным опытом и жаждой власти. Все кричат, что добро побеждает зло. Но чаще добром именуют то, что победило...  Драко молчал, но Гермиона не задавала ему никаких вопросов. Ей очень хотелось, чтобы он сам продолжил, ибо его слова хоть и искажали привычную для нее реальность, но они были искренними. Уж в чем, в чем, а в этом она была уверена. Его рассказ менял картину, которая складывалась годами учебы в Хогвартсе, но ощущение близости к чему-то важному не покидало ее, поэтому она терпеливо молчала и ждала продолжения. Через некоторое время Драко вновь заговорил: - Моя мать совершила очень необдуманный поступок, так сказал отец про то, что она солгала Лорду о том, что Поттер мертв. Не сделай она этого, тысячи Пожирателей добили бы Мальчика-который-выжил-умер-и-снова-выжил и война закончилась бы по-другому. Совершенно по-другому. Но мама сказала папе, что она это сделала на интуитивном уровне и она рада, что так попала в точку. Она думала, что столь благородным поступком обеспечила нашей семье безопасность в новом мире. Мире, где победители оставят различие между сословиями волшебников, где не надо будет готовить своих внуков и детей к адской боли, без которой невозможно приятие Метки, и не нужно терпеть безумие змеи-полукровки!.. Теперь она сожалеет о своем поступке. Когда пришли арестовывать отца, у нее была истерика, хотя раньше подобного за ней никогда не наблюдалось. Она плакала, кричала, пыталась рвать на себе волосы, я как мог старался удержать ее от этого. Знаешь, что она кричала, Гермиона?  Она не сразу сообразила, что парень ждет ответа. Факт, что он назвал ее по имени, ввел ее в легкий ступор. Но она не была бы Гермионой Грейнджер, если бы не вышла из него с той же легкостью, что и вошла.  - Может она кричала, что  ненавидит всех нас? В смысле победителей,- предположила она. - Нет, - сказал он, покачав головой. - Она кричала, что ненавидит себя, что это ее вина, что если бы она не совершила тот глупый поступок, все бы было хорошо... А ты помнишь, что мне сказал Поттер на счет поступка моей матери? - Гарри сказал, что-то про благородство, если не ошибаюсь, - тихо ответила Гермиона, потупив взор. - Да, именно. Благородство! - воскликнул он. - Но если человек, совершивший этот поступок, ненавидит себя и проклинает тот день, когда совершил его, до сих пор живет на успокоительных и чахнет на глазах? Так оценивает твой справедливый мир благородные поступки, Гермиона? А еще этот супер мир тащит меня в школу, хотя я сейчас жизненно необходим своей матери! - Если ты на самом деле ей нужен - езжай домой. Зачем ты вообще приехал учиться в таком случае?! – возмущенно с ноткой обвинения воскликнула Гермиона. - Не припомню, чтобы кто-нибудь спрашивал меня, хочу ли я вернуться в Хогвартс, - прошипел он в ответ. - Приходит письмо и ты... - начала девушка.  - Гермиона, ты самый наивный и доверчивый человек, которого я когда-либо знал, - уже более спокойно сказал он, качая головой. - Пришли люди из Министерства, и все очень походило на арест моего отца только уже по отношению ко мне. В качестве Азкабана для меня выбрали Хогвартс. - Но разве учеба может сравниться с Азкабаном даже для тех, кто на дух ее не переносит? - высказала свою точу зрения девушка.  - Дело не в учебе, а в тотальном контроле. В школе я нахожусь на виду у учителей и учеников, то есть любые изменения моего поведения будут сразу заметны. К тому же наказания и отработки - еще один способ проверять мое подчинение новым властям. Будь я сейчас дома - мои руки были бы куда более развязаны. Конечно, учитывая постоянные проверки Малфой-менора, я вряд ли бы смог дышать полной грудью, но, по крайней мере, у меня был бы шанс на глоток кислорода без надзора хотя бы изредка.   - Подожди, они просто пришли и увезли тебя в школу против твоей воли? - решила уточнить Гермиона. - Нет, конечно. У нас же справедливая власть! – его слова были насквозь пропитаны сарказмом. – Они пришли и сказали, что, по приказу Министерства, все лица, образование которых было прервано войной, получат его теперь... Я сказал им, что не могу продолжить учебу. А мне популярно объяснили, что такой ответ рассматривается как неподчинение власти, то есть школа или Азкабан. Мама за сердце схватилась при упоминании тюрьмы, поэтому я вернулся в школу... Я каждый день отправляю ей сову, а то и по два раза. В письмах я стараюсь ее всячески приободрить, но по тексту ее писем я не могу понять, удается мне это или нет... Я был вне себя от ярости, когда пришел ее первый ответ. Письмо было уже открыто и порядочно потрепано, словно сотня рук его перемяла.  - Ваша переписка тоже под контролем,- чем дальше, тем больше ужас охватывал Гермиону. Она ожидала от справедливости чего-то другого…   - Да. В столь плохом настроении я умудрился встретить Макгонагал и наорал на нее, что вскрытие писем к родной матери – это уже слишком. Конечно, она и бровью не повела. Даже не представляю, что может вывести ее из себя! В общем, она попросила меня поднять левый рукав и не задавать больше глупых вопросов.  - Она так и сказала?  - А чему ты удивляешься, Грейнджер? Это для тебя она хорошая. Но была бы у тебя Метка, тебя бы не спасло даже то, что ты грифиндорка и она была твоим деканом. Кроме Снейпа нас никто не любил. А он, между прочим, не любил другие факультеты, именно потому, что сам учился на Слизерине.  - Думаешь, Дамблдор тоже вас ненавидел?  - Дамблдор,- как-то странно произнес он. - Он вообще был темной лошадкой. - Дамблдор - темная лошадка? - изумилась Гермиона. - Драко, мне кажется, его роль понятнее любой другой. "Драко? Ни хорек, ни Малфой, а Драко. Странно... Столь же странно, что я вообще с ней разговариваю",- подумал парень.  - Хорошо, Гермиона, в чем же его роль? - спросил он. - Он был тем, кто возглавлял армию против Воландеморта, он был главной опорой Гарри, он делал Хогвартс безопасным местом даже, когда Темный Лорд возродился, - перечисляла она, загибая пальцы.  - Так, я понял, в какую сторону ты клонишь. Но тебе не кажется странным, что такой великий волшебник вдруг ничего не смог сделать против кучки Пожирателей. Я лишил его палочки, но, скажем честно,  я не думаю, что у него была плохая беспалочковая магия. Я видел, на что способен Воландеморт без палочки. И если Дамблдор столько лет противостоял ему, то он должен был быть не хуже. Так почему вдруг он не смог противостоять мне, Белатриссе и другим Пожирателям. Даже Снейп был слабее Дамблдора, это и ежу понятно. Так, как объясни мне, он мог так легко убить великого волшебника???  - Я думаю...- начала девушка, но замолчала, не зная, что сказать. - Честно говоря, не имею ни малейшего понятия.  - Я тоже...- кивнул Драко. - Но ты хорошо подметила, что он был главной опорой Поттера. Был, пока не дал себя убить, тем самым бросив нашего избранного на произвол судьбы. Я уверен, Дамблдор мог убить всех, кто находился тогда в Башне. Пусть даже не убить, но обезвредить так точно. Вопрос: почему он вдруг решил покинуть эту игру?  - Может, его просто все достало? - неуверенно предположила Гермиона.  - Я обдумывал этот вариант, но у него была куча возможностей, разыграть спектакль своей смерти и жить там, где никто его не знает, может даже среди маглов.  - Подожди, тогда вполне возможно...- начала девушка, ужасаясь своей собственной догадке.  - Именно, моя дорогая Гермиона,- ответил он и немного удивился собственной фразе, которую подкинуло его подсознание. "Именно, моя дорогая Нарцисса",- прозвучал в голове голос отца. Стараясь не обращать внимания на столь странные ассоциации, он продолжил. - Может, это и был спектакль его смерти, а наш любимый директор сейчас в Сибири или, если он применяет оборотное зелье, на Гавайях? Согласись, это больше похоже на правду, чем то, что его убил учитель Зельеварения, который безусловно был гениальным, но до Дамблдора определенно не дотягивал.  - Драко, но ведь это значит, что он бросил нас умирать. С его силой жертв во время сражения в Хогвартсе было бы меньше,- Грейнджер с ужасом смотрела на Малфоя. - За все годы нашего с тобой знакомства я первый раз говорю, что ты права, - усмехнулся парень.  