Камень, ножницы, бумага

***

Как они тут оказались, никто из них не понимает, но они оба не против быть сейчас тут. Парни стоят в лифте, слившись в поцелуе и всеми силами стараются попасть по кнопке, чтобы доехать до нужного им этаж. И вроде как у них это получается, значит одну преграду они преодолели. Разрывать поцелуй парни не собираются ни за что, так долго он уже длится, кажется, молекулы губ одного давно слились с молекулами губ другого и расцепить их уже не получится. И как они ещё дышат? Вот двери лифта открылись, они выходят на этаж и подходят к двери. Всё также терзая губы друг друга то кусая, то зализывая, то обводя языком зубы и запуская его ниже в глотку, прикусывая эти самые языки и стоня в чужой рот. Рома залезает руками в карман и достаёт ключи, пока Коля, кажется, собирается вырвать своими руками ему все волосы, или засунуть его голову к себе в рот. Достав ключи и прижав Некоглая к двери, чтобы было удобнее открывать её, Мокривский судорожно пытается попасть этим уебанским ключом в этот уебанский замок. И зачем он вообще дверь запирал? Всё равно, единственный человек, который так обещал ему придти к нему домой, сейчас весь плывёт рядом с ним. Открыв эту уебанскую дверь, они оба чуть не упали на пол. Всё же не хотя этого делать, Некоглай отстранился и стал целовать шею Мокрицы. Второй лишь закатывал глаза и таял в руках этого недоджокера. Скинув верхнюю одежду, и еле как сняв обувь, они подошли к кровати. — Кто сверху? — произнёс Некоглай, и оба парня встали в ступор, надеясь, что их собеседник вызовется. Но они оба молча смотрели друг другу прямо в глаза и будто умоляли сказать это "Я". — Камень, ножницы, бумага? — дабы хоть немного разорвать это неловкое молчание, продолжил Коля. Рома посмотрел на него, как на какого-то ебаната, не ну тут такой момент, а он снова начинает хуйню нести. Вот что он за человек? — Победитель снизу, — продолжает Коля, а у Мокривского не остаётся выбора, у самого то идей как решить эту проблему нет. Поэтому он просто поднимает кулак, всё не отводя взгляда от лица Некоглая, тот слегка ухмыльнулся и тоже поднял кулак. И вот представьте себе картину, стоят Некоглай и Мокривский с взъерошенными волосами, горящими глазами, которые пристально смотрят в чужие, Рома с открытой шеей всей в засосах, и Коля со своей дурацкой улыбкой, играю в камень, ножницы, бумага, чтобы узнать кто из них сверху будет.

***

— Камень, ножницы, бумага, — и вот уже в который раза, оба выбрасывают одно и тоже. Да что же это за напасть такая. Они сыграли уже около 30 раундов, наверно, и всё время одинаковое выбрасывали, парни уже так соскучились друг по другу, что в любую секунду бросятся на стоящего напротив, но пока ещё оба держатся. Как же их бесит эта ситуация. Но обоим видимо в голову пришла мысль, что они идеальны вместе, раз так одинаково думают. — А может я тебе просто отсосу? — очередная инициатива от Некоглая и Мокривский снова закатывает глаза, как же всё сложно. Но сейчас доиграть уже дело принципа и останавливатся он не собирается. Опустив голову на кулаки, которые машут вверх и вниз три раза, а на четвёртый выбрасывают какую-то фигуру из пальцев, он сильно залип смотря уже только на пальцы Коли, иногда забывая выбрасывать своей ладонью какую-либо фигуру. Заметив это, Некоглай поднял вторую руку к лицу Ромы и стал гладить того по щеке. Накрыв свободной его всё ещё играющую ладонь, остановил игру и дал понять, что доиграют они потом. Приятнув Мокривского к себе, он прижался к его губами и стал осторожно их сминать. Повалившись вместе с ним на кровать, также не разрывая поцелуя, Коля сел на его бёдра и залез двумя руками под футболку. Оглаживая и обводя все выступающие части такого любимого тела. Рома под ним стонал и извивался, стараясь попасть под каждое касание. Пальцы Лебедева были такими холодными и опытными, что Мокривский был готов там расплавиться и кончить от одного касания. Стоны заполнили всю комнату, и им было не важно, что дверь в квартиру они не закрыли, стены в этом доме были сделаны не то что из картона, а из бумаги какой-то. Стянув с Ромы ненужную футболку, отбросил еë куда-то в сторону и Коля припал к этому телу, уже осыпая его поцелуями, но также не переставая поглаживать. Спустившись вниз Некоглай стянул джинсы вместе с боксерами. И продолжил свою дорожку поцелуев, заходя на вставший орган. Когда Коля коснулся головки сначала тёплыми губами, а потом прошёлся холодным носом, Мокривского всего передёрнуло. — Молчание - знак согласия, слышал такое, Ромаш? — сказал Некоглай и взял член полностью в рот. Он стал ритмично, не слишком быстро, но и не слишком медленно двигаться вверх вниз. Заглатывая до самого основания и поднимаясь к головке, немного играя языком и так снова и снова. У Ромы уже давно потемнело в глазах и он вообще ничего не понимал, просто кайфовал и стонал.

***

Ему хватало всего, что делал Коля чтобы дойти до самого передела. И тут Лебедев решил замедлить свой темп, Мокривский разачаровано выдохнул. На что Некоглай слегка коснулся зубами органа, Рома же закинул голову назад и зашипел. Вернув прежний темп, Лебедев почувствовал сильную руку на своём затылке, что насадила его по самое основание и не давала отодвинуться. С громким стоном Мокривский излился в рот Некоглаю. Тот совсем не брезгал и всё проглотил, ещё раз облизнув головку, дабы слизать остатки спермы. Без сил Мокрица упал на кровать, всё ещё прижамая Колю рукой к себе. Пролежав так пару минут, Некоглаю стало слишком тесно в этих штанах, поэтому он стал осторожно выбираться из хватки Ромы. — Прости... — быстро убирая руку, пробормотал Рома, когда заметил, что так и не отпустил его. Коля просто молча ушёл, бросив взгляд в котором читалось "еблан? за что извиняется, то? ты же ничего не сделал...". Зайдя в туалет, Некоглай снял с себя уже слишком тесные джинсы с боксерами и стал медленно водить по плоти, вспоминая то, как выглядел Мокривский пару минут назад. Хватило нескольких движений и Лебедев тоже кончил, помыв руку и оставив в ванной верхнюю часть одежды, тот вернулся в комнату. Залез в кровать к уже спавшему Роме, пристроился сзади него, крепко обняв. На утро они будут самыми счастливыми, вспоминая всё произошедшее этой ночью, обязательно доиграют в камень, ножницы, бумагу и решать кто же будет сверху. Но это всё потом, а пока они просто наслаждаются таким шикарным момент для их обоих.