Может ещё встретимся

— Ну что?! — Выкрикивает Чонгук через телефон, прямо в ухо Хосока. — Зачем так орать? — Говори давай! Устроился? — Да. Юнги правда… странный. — А ты чего хотел? То что вы подружками станете? — Чон захохотал. — Отвали. — Ещё что-нибудь было? — Ну… он позвал меня к себе в кабинет. А дальше я ничего не понял… но у него на столе стоит какая-то фотография с парнем. Это я заметил, но не спросил… вдруг он так неуверен из-за этого? Вдруг у них отношения, а тут я прилез? — Хосок, можно? — Намджун обращается к Чону неожиданно, от чего второй пугается. — А, да, сейчас! — Хосок быстро сбрасывает номер Чонгука и идёт за Кимом. — Хосок, Вы что-то чувствуете к Шуге, да? — С чего Вы взяли?! — Вскрикивает покрасневший Чон. — Господин беседовал со мной. Хотел поговорить. — То есть? — На том фото - Пак Чимин. Шуга встречался с ним около одиннадцати лет. — А что с ним сейчас? — Погиб. — Намджун говорит серьезно и кажется без единых чувств, но его взгляд все говорит за себя. — Чимин был дорог всем нам здесь, но Шуге особенно. — А он работал здесь? — Да. Официантом. Его форма сейчас на Вас. — А… — Мин Шуга был счастлив тогда, когда видел Чимина. После его смерти господин изменился. Потерял свой свет. — Но как он позволил мне… стать официантом? То есть… встать на замену того, кого он любит? — Потому что он тоже начинает что-то чувствовать к Вам, Хосок. — Сердце пропускает удар и кажется, что оно остановилось. — Намджун, Вы… — Он скучает по Чимину, поэтому все ещё не пускает к себе в сердце никого, но Вас он готов пропустить. Это видно по нему. — Он в кабинете? — Ким коротко кивает, после чего Чон уверенно идёт в кабинет Юнги. Хосок не сильно стучит в дверь. — Войдите. Хосок проходит в кабинет и не садясь смотрит на Юнги. — Что-то хотел? — Я замена? — Намджун рассказал… — Именно поэтому ты говорил о том, что… — Да, Хосок, именно поэтому я говорил о том, что могу причинить тебе боль. — Юнги перебивает Чона. Он говорит четко и громко, но с болью в голосе. — Именно поэтому я не хотел, чтобы ты работал здесь, не хотел говорить о себе, потому что все что во мне есть - это часть Чимина. Я пустая игрушка без набивки, а Чимин добрый мальчишка, который набил меня, чтобы я обрёл форму. — Мин сглатывает, чтобы слёзы ушли обратно. Мин Юнги больше не хочет плакать в подушку из-за Чимина. Он хочет жить дальше. — Пока не поздно, Хосок, уйди от своих чувств. Я не смогу сделать тебя счастливым. — То есть ты не отрицаешь наличие чувств? — Не отрицаю. Но толка в них нет. Я вещь Чимина. — Почему ты называешь себя так?! — Чон начинает кричать. — Ты - вещь? Юнги, что за бред?! Ты не вещь Чимина! Ты человек, такой же как все. — Хосок успокаивается. — Ты… ты сейчас нужен мне. — Юнги встает из-за стола и встаёт ближе к Хосоку. — Мне… мне нужна свобода. — Мин смотрит прямо в глаза Чона. Между их лицами жалкая пара десятков сантиметров, но это не мешает Юнги для того, чтобы прикоснуться своими губами до хосоковых, после чего погрузиться в самый яркий поцелуй. Через поцелуй с Хосоком Юнги обретает крылья свободы. Чужая набивка куда-то пропадает и появляется новая, набивка от Чон Хосока. — Я… я люблю тебя, Мин Юнги. Мин ненадолго замолкает для того, чтобы все взвесить, но через несколько секунд, отвечает: — А я люблю тебя, Чон Хосок.