Девушка лихорадочно соображала, сопоставляла факты, рассказ Драко и свои мысли, которые раньше казались ей странными и неправильными. Все ее представление о войне, о новом Министерстве, о Пожирателях Смерти, о Малфое, о Дамблдоре рухнули как карточный домик.  - Возможно, на счет Дамблдора я ошибаюсь, потому что чего-то не знаю или не понимаю. Но, что касается моей семьи, здесь я уверен. Моего отца наказали за то, что он очень любит свою семью и готов ради нее на все. Мою мать за то, что она дала Поттеру шанс сразиться с Воландемортом. А меня за то, что я Малфой, сын своего отца. А, может, за то, что я не убил Дамблдора, кто знает?!  - Я думаю, если бы мои родители были Пожирателями, я бы тоже стала. Ведь все мы по сути дела повторяем путь родителей, - вдруг сказала Гермиона.  - Ты хочешь стать дантистом? Обязательно напиши, где ты устроишься работать, чтобы ноги моей там не было, - попросил парень, улыбаясь.  - Ты думаешь, из меня выйдет плохой дантист?- удивилась девушка. - Как раз наоборот. Просто кто знает: вдруг ты захочешь сделать мне зубы как у хорька?  Тишину нарушил смех двух молодых людей. Кто бы мог подумать, что Драко Малфой умеет шутить, не издеваясь, а по-дружески?! - Вообще-то я не собираюсь становиться дантистом, - честно призналась Гермиона. - Так что можешь ходить к ним без опасений.  - Хорошо, - отозвался Драко.  - Бррр,- сказала девушка и попыталась растереть окоченевшие плечи.  - Какой же я невоспитанный! - воскликнул Малфой. - Мало того, что заставил несчастную девушку выслушивать свои бредни полночи, так еще и заморозил ее,- на этих словах он накинул свою мантию на плечи Грейнджер. - Спасибо, - немного неуверенно поблагодарила она.  - Не за что, - ответил он, вставая с пола. – Думаю, даже для старосты ты слишком долго патрулируешь коридоры. Сказав это, он подал ей руку. Улыбнувшись, она позволила ему помочь ей подняться с пола.  Они молча шли по коридору в направлении Грифиндорской гостиной, и ее голос внезапно разрушил тишину, которая не особо их угнетала.  - У тебя хороший одеколон, - сказала она. - А то! - воскликнул Малфой, чуть вздернув подбородок. - Я ведь Драко Малфой и у меня все должно быть самым лучшим.  Грейнджер рассмеялась: он напомнил ей того мальчишку с зализанными волосами назад, задирающего нос. И теперь такое поведение не казалось ужасным, просто вот такой он, Драко Малфой со своими плюсами и минусами.  - Драко, - голос вдруг стал серьезным,- а если попытаться добиться пересмотрения приговора твоего отца? - Если я правильно понял намеки матери в последнем письме, то именно этим она и занимается сейчас. - Знаешь, до разговора с тобой все казалось куда проще. А теперь не совсем понятно, что делать и как быть, - честно призналась девушка.  - Нам остается только жить, Гермиона, и пытаться изменить то, что в наших силах. Прошлое, оно было, и изменить его невозможно, даже при помощи маховика времени. А вот настоящее - это уже интересней и доступней.  - Ты прав, - согласилась она через некоторое время.  Дойдя до портрета, они остановились. Грейнджер упорно пыталась придумать, что сказать, но ничего умного ей в голову не приходило.  - Гермиона, - немного нерешительно позвал Драко, будто сомневался в том, что собирается сделать. - Пошли завтра в Хогсмид.  - Конечно, - выпалила она, не задумываясь. - Спасибо за мантию,- тут же спохватилась она и протянула ее Малфою.  - Ты уже благодарила,- напомнил он, усмехнувшись. От мимолетного прикосновения их пальцев у девушки заиграл румянец на щеках. Это не скрылось от его глаз и на душе как-то сразу потеплело. - Спокойной ночи, Гермиона, - сказал Малфой, бросив мимолетный взгляд на ее губы. - Приятных снов, Драко, - ответила Грейнджер и скрылась за портретом.  "Хогсмид!  Ты бы ей еще предложил патрулирование коридора! - разозлился на себя парень, идя в сторону подземелий. - С другой стороны, не в ресторан же ее сразу везти! Тем более теперь я не могу покидать школу как раньше". Внезапно в его голове всплыло воспоминание с четвертого курса... - Папа, нам нужно поговорить, - сказал мальчик, входя в библиотеку.  - Это срочно?- решил уточнить Люциус, который читал очень занимательную книгу.  - Да, - коротко ответил сын.  Мистер Малфой отложил книгу, жестом указав Драко на кресло перед собой, и сказал: - Я весь во внимании. - Ну, - как-то сразу замялся сын. - Ты же знаешь, что скоро бал в честь кубка трех, хотя благодаря Поттеру, четырех волшебников? - Конечно, знаю, - ответил Люциус, а потом догадка пришла ему в голову:- Проблемы с приглашением девушки? - Как бы тебе сказать... Мистеру Малфою уже казалось, что Драко жалеет, что начал этот разговор.  - Говори как есть. Ты же знаешь, я всегда выслушаю тебя, - решил приободрить его отец.  - Я уже решил, кого хочу пригласить, но я не уверен, что она согласится.  - Может, это "Грифиндорская заучка Грейнджер"? - спросил Люциус, повторяя прозвище Гермионы, которое постоянно использовал его сын.  Смотря на лицо Драко, выражавшее испуг вперемешку с удивлением, Малфой-старший не выдержал и начал тихо смеяться.  - Но как ты догадался? - удивился мальчик вслух.  - Драко ты столько про Поттера не рассказываешь мне, сколько про Грейнджер. Я уже в курсе, какая у нее ужасная прическа, как она одевается, как умничает на уроках, как ведет себя с Уизли и Поттером. Ты мне даже говорил, что у нее редко получается заправлять волосы за ухо так, чтобы это не выглядело смешно.  - Да, они у нее вечно топорщатся, - тихо добавил Драко.  - Я даже не знаю, как долго нужно наблюдать за человеком, чтобы замечать такие мелкие детали, - признался Люциус, усмехаясь.  - Ты думаешь, она мне откажет?- спросил сын.  - Я не знаю, Драко, как она отреагирует. Но ты тоже никогда не узнаешь, если не пригласишь ее, - заметил он.  - А то, что она маглорожденная? - Что-то я не слышал, чтобы сбрендившее змееподобное воскресло. Да, он хочет это сделать, но еще не сделал. Поэтому я не считаю это помехой.  - Хорошо, папа. Я приглашу ее, - озвучил свое решение Драко и покинул библиотеку.  В течение недели он изо всех сил старался выловить ее без очкастого и рыжего, но ему это никак не удавалось. Потом он решил, что после этого урока Зельеваренья подойдет к ней и пригласит. Плевать на Поттера, Уизли и всех остальных в том числе.  Чей-то спор привлек его внимание. Ага, Грейнджер и Уизли! Но тут до него долетел обрывок фразы Гермионы, которая стерла радостную улыбку с его лица: "Меня уже пригласили, и я сказала "да!" Это было хуже ее удара на третьем курсе. На том уроке он впал в какой-то транс и даже не доделал задание Снейпа, чем очень разочаровал своего крестного.  Да, тогда ему не хватило смелости. Но сегодня он смог и она сказала "да!" Настроение вмиг поднялось, и он решил, что нужно обязательно написать об этом отцу. Отец... Ему снова стало грустно, и так было всегда, когда он вспоминал про арест. Каждый вечер он уходил из гостиной и сидел в каком-нибудь темном месте, размышляя о жизни. Пару раз некоторые из слизеренцев хотели составить ему компанию, но он отправлял их восвояси. С ними было неудобно размышлять, хотя они должны были понимать его лучше всех, но, тем не менее, они мешали ему. Но Грейнджер не мешала, более того он размышлял с ней вслух и слушал ее суждения, хотя вначале они сильно его раздражали своей глупостью и заезженностью. Но потом, когда он заставил ее думать, оказалось, что с ней размышлять даже лучше, чем в одиночестве. И главное отличие - она смогла вывести его из депрессии. Как ей удалось переключить его на позитив, остается загадкой. Но результат стоил того.  Закрывая глаза, Драко подумал, что завтра он обязательно поцелует Грейнджер на прощание. Он и сегодня про это думал, но посчитал, что это будет излишне. С мыслями о будущем, которое уже не казалось таким мрачным как раньше, Драко Малфой наконец-то уснул.  19 лет спустя.  - Скорпиус, ты все понял? – спрашивал своего одиннадцатилетнего сына отец.  - Да, папа, - коротко бросил мальчик и уже хотел убежать от назойливого родителя, как тот придержал его за рукав.  - Скорпиус, я серьезно. Не расстраивай маму.  - Да, папа, я уже все понял. - Ну, беги тогда, - сказал он и отпустил мальчика.  - Пока, мама, - сказал Скорпиус и поцеловал ее в щеку.  - Пока, дорогой, - сказала мама и крепко обняла сына.  Мальчик побежал и, запрыгнув в вагон, исчез из-под контроля родителей. Наконец-то! Как он этого ждал, сложно даже представить. Ему не терпелось приехать в Хогвартс. Ведь он уже решил: первое, что он сделает, подожжет мантию директора школы во время речи для первокурсников; второе, устроит магическую дуэль, чтобы сравнить свою силу с кем-нибудь из сверстников; третье, превратит кого-нибудь в хорька или какое-нибудь другое животное, еще летом он нашел в семейной библиотеке Малфоев книгу по Трансфигурации, поэтому с заклинанием проблем не будет.  - Драко, как ты думаешь, насколько быстро нам придет письмо от директора? - спросила Миссис Малфой.  - Боюсь даже предположить, Гермиона,- честно сказал Мистер Малфой.  - Может через неделю? - Хм, вряд ли. Я думаю завтра.  - Завтра? - изумилась Гермиона.  - Да, я бы на его месте поджег мантию директора во время речи для первокурсников, - мечтательно сказал Драко. - Конечно, это учитывая, что директор Невилл Лонготоб.  - Так, я очень надеюсь, что ты ошибаешься, но... - женщина продолжила, вздохнув. - Боюсь, ты прав.  - Мне до сих пор доставляют истинное удовольствие эти слова "ты прав", - вдруг сказал он, поцеловав ее в висок, чем вызвал ее нежную улыбку. - Да, Малфой, приятно, когда ты все-таки оказываешься прав. Ведь это такая редкость! - раздался голос сзади.  - Уизли, - протянул Драко, оборачиваясь, - и... Уизли, - добавил он, глянув на Лаванду. - Оу, тут еще Поттер и Поттер, - добавил он, когда подошли Гарри и Джини.  - Привет Малфой и Малфой! - весело отозвался Гарри, протягивая Драко руку.  Малфой тоже протянул свою для рукопожатия. Если с Роном они вообще не смогли найти общий язык, о Лаванде и говорить нечего, точнее с ней не о чем, то с Поттером и его женой дела обстояли очень даже сносно.  - На спор, Скорпиус и Джеймс устроят магическую дуэль, - сказала Джини.  - На подсознательном уровне что ли?- удивился Гарри.  - Я думаю скорее на генетическом, Поттер, - сказал Драко.  - Рони, пошли домой, - захныкала Лаванда.  - Да, идем. Чего терять время на этих Малфоев! - выплюнул он, ядовито окрестив своим взглядом не только Драко, но и Гермиону, и семья Уизли ушла.  - Неужели он никогда не примет мой выбор? - озвучила свои мысли Миссис Малфой.  - Это риторический вопрос, Малфой? - спросил Драко.  - Ого, да ты уже перестроился с Грейнджер на Малфой!?- воскликнул Гарри.  - Да. Это требовало определенных усилий и времени, а именно 15 лет совместной жизни в браке.  - Я тут вычитала в одном журнале, что мило - это, не когда Он зовет тебя зая, лапуля, солнце. Мило - это, когда Он зовет тебя по фамилии, по его фамилии. Прямо ваш случай, Гермиона, - сказала Джини, счастливо улыбаясь.  - Как бы да, - согласилась Миссис Малфой.  - Джини, ты... - хотел спросить что-то Гарри, но Драко его перебил.  - Поттер, ты, что намека не понял? Твоя жена хочет величаться Поттером! Гарри внимательно смотрел вначале на Малфоя, потом на свою жену.  - Значит, Поттер, по случаю отъезда Джеймса мы отводим Лилли к твоей маме и у нас будет романтический вечер на двоих, - сказал он, подмигнув Джини.  - Вы решили завести третьего ребенка?- спросил Малфой.  - Да, видишь ли я еще в форме, - заметил Гарри. - А ты по ходу не очень.  - Кстати, я на третьем месяце беременности, - как бы невзначай сказала Гермиона.  - Я в отличной форме, Поттер. Видимый результат будет через полгода,- усмехнулся Драко удивленным взглядам Поттеров.  - Молодцы! - сказала Джини.  Поболтав еще о всякой чепухе, семья Поттеров направилась в одну сторону, а семья Малфоев в другую. И вот это настоящее, которое когда-то  было таким темным будущим, оказалась очень даже светлым. Хотя зависит от того, как на это посмотреть...